Вера Васильева о письме от Юрия Дмитриева

Политзаключенные оказываются куда смелее и свободнее в высказываниях, чем мы — живущие на условной свободе

Вчера пришло письмо от Юрия Алексеевича Дмитриева (Хоттабыча, как он сам подписывается в скобках) — от 14 октября. Неожиданно большое. Уже который раз отмечаю, что наши политические сидельцы подчас оказываются куда смелее и свободнее в высказываниях, чем мы, живущие на условной свободе. Видимо, так происходит потому, что мы по меньшей мере остерегаемся тюрьмы. А с ними всё то, чего мы страшимся, уже случилось.

Юрий Алексеевич довольно много размышляет о причинах своей посадки в ШИЗО. А я не решалась об этом говорить в письмах, не зная, захочет ли он затрагивать эту скользкую тему.

«Главное — держать ситуацию под своим контролем. Не бояться и не сдаваться. Будет мир и спокойствие. У них нет столько времени, сколько они себе отмерили. Тщетны их надежды»‎.

Еще Юрий Алексеевич рассуждает про Нобелевскую премию мира, которую получил «Мемориал»‎*.

«И это правильно!!!»‎ — подчеркивает он.

Юрий Алексеевич описывает забавный эпизод: один из его собеседников в колонии, когда пришла новость о присуждении, толком не вник, но был глубоко потрясен и сказал, обращаясь Дмитриеву: «Впервые вживую вижу лауреата Нобелевской премии!»‎ Действительно, где еще сейчас можно встретить лауреата Нобелевской премии мира, как не в тюрьме? Тем более если речь идет о России с ее сегодняшними неприглядными реалиями…

Потом, конечно, разобрались, премия вручена не только персонально Юрию Алексеевичу, а «Мемориалу»‎ в целом.

«Мой поклон и поздравления коллегам!»‎ — пишет Юрий Дмитриев. Он очень хочет узнать подробности этого события.

Завершает свое письмо он так: «Привет всем хорошим людям!»‎ — который я с удовольствием и передаю.

Оригинал.

*«Мемориал»‎ российские власти признали «иностранным агентом»‎ и ликвидировали по решению суда.

Фото: ТАСС.