Оригинал материала
А поворотись-ка, Батька!
Кто вытащит Лукашенко из финансовой ямы?
Отношения между Россией и Белоруссией достигли точки кипения. Реакция президента Александра Лукашенко на предложение министра финансов Алексея Кудрина дать кредит не в долларах, а в рублях вызвала изумление у наблюдателей: Батька практически обвинил российские власти в том, что они собираются оккупировать Беларусь. В ответ Россия использовала свое самое мощное оружие в лице главного санитарного врача Геннадия Онищенко, который объявил о запрете на ввоз в Россию около тысячи наименований белорусской молочной продукции. Что происходит — узнавал The New Times
Время инъекций
Действительно, мировой финансовый кризис подорвал и без того слабое здоровье белорусской экономики. Ради ее спасения «последнему диктатору Европы» пришлось обратиться за помощью к еще вчера ненавистному Западу. Правда, почву для этого он стал готовить заранее. Например, нанял в консультанты знаменитого английского пиарщика лорда Белла, советам которого явно следует. Антизападная риторика сошла на нет, убраны или отодвинуты старые «крокодилы» вроде занимавшего пост секретаря Совета безопасности Виктора Шеймана, замешанные, как считают на Западе, в историях с пропажей оппозиционеров, политические заключенные выпущены на свободу, белорусский ОМОН перестал избивать демонстрантов так, как он делал это раньше. Все это заслуга не одного Белла, но и новой администрации президента, которую возглавил Владимир Макей — политик в значительной степени прозападный. В экономическом блоке тоже имеются адекватные люди — например, глава Нацбанка Петр Прокопович, при нем Министерство финансов уже не может так свободно, как раньше, раздавать субсидии фермерам и неэффективным предприятиям.
Запад, хоть и продолжает считать Лукашенко диктатором, не оттолкнул протянутую руку. Белорусский президент стал «въездным», его принял глава Ватикана папа Бенедикт XVI, Минск пригласили в Восточное партнерство, а главное — в январе 2009 года МВФ выделил Белоруссии кредит «стенд-бай»* * Кредит, выдаваемый странам — членам МВФ в экстренных для экономики страны ситуациях на особых условиях. $2,46 млрд сроком на 15 месяцев. «Первый транш в размере $787,8 млн Белоруссия получила в январе 2009 года. Остальная часть будет предоставлена поэтапно при условии выполнения оговоренных требований, касающихся макроэкономической стабилизации и структурных преобразований в экономике, — сообщила корреспонденту The New Times постоянный представитель МВФ в Белоруссии Наталия Колядина. — В настоящее время мы завершаем дискуссию о том, получит ли Белоруссия второй транш $400 млн».
Цена свободы
Взамен финансовой помощи от Лукашенко можно ждать политических уступок, считает Владимир Рыжков: «Например, продвижение лидера движения «За свободу» Александра Милинкевича, который все чаще представляет Белоруссию в мире как официальное лицо. И если раньше его можно было считать оппозиционером, то теперь он защищает режим Лукашенко. Милинкевич, кстати, жестко высказывается насчет сотрудничества с Россией. Он прозападный политик, а Европа хочет Белоруссию видеть у себя. Поэтому сближение может начаться совсем скоро. Белоруссия, которая вступает когда-нибудь в Евросоюз, — вполне реальный сюжет».
Но выделенных МВФ и Европейским банком реконструкции и развития (еще $40 млн) денег на покрытие дефицита бюджета, который, по оценкам экспертов, может составить к концу года $9 млрд, то есть более 50%, явно не хватает. Правда, еще $500 млн обещает Мировой банк. Чтобы хоть как-то залатать дыру, Лукашенко пришлось значительно сократить государственные расходы, но урезать социальные программы президент не хочет категорически. Он и без того нарушил собственное обещание: бюджетники в конце года так и не получили 10-процентного повышения зарплат. «Поэтому, — говорит президент Белорусского экономического исследовательско-образовательного центра (BEROC) Павел Данейко, — дырку нужно будет затыкать либо заимствованиями, либо включая печатный станок, а это — инфляция». Она пока в стране относительно невелика — 6,9% в первые пять месяцев 2009-го, но по прогнозу МВФ по итогам года она составит около 12%. А это уже чревато социальной напряженностью, чего Лукашенко боится до дрожи.
Позиции его внутри страны и так несколько пошатнулись. Из старой команды вокруг него почти никого не осталось, а КГБ, которое он так долго пестовал, до того усилилось, что, по слухам, Батьке пару лет назад пришлось поделиться с чекистами заметной долей экономических активов. К тому же белорусские чекисты теснейшим образом связаны с российскими, и если недовольство внутри страны начнет расти, они совместными усилиями могут, как поговаривают в Минске, Батьку задвинуть и заменить кем-то из своих. Впрочем, лидер белорусского движения «За свободу» Александр Милинкевич на вопрос корреспондента The New Times, возможен ли такой поворот событий, ответил: «У меня нет информации о том, чтобы Лукашенко вступил в конфликт с силовыми структурами. Это не похоже на правду». Как бы то ни было, деньги белорусскому президенту нужны позарез, и он твердо рассчитывал получить у России кредит в $5 млрд. Не получилось: Кудрин готов был дать только $500 млн и к тому же — в рублях.
Не в коня корм
Причины, почему Москва не торопится раскошеливаться, очевидны. Во-первых, у самих кризис, во-вторых, Россия хотела бы в обмен получить лакомые куски белорусской собственности. «Уже не в первый раз за время моего президентства создается ситуация, когда нас хотят взять голыми и голенькими руками, бесплатно. Неужели вы этого не понимаете?» — заявил Лукашенко на посвященном кризису заседании белорусского правительства. Ну, про «бесплатно» — тут Батька малость передернул: за последние полтора года Россия выделила Белоруссии $3 млрд кредитных ресурсов, однако последний транш в $500 млн Кудрин придержал: «Мы можем столкнуться с неплатежеспособностью белорусского правительства и в целом экономики в связи с недостаточностью золотовалютных резервов, возможно, даже в конце этого года, а может, через год», — заявил министр финансов РФ. А вот что касается приватизации госсобственности, на которую, как утверждают источники в Минске, Лукашенко таки придется пойти, тут президент Белоруссии демонстрирует расчетливый крестьянский ум. Еще в прошлом году успешно, за $500 млн, был продан турецким связистам один из крупнейших сотовых операторов страны — «Мобильная цифровая связь». Сейчас в Минске работают аналитики ЕБРР, которым поручено оценить белорусские госактивы, в число которых входит немало весьма привлекательных объектов — газопроводы, нефтеперерабатывающие заводы и т.п., которые не прочь получить Россия. Оценка западных экспертов: в результате приватизации по правилам Белоруссия может выручить как минимум $1,5 млрд. Российские компании, судя по словам белорусского президента, предлагают значительно меньше.
«МВФ имеет договоренности с правительством относительно структурных преобразований в экономике. В том числе касающихся вопросов приватизации, — говорит Наталия Колядина. — После того как в стране будет достигнута макроэкономическая стабилизация, последуют структурные реформы».
Загнанный в угол
Реформ Лукашенко, конечно, боится как огня, ибо с ними он может утратить свой абсолютный контроль над страной, а властью придется делиться с новыми собственниками. Однако очевидно — обстоятельства сегодня оказываются сильнее даже его воли к власти. В Минске поговаривают, что в июле Лукашенко может отправить в отставку правительство, а в новом — дать пост вице-премьера по социальным вопросам Александру Милинкевичу. Таким образом он нейтрализует главного оппозиционера, который, если дела в стране пойдут плохо, может стать серьезным противником. Сам Милинкевич в разговоре с корреспондентом The New Times такую возможность исключил, но в выражениях довольно обтекаемых: «Об отставке правительства сложно говорить. Этот вопрос находится в компетенции президента. Но я все равно не собираюсь работать в правительстве до тех пор, пока не будут проведены честные выборы». Приватизация, от которой никуда не деться, тоже будет проведена так, чтобы она не затронула основы режима. «Приоритет будет отдаваться инвесторам, которые политически нейтральны к проводимой политике, — уверен Павел Данейко. — Окажутся они российскими или европейскими — зависит от того, будут ли они играть по предложенным правилам».
Лукашенко прекрасно отдает себе отчет в том, что удержать реформы в заданных его режимом рамках — задача крайне непростая. Западу и немногим прозападным политикам в своем окружении он не доверяет и старается опереться на деятелей, лично ему преданных. В январе он снова приблизил к себе Виктора Шеймана, дав ему, правда, не совсем понятную должность — помощник по особым поручениям. По слухам, все больший вес приобретает старший сын Батьки Виктор, являющийся помощником президента по безопасности, и группа молодежи, которая его окружает, — это, если сравнивать с Россией, политики, так сказать, сурковского направления. Не раз доказывала свою преданность и заместитель главы президентской администрации Наталья Петкевич, фактический alter ego Лукашенко.
Пока Батьке удается балансировать между Россией и Западом. Москва, после гневной его отповеди, как он и рассчитывал, пошла на попятный — 11 июня Путин заявил, что молочная проблема улажена. Возможно, это простое совпадение, но за день до этого МВФ объявил, что рассматривает просьбу Минска о выделении ему дополнительного кредита в $1 млрд. И, как говорят западные эксперты, Лукашенко этот кредит, скорее всего, получит.
Александр Лукашенко (4 июня 2009 года)
О шантаже:
«Я российскому руководству сказал, как мы решим эту проблему (признания Абхазии и Южной Осетии). У них больше вопросов не было. Но тем не менее... Уже дошло до того, что приехали и сказали: будет Осетия и Абхазия — значит будет $500 млн. Вы знаете, мы не хотим «продавать» никакие вопросы и никаких позиций».
Александр Лукашенко (4 июня 2009 года)
О вступлении в состав России:
«Мы, как руководители, должны просчитать последствия этого. Вот даже я, допустим, принимаю такое решение, а что завтра? Мало конфликтов на Кавказе? Сейчас Россию «бомбят» за то, что она «имперски», с оружием в руках подавила, подчинила... А здесь что? С этой точки зрения президент России говорит: «Да, ты абсолютно прав... Это абсолютно вредно для России». С другой стороны — ведь здесь наши «отморозки», их немного, пускай 2%, пускай 3%, но это самые активные, самые амбициозные, самые-самые «отмороженные» в любом обществе. Они готовы развернуть «национально–освободительную войну». Им нужен повод. Сейчас все посмеиваются над этим. И вы что думаете, у них нечем воевать? Им завтра же привезут с Украины, из Прибалтики, у нас в основном оттуда, из Польши каналы у них. Мгновенно появится оружие, взрывы, дестабилизируют обстановку, и многие в обществе подумают: слушайте, это же борются за независимость, за святое. У нас же в Беларуси неглупый народ, он же мыслит точно так, как россияне: «Своя земля, никому не отдадим, рубашку рванули и пошли». Русские один к одному. Вы что, хотите создать еще одну Чечню здесь? Я не хочу».