Оригинал материала
Плагиат в дизайне. Часть 3.
Мария Привалова Мы публикуем третью часть стенограммы круглого стола «Плагиат в дизайне», организованного Лабораторией дизайна НИУ ВШЭ и «Полит.ру». Разговор шел о становящихся все более актуальными проблемах трактовки понятия плагиат, возможных причинах явления и особенностях восприятия его внутри среды дизайнеров и в среде заказчиков и финальных потребителей, экономических и юридических аспектах, связанных с областью интеллектуальной собственности, авторского права, оригинальности идей.
Участниками круглого стола стали Егор Ларичев - историк искусства и архитектуры, журналист, эксперт Лаборатории дизайна НИУ ВШЭ, Виктор Меламед - иллюстратор Rolling Stone, преподаватель, Мария Привалова - магистр экономики, независимый продюсер и куратор, Павел Родькин - дизайнер, эксперт в области брендинга и визуальных коммуникаций, Арсений Мещеряков - дизайнер, заведующий Лабораторией дизайна НИУ ВШЭ, Роман Павленко - интерактивный креативный директор Arc и Leo Burnett Moscow, Даниил Большов - дизайнер, основатель студенческого конкурса дизайна Post It Awards.
Роман Павленко: Я хочу сказать, потому что я почувствовал, что разговор про авторские права - разновидность тоталитаризма. Это очень интересно слышать: я сделал кресло, и считаю, что я его имею право продать за 10 тысяч долларов, а кто-то его сделал так же хорошо, но не он его придумал, - значит, он продаёт его намного дешевле, – значит, его надо арестовать и в тюрьму. Наш с Витей (Меламедом – ред.) любимый Борис Гребенщиков - он во всех интервью отвечает на вопрос "про его отношение к авторскому праву", ведь все его альбомы выложены в интернете совершенно бесплатно: "как вы относитесь к этому?" - он отвечает, что относится к этому прекрасно, так как считает, что задачу свою сделал - записал, а теперь этим могут пользоваться все, кто в этом нуждаются. С дизайном немного в другой плоскости лежит вопрос, но всё равно плагиат - это вопрос морали и нравственности. Я с человеческой точки зрения говорю.
Я Егору (Ларичеву – ред.) обещал, сейчас об этом расскажу, не знаю - кто в итоге наши сегодняшние разговоры увидит, но, тем не менее, я хочу обратиться к тем, кто это будет смотреть: Будьте осторожны и будьте внимательнее не в плане, что у вас идею украдут и будут её тиражировать, это будет замечательно, все дизайнеры будут радоваться этому, а опасайтесь другого.
Опасайтесь человека, который сидит за соседней партой с вами, он подсмотрит, возьмёт вашу презентацию и просто выдаст её за свою - я не голословно это говорю, у меня был такой случай. Я работал в рекламном агентстве, разработал одну идею и её клиенту представил, а клиент её не купил. После я уже ушёл из агентства, и был удивлён, когда через пару лет я на рекламном фестивале вижу свою работу, - оказалось, что более шустрый товарищ подсуетился и продал эту идею, выдав за своё. Для меня вот именно это - плагиат и вопрос обсуждения. А вот логотип Мельбурна, он хорош, а копия - плоха, это очень дизайнерский аспект, и никто, я вас уверяю, если мы говорим про то, что дизайнеры делают вещи, которыми будут пользоваться люди, то люди, которые будут пользоваться лого Мельбурна, - никто не отличит, почему лого Мельбурна лучше или хуже, чем магазин Китайского Центра. Это же совершенно ерунда.
Я к чему клоню - мне кажется, что должны в итоге определять - покупать сумку за 3 тысячи долларов или за 3 доллара с одинаковыми логотипами - должны потребители. Вопрос, что сейчас дизайнера посадят в тюрьму за такое - это не вопрос, это же тоталитарный подход.
Вот мы говорим, что всё ужесточается, но, на мой взгляд, это всё совершенно неправильно.
Ещё один аргумент в копилку о кризисе в западном мире и западных ценностях, простите, но на такой антиглобалистической ноте завершу своё выступление.
Даниил Большов: Все смотрели фильм "Шапито-Шоу", там очень интересно была разобрана история про Виктора Цоя, когда продюсер взял себе копию Виктора Цоя - эрзац-звезду - и пытался его презентовать общественности, и что из этого вышло. Получился вторичный продукт, который не действовал и не был популярным, - возможно, с дизайном отчасти такая же история. Вторичный продукт не столь популярен.
Виктор Меламед: Можно, я выскажусь? Отвечая на вопрос: всё-таки, наверное, нужно разделять по факту плагиат-подделку и промышленный дизайн и производство.
Здесь на самом деле прозвучала очень интересная мысль, что, по сути, отказ от драконовского авторского права приведёт к стимуляции и гиперстимуляции производства, о чём сейчас коллеги говорили, - эта легализация плагиата заставит дизайнеров придумать новые штуки. Заставит производителей каждый раз придумывать новые объекты, чтобы не проиграть в конкуренции, - это же, по сути, выработанный механизм перезапуска производства.
Арсений Мещеряков: Вопрос Маши был очень сложный; в разных случаях - разный ответ. Я полностью согласен, что мы в нашем разговоре, о чём сказал Роман, что плагиат - это воровство имени, присвоение имени. Классические случаи - наши литературные произведения: не тогда, когда что-то копируется, а когда выдаётся за своё.
Если говорить о копировании, пример по поводу производства - с одной стороны, интересная мысль, о чём сказал Павел с другой стороны - Louis Vuitton снижает производство своих товаров, потому что их стало слишком много - он перестаёт быть элитным, а их маркетинг-модель предполагает элитарность, эксклюзивность. Вся индустрия моды, рекламы - если не будет этих элитных брендов - она перестанет существовать. Одна часть производства разовьётся, а другая будет затоптана. Вопрос очень сложный - мне кажется, что какая-то саморегуляция произойдёт, что она уже происходит. Тенденция уже наметилась, что крупные бренды будут умирать, мельчать. Достаточно зайти в самый модный магазин, что-то типа Ле Форм - мелкие сегментированные бренды, которые не нуждаются в подделке.
Мария Привалова: Для каких-то производств это будет бедой, для каких-то это будет гибель. Для высокотехнологичных же - уменьшение обозначит конец их существования.
Арсений Мещеряков: Совершенно верно, если мы будем говорить в очередной раз уже о моральных аспектах. Мы уже видим патентный спор между Apple и Samsung - эти монстры не станут мелкими. Лучший пример же плагиата уже я привёл, будучи в Китае, - тогда только появился третий IPhone - там был произведён маленький "IPhone", в два раза меньше, - работающий телефон, это было восхитительно! Это пример того, как заимствование привело к новому качеству, хотя и в порядке шутки.
Виктор Меламед: Вот Мария предложила суровый и красивый совет - "делайте сложно", но совет не вполне работает. В каких-то ситуациях дизайн, например Apple, с точки зрения дизайна не может быть настолько сложным. Вот по поводу интерфейса этого "телефончика", ведь в описываемом ранее случае был никакой интерфейс у подделки. Речь о том, что вся ситуация пытается сдержать какое-то движение в мире, которое невозможно сдержать. Как интернет-пиратство: какие препоны ни ставят - всё равно прорвёт, всегда найдут способы обойти их. Это ставит новые интересные вопросы перед дизайном, мы уже упоминаем десятый раз Louis Vuitton сегодня, это показательно - всё это время речь идёт о "коричневом паттерне с тёмно-коричневым логотипчиком". Louis Vuitton страдает от того, что только этот паттерн активно дублируется во всём мире, а компания ничего нового не предлагает, только тиражирует его всё больше - и от этого падают продажи. На рынке же проще купить поддельный Louis Vuitton, который выглядит так же.
Но тут стоит вопрос о том, что этот паттерн - очень скучная штука, неинтересная. Что именно является предметом - почему он стал так популярен, почему его стали копировать, чем он так хорош? Если он хорош только этим паттерном, то ему пора бы уже что-то иное придумать. Этот паттерн сам по себе - он уже сам стал символом подделки! Louis Vuitton уже выглядит подделкой сам по себе, но при этом мы понимаем, что модник, купивший в Париже Louis Vuitton поддельный и встретивший оригинальный продукт, - будет засмеян, потому что качество будет видно.
Смотрите также:
Копирование идентичностей
