Светлые комнаты

«Новое здание Егорьевского детского дома введено в эксплуатацию в 2012 году. Светлые, просторные спальные помещения рассчитаны на двух-трех человек. Столовая с необходимым современным оборудованием вмещает одновременно всех ребят. Имеются спортивный и актовый залы, мастерские, кружки дополнительного образования, функционируют кабинеты психолога и логопеда».

Здесь нет ни слова вранья. В Егорьевске действительно светлые спальни и далее по тексту. Тем не менее этот абзац из заметки, которую я прочитала на сайте РИА Новости, — настоящая катастрофа.

Человек, написавший эту заметку, описывает светлые спальни Егорьевского детского дома в связи с историей, происшедшей с другим детским домом — Реутовским. Для тех, кто пропустил этот довольно громкий сюжет, вкратце расскажу подробности. Так получилось, что в подмосковном городе Реутов существует детский дом, в котором живут всего 15 детей. Большинство из них — подростки 14—15 лет. Детский дом занимает двухэтажное здание в центре города, на которое у городских властей другие виды. Подмосковное министерство образования уже дважды предпринимало попытки расформировать детский дом. Волонтеры и правозащитники дважды поднимали шум, и дважды им удавалось детский дом отстоять. Дважды же министр образования Московской области Лидия Антонова заявляла, что детский дом в Реутове закрывать не будут. Последний раз она пообещала это 8 февраля. Тем не менее в прошлую пятницу детям сказали, что их везут на экскурсию, и привезли в этот самый Егорьевский детский дом. А уже в понедельник детям сказали не ходить в школу, потому что приедут гости. Вместо гостей приехали люди из министерства образования. Почти все старшие дети сбежали. Почти сразу же волонтеру Анастасии Мараниченко, работающей с Реутовским детским домом, удалось уговорить детей вернуться — «чтобы не было хуже». Детей посадили в автобус и увезли в Егорьевск. Там, по словам Елены Альшанской, президента фонда «Волонтеры в помощь детям-сиротам», которая была одним из организаторов кампаний по отстаиванию детского дома, всех детей расселили по разным группам.

История вызвала такой резонанс в прессе, что детский омбудсмен Павел Астахов попросил подмосковные власти взять это дело на особый контроль. Взяли: последние новости таковы, что вчера дети ходили на допрос в прокуратуру.

«Поймите, тут дело не в том, что Реутовский детский дом был каким-то уникальным или необычным, он был просто маленьким», — говорит Елена Альшанская. Это то, о чем теперь так много говорит Астахов, — разукрупнение, обстановка, приближенная к семейной. Обо всем этом забыли в одну секунду, посередине учебного года посадили детей в автобус и перевезли в «светлые комнаты» Егорьевского детского дома.

Стараниями волонтеров и журналистов в прессе уже появилось немало статей и репортажей о происшедшем в Реутове. На сайте «Демократор.ру» можно подписать обращение к зампреду правительства РФ Ольге Голодец и министру образования Ливанову.

Добавить здесь практически нечего. Кроме, пожалуй, одного. Я хотела бы объяснить, почему абзац из заметки РИА Новости, приведенный мной в начале, — настоящая катастрофа.

Смотрите, что говорит по поводу переселения детей заместитель председателя Мособлдумы Валентин Куликов. Он говорит среди прочего: «Егорьевский детский дом рассчитан на 60 человек, а само здание моложе реутовского на 33 года, соответственно, современнее и комфортнее».

Иными словами, он говорит все про те же «светлые комнаты». Зайдите на сайт любого психоневрологического интерната — не важно, для взрослых или для детей, на сайт почти любого детского дома, на сайт государственного дома престарелых или инвалидов. Вы узнаете этот язык сразу же — просторные, светлые комнаты, трехразовое питание, условия для проведения досуга, удобные душевые.

Я могу понять, почему так разговаривают чиновники, но понять, почему так пишет журналист, мне гораздо сложнее. Станет ли такой журналист на вопрос, как поживает его ребенок, рассказывать, что ребенок живет в прекрасной, просторной детской и ест три раза в день?

Я все пыталась понять, что этот язык мне напоминает, пока не нашла вот это:

«Товарный комплекс, рассчитанный на откорм 50 тысяч свиней в год, примет животных из Дании в 2012 году. Содержание животных предполагает несколько рационов комбикормов, автоматизированные системы создания микроклимата и обогрева, щелевые полы с самосплавным удалением продуктов жизнедеятельности».

Это с сайта агрокомплекса «Мансурово».

Я понимаю, в социальной сфере в России миллионы проблем — у нас нет работающей системы фостерских семей, права стариков, инвалидов и сирот нарушаются на каждом шагу, законы кривые и еще миллион всего. Но проблема отсутствия языка, которым мы могли бы говорить о брошенных детях, стариках и инвалидах, тоже очень важная. Потому что, пока мы говорим о них как о свиньях, мы и относимся к ним как к свиньям.