Оригинал материала
Стрелять себе в ногу
Как государство преследует российских ученых за госизмену. Исследование «Холода»
В конце июня физика Дмитрия Колкера из новосибирского Академгородка арестовали по подозрению в государственной измене. Несмотря на то, что у ученого была диагностирована четвертая стадия рака, сотрудники ФСБ забрали его прямо из больницы. Спустя три дня после ареста близкие Колкера получили телеграмму о его смерти. «Холод» рассказывает, как ФСБ преследует ученых по делам о государственной измене и чем это заканчивается.
Пришли за физиками
В июне в новосибирском Академгородке ФСБ задержала по подозрению в государственной измене (статья 275 УК РФ) сразу двух ученых. 54-летнего заведующего лабораториями квантовых оптических технологий в НГУ и в Институте лазерной физики Дмитрия Колкера силовики забрали прямо из больницы. По словам его дочери Алины Мироновой, у Колкера была четвертая стадия рака поджелудочной железы, он не мог самостоятельно питаться, ходить и ухаживать за собой. Несмотря на эти обстоятельства, ученого арестовал Советский районный суд Новосибирска, и в этот же день его этапировали спецбортом в московское СИЗО «Лефортово».
Сын ученого Максим Колкер рассказал, что причиной возбуждения уголовного дела могли стать лекции-презентации, прочитанные его отцом в Китае на научно-техническом семинаре в 2018 году. Дмитрий Колкер занимался разработками лазерных систем, преподавал их проектирование и физику оптических явлений, был автором 112 научных работ и трех патентов. По словам Колкера-младшего, в лекциях не было секретной информации, материалы к выступлениям проходили соответствующую проверку в ФСБ на отсутствие в них гостайны, а рядом с ученым во всех поездках находился сотрудник ФСБ, который запрещал ему разговаривать на английском.
Спустя два дня после ареста близкие Дмитрия Колкера получили телеграмму: «Сообщаем, что содержащийся в ФКУ СИЗО-2 ФСИН России Колкер Дмитрий Борисович, 1967 г. рождения 02.07.2022 доставлен в ГКБ 29, где в 02:40 скончался». После получения телеграммы о смерти отца Колкер-младший написал: «ФСБ убила моего отца <...> Следователь Морозов, новосибирский судья и вся государственная машина, надеюсь, вы ответите за свои действия. Вам хватило два дня, чтобы убить человека». В этот же день жители Академгородка организовали стихийный мемориал в память об ученом — табличку у памятника академику Валентину Коптюгу, на которой были процитированы слова сына Колкера. Мемориал убрали полицейские.
На этой же табличке говорилось о деле другого ученого из Академгородка. Физика, главного научного сотрудника Института теоретической и прикладной механики (ИТПМ) СО РАН 76-летнего Анатолия Маслова сотрудники ФСБ задержали двумя днями ранее — 28 июня. Ему также предъявили обвинение в госизмене и вывезли спецбортом в «Лефортово». Как рассказал замдиректора по научной работе ИТПМ СО РАН Евгений Бондарь, Маслов «около 30 лет руководил лабораторией, преподавал в НГУ и в НГТУ. Он был профессором в этих двух вузах. Он широко известен как ученый в России и в мире».
По информации издания Academ.info, Анатолия Маслова подозревают в передаче КНР сведений, связанных с гиперзвуком, которые относятся к гостайне. По словам Бондаря, никто из коллег Маслова по ИТПМ не верит, что он «может быть виноват в том, что ему инкриминируют». Связаны ли между собой уголовные дела против Колкера и Маслова — неизвестно.
За последние 20 лет по статьям о госизмене, получении незаконного доступа к гостайне и ее разглашении подверглись уголовному преследованию и арестам более 30 российских ученых. Все эти дела засекречены, поэтому установить, в чем именно их обвиняют, невозможно.
Дело закрыто за отсутствием состава преступления
Последний раз ученые из Новосибирска становились фигурантами уголовных дел, связанных с государственной тайной, в 2006–2007 годах. 65-летнего Олега Коробейничева, заведующего лабораторией кинетики процессов горения Института химической кинетики и горения Сибирского отделения РАН в 2006 году УФСБ по Новосибирской области обвинило в «разглашении сведений, составляющих государственную тайну» (ч. 1 ст. 283 УК). Лаборатория, которую возглавлял Коробейничев, сотрудничала с Корнельским и Кембриджским университетами.
ФСБ обвинила химика в том, что он «разрабатывал новые виды твердых ракетных топлив по заказу Минобороны США». Тем не менее, Олег Коробейничев смог доказать, что работал по гранту Исследовательского управления армии США. По его словам, американцы поддерживали не только военные проекты, но и проведение фундаментальных исследований, результаты которых публиковались в открытом доступе. С 1996 года с Исследовательским управлением армии США сотрудничал институт Коробейничева и многие другие российские ученые, писала «Российская газета».
В 2007 году уголовное дело закрыли за отсутствием состава преступления. Прокуратура области принесла Коробейничеву официальные извинения. Ученый добивался, чтобы публичные извинения принес лично начальник УФСБ области Сергей Савченков, однако их не последовало.
В 2007 году управление ФСБ по Новосибирску возбудило дело против докторов физико-математических наук, бывших сотрудников Института прикладной физики Олега и Игоря Мининых. Братьев-ученых обвинили по той же статье о «разглашении государственной тайны». ФСБ заинтересовала их монография, в которой упоминались разработки оптических и радиоэлектронных завес, способных сделать боевую технику невидимой для противника. К тому моменту Минины не работали в институте около 10 лет, а перешли на кафедру автономных информационных и управляющих систем в Новосибирском государственном техническом университете.
В то время еще существовал Общественный комитет защиты ученых — организация, куда входили ученые во главе с академиком РАН Юрием Рыжовым, профессором Сергеем Капицей, нобелевским лауреатом Виталием Гинзбургом и географом Эрнстом Черным. Они вели хроники преследования коллег по всей России, выступали их поручителями в судах, писали обращения президенту, в Генпрокурору и ФСБ, и иногда им удавалось добиться прекращения уголовных дел. Так произошло и с братьями Миниными: Комитет доказал, что данные, показавшиеся секретными, были почерпнуты учеными из открытых источников. Обвинения сняли, а прокуратура принесла Мининым извинения от лица государства.
Комитет защиты ученых прекратил свою работу несколько лет назад. Как говорил «Новой газете» Эрнст Черный, в нем просто не осталось энтузиастов: «Одному бороться невозможно, а желающих нет, к сожалению. А реальность такова, что и посадки ученых участились».
Способствовало закрытию комитета и то, что в 2012 году Госдума приняла поправки в Уголовный кодекс, и понятие госизмены и сфера ее применения расширились — преступлением стала помощь не только полностью иностранным, но и международным организациям с участием России, а формулировка «враждебная деятельности в ущерб внешней безопасности» была изменена на гораздо более расплывчатую «деятельность против безопасности» РФ.
В 2015 году, после ужесточения законодательства, по обвинению в госизмене арестовали 74-летнего ученого, сотрудника Центрального научно-исследовательского института машиностроения (ЦНИИмаш), головной научной организации «Роскосмоса» Владимира Лапыгина. Утверждалось, что он переслал гражданину Китая демоверсию программы для расчета аэродинамических характеристик гиперзвуковых летательных аппаратов. Лапыгин признал факт передачи программы, но вину отрицал, заявляя, что она не была секретной. Лапыгина приговорили к семи годам колонии строгого режима. В августе 2020 года в возрасте 79 лет он был освобожден по УДО.
От работы отвлекли по непонятным причинам
Физик Валентин Данилов в конце 1990-х занимался воздействием солнечной активности на спутники, находящиеся на космических орбитах. В 2000 году ФСБ обвинила ученого в госизмене, по решению суда он должен был провести 13 лет в колонии строгого режима, но вышел оттуда через восемь лет по УДО. Спустя 16 лет после приговора ЕСПЧ признал, что суд над Даниловым не был справедливым, и обязал Россию выплатить ученому 21,1 тысячу евро. В интервью русской службе «Би-би-си» Данилов рассказал, что он так и не понял, в чем его обвиняли: «Обвинение было не конкретным. Я писал научные статьи, выступал на международных конференциях со всеми разрешениями — и вдруг мне начинают что-то предъявлять. Мне предъявляли выдачу гостайны, хотя сведения, которые я передал по контракту, тайной никогда не являлись».
Несмотря на решение ЕСПЧ, Данилов убежден, что «спасение утопающих — дело рук самих утопающих». «Нам в России нужно формировать свою судебную систему: публичность, гласность. Первый шаг — разобраться с СИЗО. Пусть обвиняют — любого можно подозревать в чем угодно. Но ученый работает не на себя, а на общество. Пусть он под домашним арестом продолжает работать, кому это мешает. А отправлять в СИЗО — это, как говорят американцы, стрелять себе в ногу», — говорил ученый.
«Картина удручающая: людей берут именно с опытом, в возрасте, имеющих международные связи. Берут и просто ломают людям жизни, отнимают любимую работу и здоровье», — отмечал в интервью «Новой газете» инженер Владимир Лапыгин, которого в 2016 году приговорили к семи годам строгого режима по делу о госизмене. «Знаете, когда в 2018-м президент выступал с большим докладом про гиперзвуковые ракеты (то, чем я как раз занимался), я понял, что если б меня в тюрьму не отправили, мой труд был бы отмечен. То, что меня от работы отвлекли по непонятным мне причинам, что нервы мне и семье попортили, — это для меня большая потеря», — говорил Лапыгин.
Кого из ученых еще преследовали по статье о госизмене?
В 2018 году ФСБ задержала 75-летнего кандидата физических наук, научного сотрудника ЦНИИмаш Виктора Кудрявцева. В сентябре 2019 года ФСБ согласилась изменить ученому меру пресечения в связи с состоянием его здоровья — после ареста у Кудрявцева была диагностирована четвертая стадия рака легких. Ученого отпустили из СИЗО под подписку о невыезде, в апреле 2021 года он умер.
В июне 2019 года ФСБ задержала по подозрению в госизмене бывшего начальника Центра теплообмена и аэрогазодинамики ЦНИИМаша Романа Ковалева. В 2020 году суд приговорил его к семи годам колонии строгого режима, а в апреле 2022 года Ковалев был освобожден — у него обнаружили рак. Спустя две недели он скончался.
В декабре 2021 года по той же статье задержали 64-летнего сотрудника Центрального аэрогидродинамического института (ЦАГИ) Анатолия Губанова. Сейчас он находится в СИЗО «Лефортово». ФСБ не объяснила суть предъявленных обвинений, материалы дела засекречены.
В апреле того же года ФСБ арестовала коллегу Губанова по ЦАГИ — 68-летнего физика профессора Валерия Голубкина. Ему грозит до 20 лет колонии за участие в международном проекте по созданию пассажирского самолета.