В Кремле

Скепсис, консенсус, нонсенс

4 ИЮЛЯ 2013 г. ВЛАДИМИР НАДЕИН

Я уж точно не Фома, тем более не неверующий. Конечно, с годами скепсис нарастает, это возрастное. Но были и есть вещи, в которые я верю твердо и непоколебимо, пусть и вопреки широкой общественности. Верю, что в шотландском озере Лох-Несс обитает чудище: зеленое, экологически невинное, никого не трогает. Верю, что мы станем чемпионами мира по футболу — и даже в этом столетии, если повезет. Верю, что борьба с коррупцией еще принесёт свои плоды.

Правда, в то, что плоды эти можно будет кушать, — не верю. Ни в компот из них не верю, ни в повидло. Впрочем, насчет повидла скажу мягче: сильно сомневаюсь.

А есть и такое, во что я хотел бы верить, но не могу. Вот, скажем, возьмем для примера такое явление, как «депутат Госдумы И. Яровая». Для меня это сгусток неразрешимых противоречий. Я готов без дискуссий примириться с тем, что на полуострове Камчатка возможна и такая форма жизни: соискатель пять раз проигрывает выборы, но при этом дважды становится депутатом. Это еще ничего. Камчатка — полуостров чудес. Там даже змеи неядовитые. Так что низкая токсичность в одних формах жизни вполне может уживаться с повышенной отравой в других формах. Тут наука не против.

И насчет квартиры в центре Москвы — тут тоже всё путём. Человек типа очаровательной дамы прибыл аж с самой Камчатки — почему не дать квартиры? Последняя она у Путина, что ли? (Ввиду возможных исков спешу уточнить: последняя квартира, а не последняя Яровая.)

Как вы знаете, внезапную, как цунами, славу этой прелестной камчадалке принесли неутомимость, непреклонность и неуязвимость. И до неё в Госдуме бывали лихие бойцы, но чтобы так отдавить мозоли сразу всем — американцам, гомосексуалистам, хулителям Божественных начал, шакалам, что шакалят у посольств, историкам, которые норовят исказить правду о Войне, — такого бесшабашного гладиатора Дума не знала.

Этот необузданный разброс эрудиции, эта безошибочная точность попаданий, при которой все, без единого исключения, законодательные инициативы Яровой непременно увенчивались одобрительным голосованием и отечески поощрительной подписью президента Путина, породили в темных пучинах нижней парламентской палаты сначала острую зависть, а потом и стойкий слух, который заставил мое сердце учащенно забиться.

Не берусь утверждать наверняка, но независимые источники утверждают, будто толчок молве дал лично Жириновский. Якобы он, на протяжении многих лет соединявший в своем лице титулы самого красивого и самого неистового патриота Отечества, с появлением Яровой как-то сник, стушевался и вроде начал присматривать себе монастырь с видом на девственную природу.

Но тяга к монашеству недолго кручинила Жириновского. Вскоре в известном здании на Моховой прошел тот самый странный слух, будто никакой Яровой в природе не существует, а есть такой компьютер, по-современному девайс. Этот девайс сделан под блондинку, умеет голосовать, считать деньги, кушать и всё такое. Однако — и тут собака зарыта — девайс не в состоянии отличить окопы Первой мировой войны от танков войны второй, тоже мировой. Приходится по утрам доставлять его (её) в Администрацию президента, где ему (или всё же ей?) промывают мозги сведениями из Курса начинающего нашиста.

Не могу сказать, будто всё в этих слухах идет как по маслу. Чтобы Жириновский да монахи? Как-то не верится. Впрочем, сомневался я недолго. Добило меня телевизионное интервью Владимира Познера с загадочной депутаткой. Знаменитый комментатор был повержен ниц — в первый и, скорее всего, в последний раз за всю его выдающуюся карьеру.

Это напомнило мне матч двадцатилетней давности нашего Гарри Каспарова с американским суперкомпьютером Dark Blue. Каспаров — великий шахматист. Но бездушная машина разгромила гроссмейстера в пух и прах. Точно так же и «депутат Яровая». Когда она распинала великого комментатора на окровавленном кресте Первого канала, в её глазах не было торжества, характерного для живого существа. Разве что когда спросила: «А какой вы будете национальности?».

Эта историческая параллель заставила меня тщательнее рассмотреть все данные, которые сопутствовали означенному феномену. Как вы знаете, японцы уже давно мечтают забрать себе четыре наших острова, которые они называют своими «северными территориями». Прежде они лелеяли надежду на Горбачева, потом на министра Козырева, потом на президента Ельцина. Но последние 13 лет, и ещё, Бог знает, сколько лет предстоящих, надеяться можно только на Путина — а больше просто не на кого.

Вот несравненные мастера всего электронного, японские фирмы «Сони», «Тошиба» и «Мицубиси», секретно объединив свои усилия, и создали необыкновенный робот, придав ему черты, присущие красавицам с полуострова Камчатка, то есть взращенным на свежайшей лососевой икре и вяленой медвежатине. Мозг девайса (новейший Intel) в том варианте, который был преподнесен Путину, совершенно чист. Однако благодаря новейшим технологиям способен с полунамека загружаться чем угодно: песнями, плясками или проектами законов, которые тут же вносятся Госдумой на первое голосование.

Конечно, нельзя начисто исключить и того, что японцы от души поработали и над всей думской фракцией «Единой России». «Нулевой вариант», то есть производство без малейшего брака, был и остается национальной гордостью страны Восходящего солнца. Результат говорит сам за себя: никаких сбоев при голосовании в «Единой России» не наблюдается.

Так что Познеру не стоит расстраиваться. Технический прогресс неудержим. То, что должно было случиться, раньше или позже случилось.

«Депутат Яровая» — замечательное достижение современной науки и техники. Постепенная выбраковка народных избранников, сделанных традиционным способом, с использованием аиста и капусты, и полная замена их законодателями, сделанными в Японии, поможет нашей стране наконец-то добиться бесконечной стабильности. То обстоятельство, что пока еще эти приборы дороги, не должно смущать нас в перспективе. Чуть пройдет нынешний спад, Китай освоит их производство. Себестоимость депутатов Госдумы, особенно в перерасчете на сырую нефть, резко упадет, что сделает их вполне доступными для народа.

И последнее, что следует сказать в этой связи. Слухи об искусственном происхождении ряда авторов самых знаменитых законодательных инициатив носят, как нынче говорят, волатильный характер. В смысле, то густо, то пусто. В самые последние дни напряжение резко возросло и достигло критической отметки. Причиной стали предложения по материально-техническому оскоплению Российской академии наук, у которой — чик! — и отрежут так, чтобы впредь не выросло.

Наши академики — народ по большей части зрелый, устоявшийся, традиционной отечественной выделки. До японских высот доросли далеко не все. Очень многие принимают то, что они видят и слышат по телевизору, за объективную реальность, данную нам в ощущениях. Это хуже, чем безбожный материализм. Это ошибка. Потому что телевизор — это одно, а жизнь — совсем другое.

В связи с объявленной реорганизацией Академии, почтенные мудрецы набросились на Дмитрия Медведева яростно и нацеленно, как будто бы он и впрямь управляет правительством, а правительство — страной. Будто злое правительство просто от балды, по своему хотению-велению, придумало пустить под нож тысячи научных институтов и обездолить какой-никакой, а все же ум нашей эпохи.

Товарищи ученые! Действительные и бездействующие! Зря вы отвергаете достижения науки. Для неё нет невозможного. Если японцы подарили Путину такое совершенство, как «И. Яровая», где гарантии, что их не опередили европейцы, преподнеся национальному хозяину такие дивные девайсы, как «Д. Медведев» и «А. Ливанов»?

А иначе получается совсем уж ненаучно. Иначе придется прийти к неизбежному выводу, будто у нас есть полноценное правительство. А у правительства — полноценный премьер. Что есть, как говорят в стенах Академии, полный нонсенс.

Я бы сказал, как оно звучит и за стенами. Но этого уже нельзя. Яровая не велит.

Фото ИТАР-ТАСС/ Сергей Фадеичев