На обочине

Мировой экономический форум-2015 в швейцарском Давосе наглядно продемонстрировал: в то время как цивилизованный мир движется вперед, Россия в компании с еще несколькими странами, вроде Северной Кореи, — в направлении прямо обратном

Давос в этом году был полон оптимизма. Да, трагедия в Париже заставила организаторов серьезно усилить меры безопасности — секьюрити разного рода, в прямом смысле слова, были на каждом углу. да, о вызове цивилизации здесь говорили и канцлер Меркель и президент Олланд, но на общей атмосфере это мало сказалось. Да, перед США и Европой стоит немало нерешенных задач — одно «Исламское государство» чего стоит. Но это задачи другого порядка. Зато экономики стран Запада растут, кризис 2008-го окончательно остался позади (ну разве что в Греции обещают прийти к власти сторонники «все забрать и поделить»* * Внеочередные парламентские выборы в Греции, одним из фаворитов которых считалась леворадикальная партия «Сириза» Алексиса Ципраса, прошли 25 января. ), цены на энергоресурсы резко пошли вниз, издержки снижаются, деньги можно вкладывать и зарабатывать бóльшие деньги. Плюс — чудеса информационных технологий, давшие прорыв в медицине, в изучении мозга, в борьбе с раком. Рынок цифровой медицины растет как на дрожжах и обещает достигнуть $100 млрд через десять лет, расходы на лечение хроников, благодаря информационным технологиям, сократятся на 10–20 %, но главное — диагностика (удаленная) становится значительно более доступной и позволит выявлять тяжелые заболевания на самых ранних стадиях; интернет накануне новой революции, заявил один из топ-менеджеров Google Эрик Шмидт, обещая превратиться из общей помойки в сугубо персонализированный медиум, упрощающий управление (что корпорациями, что собственным домом), получение образования и вообще жизнь. Грядет «интернет умных вещей», связанных между собой разных гаджетов и софтов, рынок которых к 2025 году может составить $500 млрд. «Мы быстро движемся к появлению искусственного интеллекта», — убежден президент IBS Group Анатолий Карачинский. И добавляет: «Организаторы Давоса обладают потрясающей способностью: приглашать самых лучших на данный момент и в данной области».

И действительно: залы, где обсуждали последние достижения в исследовании рака или климатические риски, или грядущие открытия в естественно-научных дисциплинах (вместе с нобелевскими лауреатами), или проблемы здоровья и систем здравоохранения (47 заседаний) — были набиты под завязку. Если судить по этим обсуждениям, граждане Европы и США решили жить практически вечно, по большей части — здорóво, а бизнесы этих стран готовы вкладываться в то, чтобы это им удалось. На этом фоне заявление президента Азербайджана Ильхама Алиева на сессии по Евразии (sic!), что его цель — чтобы Азербайджан стал частью Евросоюза — «настолько, насколько это возможно», хотя и вызвало некоторое недоумение (где абсолютистский, де-факто — наследственная монархия, живущий на нефтяных вышках, Азербайджан и где — тяготеющая к парламентским республикам Европа?), но было совершенно понятно. Ну конечно же хочется быть частью того, что обещает прогресс и развитие, — кому же не хочется?

Другой мир

Россия на Давосе–2015 была не слишком заметна. Лишь одна специальная сессия — в пятницу, 23 января, на нее прилетел первый вице-премьер Игорь Шувалов, еще две — с участием вице-премьера Аркадия Дворковича днем раньше, и пара других — в контексте стран БРИК (Бразилия, Россия, Индия и Китай) и развития Евразии, на которых от больных вопросов отбивался бывший министр финансов, а ныне профессор Санкт-Петербургского университета (так был заявлен) Алексей Кудрин. Была еще пара так называемых «рабочих завтраков» — Сбербанка и ВТБ. Оптимизмом эти заседания не блистали, говорили все больше про то, как долго продлится кризис в России (может два года, а может и пять), да какой будет цена нефти через год-два. Тут тоже радости мало: генеральный секретарь ОПЕК Абдалла Салем Аль-Бадри сказал, что сокращать добычу нефти страны картеля пока не собираются — для них проблемы начнутся, если нефть упадет ниже $40 за баррель, считает генсек ОПЕК. Профессор, экономист Гарвардского университета Кеннет Рогофф развеял иллюзии (в интервью NT), что при низкой цене на нефть обанкротятся компании, добывающие сланцевую нефть в США: 25 % американских добытчиков, по его расчетам, выживают при цене нефти $40 за баррель, 50 % — при цене $60 (примерно такую и прогнозируют как среднюю по году), остальным нужна более высокая цена, и они уйдут с рынка. Причина обрушения нефтянных цен? Тут особых дебатов не было: это Китай, чья экономика росла по 9 % в год, а сейчас упала до 7 %. «Замедление китайской экономики скажется на всех группах сырьевых товаров, включая металлы», — считает Рогофф. Однако глава Европейского банка реконструкции и развития Сума Чакрабарти был беспощаден: «Экономика СССР была более диверсифицирована, чем экономика нынешней России, которая абсолютно зависит от нефти и газа», — сказал он.

Увеличить изображение

В кулуарах форума россияне обсуждали две темы: что будет делать правительство и насколько хватит российской власти денег. Первое пока в тумане, что касается второго, то большинство сходились на том, что резервов на 1,5-2 года хватит. Однако профессор Рогофф предлагает более сумрачный прогноз: резервы ЦБ — если Банк России будет тратить их так, как в декабре 2014-го, — истощатся уже к сентябрю. Игорь Шувалов подобный прогноз отметает: только резервы правительства насчитывают 8 трлн руб, ну а то, что часть из них уже обещаны (государственному ВТБ уже выдали гарантии на 500 млрд руб., а вообще на докапитализацию банковской системы уйдет 1 трлн руб.) — так эти обещания могут быть и отменены.

Некоторые эксперты, впрочем, приводят свои расчеты: совокупные валютные резервы ЦБ плюс российских компаний — $520 млрд, долги — $600 млрд, но истребовать могут лишь $470 млрд. Получается, если правительство не будет разбрасываться деньгами на помощь госкорпорациям вроде «Роснефти», то может этот год и пройдем. Вот и глава НОВАТЭКа Леонид Михельсон (его компания находится под санкциями США) излучал оптимизм: НОВАТЭК инвестиционную программу на 2015 год сокращать не собирается, сказал он корреспонденту NT. Спокоен и глава «Северстали» Алексей Мордашов. Председатель совета директоров НЛМК Владимир Лисин хотя и сказал, что у него только хорошие новости, но потом сам себя скорректировал: «Мы пока потеряли немного — 200–300 млн из того, что не заплатили и уже не заплатят партнеры, 60 % того, что раньше продавали в России теперь переориентировали за рубеж — а иначе, как деньги зарабатывать?» Абсолютное большинство собеседников говорили исключительно анонимно — перспектива полномасштабного банковского кризиса в России настолько страшна, что хочется ее молчанием заговорить. Что касается отношения мировой бизнес-элиты (на Давос–2015 приехали 1500 бизнесменов), не говоря уже о политиках, то их представление о будущем России для NT суммировал один из российских собеседников, который провел на форуме с десяток встреч с представителями мирового бизнеса:

«Нас списали?» — спросила автор. — «На ближайшие 2-3 года — да», — ответил он.

Вице-премьер Игорь Шувалов считает, что со свободами не стоит торопиться, Давос, 23 января 2015 года

«Обидно: экономики мира сейчас будут расти — почти везде будут расти, деньги могли бы пойти и в Россию, но мы оказались в стороне, на обочине», — грустно резюмировал собеседник из инвестиционного бизнеса. Какая там медицина новых технологий? Главное, что сейчас заботит правительственных чиновников: как обеспечить лекарствами людей, больных хроническими заболеваниями, у которых на импортные препараты не будет хватать денег (да и их импорт будет серьезно сокращен), а своих аналогов у нас нет… В такой ситуации уже и не удивляет, что вице-премьер Игорь Шувалов в своем выступлении в Давосе, отвечая на вопрос модератора сессии о том, что российская власть думает о свободах граждан, апеллировал к опыту Екатерины Великой и к ее решению не отменять крепостное право в России: действительно, достойная ролевая модель (для тех, кто подзабыл, Екатерина — это XVIII век) для страны, которая, кажется, живет в XXI веке.

Кто виноват

Главное отличие нынешнего кризиса в России от тех, что мы уже переживали в последние 15 лет — в его основе лежит политика — на этом сходятся абсолютное большинство собеседников. Алексей Кудрин, выступавший на сессии, посвященной России, на вопрос цены, которую платит Россия за войну на Украине, ответил, что «президент вероятно считает, что такую цену стоит заплатить за то, чтобы Россия занимала достойное место в мире». Канцлер Германии Ангела Меркель здесь вновь подчеркнула, что снятие санкций против России невозможно без выполнения ею Минского соглашения, основной пункт которого — закрытие границы между Россией и Украиной, через которую идет подпитка оружием сепаратистов на Донбассе. И даже премьер-министр Китая (а на помощь Поднебесной сейчас рассчитывают российские власти) Ли Кэцян в своем выступлении в Давосе аккуратно высказал «фе»: он напомнил, что Европа сейчас отмечает 70-летия окончания Второй мировой войны и соблюдение послевоенного миропорядка, границ — это очень важно. Из этого можно сделать один вывод: благотворительности от Китая ждать не приходится, а любая его помощь будет стоить дорого и очень дорого — в стилистике китайской политики в Африке, которая Поднебесной де-факто приватизирована, о чем NT еще несколько лет назад говорил тогдашний глава ООН Кофи Аннан.

Правда, глава ВТБ Андрей Костин готов рассматривать и варианты похуже: на той же сессии по России он сказал, что если наша страна будет отключена от системы расчетов SWIFT, то это будет означать войну с США — холодную, в лучшем случае.

И в очередной раз стало понятно: мир, представленный на Давосе, который открыл нам двери четверть века назад, — больше не наш мир. Или — снова не наш мир. Или?

Фото: Ruben Sprich/Reuters