«Единая Россия» надломилась. Мартовские «выборы» официально преподносятся как победа партии власти и очередное подтверждение правильности курса. Однако анализ результатов показывает: это не более чем казенные духоподъемные рассуждения в стиле «тихой гавани финансовой стабильности». Что стоит за электоральными сказками — исследовал The New Times
То, что ситуация совсем не хороша, наверху чувствуют, хаотично ищут выход, а тем временем через телевизор накачивают дымовую завесу. В Кремле уволен Александр Харичев, отвечавший за региональную политику, а президент Медведев поставил перед председателем ЦИК РФ Владимиром Чуровым странную задачу собрать и представить ему все жалобы по случаю прошедших выборов. Что само по себе болезненный симптом: при нормальной организации избирательного процесса решения по жалобам должны принимать независимые избиркомы или суды. Не царское это дело — лезть, пусть даже с лучшими намерениями, в поток электоральных обид. Царское дело — отладить систему настоящих судов и настоящих избиркомов. Но как раз с этим проблема в нашей симулятивной политике.
Управляемое голосование
Итоги выборов благостнее всего в так называемых зонах особой электоральной культуры, или, говоря по-русски, управляемого голосования. В данном случае это Кабардино-Балкария, Карачаево-Черкесия и Татарстан. Все схвачено, минимум жалоб, максимум порядка и социальной стабильности. Если бы не протоколы, вообще была бы советская тишь да гладь. На беду, в отличие от советской эпохи, закон требует эти самые протоколы публиковать. И сразу все становится ясно (см. таблицу).
Начать с числа бюллетеней. На участки их выдают заранее — исходя из предварительных списков избирателей, составленных примерно за полгода. В день голосования списки, естественно, меняются — обычно на 5–10%. Кто-то со времени последней сверки умер, кто-то уехал, а кто-то, наоборот, только что прописался или достиг 18 лет… Если РОДНОЕ число выданных бюллетеней точно совпадает с обновленными списками, возможны два объяснения. Либо избирательные комиссии в массовом порядке обладают даром предвидения, либо они в массовом же порядке фальсифицируют отчетность, подгоняя число избирателей под число полученных бюллетеней.
С результатами то же самое. На всех избирательных участках, например, Чегемского района Кабардино-Балкарии партийные итоги совпадают с точностью до десятой доли процента. Либо 40 065 избирателей по своим политическим предпочтениям одинаковы, как электрические лампочки, либо чья-то шкодливая рука просто вписала в протоколы заранее согласованную цифру.
Столь же откровенно «рисуются» протоколы и в других точках зоны управляемого голосования. В том числе в столице республики Нальчике. В 100 избирательных участках города 120 тыс. избирателей показали абсолютно синхронный рост активности с отклонениями в сотые доли процента. В итоге по сотне участков зафиксирована стандартная явка в 83,3%, и лишь на двух участках она отскочила от среднего показателя — естественно, до 99%. Партийные итоги тоже невероятно одинаковы. Симуляция выборов, 5–6 лет назад случавшаяся лишь в самых глухих аулах, сегодня становится нормой даже для республиканских столиц.
Виртуальная лояльность
Эти «выборы» в зонах управляемого голосования показывают, что республиканские элиты виртуально лояльны Кремлю и готовы представить наверх любой результат. Надо — как во время федеральной избирательной кампании 2007 г. — у «Единой России» будет 96% при явке в 97%. Надо — как 1 марта 2009 года — ЕР получит 72% при «разрешенном» результате для прочих партий. Но, во-первых, к реальной политической ситуации в регионе эти нарисованные цифры не имеют ровно никакого отношения. Во-вторых, сам институт выборов как механизм коммуникации между властью и обществом стремительно дискредитируется. Ингушетия при Зязикове тоже выдавала на-гора блистательные электоральные сводки, хотя республика очевидно гнила на корню. И в конце концов президенту России, надев резиновые сапоги, пришлось самолично лезть в болото для наведения хотя бы видимости порядка.
Нам намекают, что это плата за стабильность и укрепление государства. Нет, это плата за симуляцию стабильности. Как было с «экономической стабильностью» год назад. Система государственной власти поражена склерозом; страна слишком велика и разнообразна, чтобы управлять ею в ручном режиме. Электоральная администрация вынуждена обманывать уже не только общество, но и вышестоящее начальство — чему свидетельством острая реакция президента на доклад главы Центризбиркома.
Бунт городов
Еще хуже дела обстоят там, куда не дотягиваются корни административной псевдовертикали и где не работает механизм обмена фальшивых «сводок с полей» на финансовые дотации из Центра. В городах «основной России», где живет около 75% населения, на муниципальных выборах шла настоящая борьба между конкурирующими секторами местного истеблишмента — и поделать с этим ничего нельзя, если не убивать в корне городскую экономику. Раз есть реальная конкуренция, заведомо не проходит сценарий с заранее заданными итогами голосования. И хотелось бы, да соперники не дадут.
В Петропавловске-Камчатском «Единая Россия» в лице действующего мэра В. Скворцова не смогла победить в первом туре (36%) и перед вторым имеет бледный вид, поскольку у двух основных преследователей в сумме набралось 50%. В кошмарные 90-е, когда региональные выборы еще были выборами, установилось неприятное для власти статистическое правило: если действующий начальник не взял верх сразу, то во втором туре его шансы 1:4. Похоже, В. Скворцову пора собирать вещи.
В Томске Н. Николайчук — тоже действующий городской голова и тоже «единоросс» — опять же не сумел проскочить в первом туре (41%) и подпустил к себе на убойную дистанцию основного соперника А. Деева (35%). Перспективы сомнительные.
В Мурманске мэр и «единоросс» М. Савченко идет по аналогичному сценарию — 32% против суммарных 40% у двух основных преследователей перед вторым туром.
Совсем нехорошо у партии власти дело в Смоленске — здесь ее ставленник В. Разуваев занял лишь третье место, хотя шел под лозунгом «Доверяешь Путину — голосуй за Разуваева!» Победил независимый кандидат Э. Качановский, известный как раз скандальным исключением из «Единой России» за то, что отказался слить кампанию в пользу Разуваева.
Про казус в Твери, где коммунисты отобрали у «единороссов» большинство в городской Думе, кажется, не писал только ленивый.
Что происходит?
Ничего особенного. В русской городской провинции, во-первых, острее чувствуется экономический кризис, в связи с чем растет популярность левых и независимых политиков. Во-вторых, «Единая Россия» даже наверху уже не выглядит монолитом, а на низовом уровне ее бренд и подавно становится предметом торга и лоббистских усилий, в результате чего партию представляют не самые сильные, а самые щедрые по отношению к местному партийному руководству политики. В-третьих, здесь нет столь всеобъемлющей консолидации административного ресурса, позволяющей заранее вышибать неугодных и внаглую переписывать избирательные протоколы. В-четвертых, работающая еще недавно схема волшебной экстраполяции путинской популярности на всех партийцев стала давать сбои. Логика примерно такая: да, Путина мы ценим и уважаем, но нашего местного братка, который захватил мэрское кресло, знаем слишком хорошо, чтобы купиться на партийную надпись на его груди. Путин — высоко и далеко, а этот перед нами как на ладони… Наконец, в-пятых, просто поднадоело.
Тенденция будет усиливаться. Ее проявления будут разнообразны. От провала явки в городах Дальнего Востока (она колебалась от 20 до 27%) до откровенного протестного голосования. Даже такая кривая электоральная демократия в отбивающихся от рук русских городах несет возрастающую угрозу авторитарной модели управления, которую Путин выстраивал в тучные годы нефтяного изобилия. В тощие годы экономического кризиса, когда люди голосуют скудеющим кошельком, они требуют альтернативы.
Выбор власти
Власти не позавидуешь. Она либо должна вообще уничтожить выборы как «угрозу социальной стабильности», сводя всю Россию к статусу Чечни, Кабардино-Балкарии или Белоруссии, либо спускать имитационную «вертикаль» и вскормленную ею «Единую Россию» на тормозах. Что чревато утратой управляемости — как ее понимают в Кремле и в правительстве. Первый вариант соблазнителен своей простотой. Но он приводит к дискредитации виртуальных институций, создававшихся годами. От электоральной администрации до ручного парламента и декоративных политических партий. Тогда вместо мирного переноса тяжести с одной «партийной ноги» на другую (например, на «Справедливую Россию») может получиться всплеск недоверия и ненависти снизу. Это будет коллапс всего управленческого аппарата вместо мирной и легальной смены одних элитных групп другими.
Так что можно, конечно, продолжать рассказывать сказки про «вертикаль», про небывалое единение народных масс и «тихую гавань». Вопрос: как долго этим сказкам будут верить?
