Наш человек в Ираке

Как живут россияне в Ираке

Два взрыва, потрясшие Багдад 25 октября, унесли жизни более 150 человек. Взрывной волной повредило гостиницу, в которой находится офис телеканала Russia Today. Пострадали несколько работающих в частных охранных агентствах наших соотечественников, которые сопровождали группу журналистов: одного посекло осколками, другой получил тяжелую контузию. Такие истории случаются в Ираке достаточно часто. Как живут и чем занимаются россияне в этой стране — узнавал The New Times
Рядовой эпизод: колонна из трех машин выдвинулась рано утром с базы Наджибия, где работают российские специалисты, в сторону Эль-Кута. Конвой на двух джипах с пулеметами тоже сплошь состоял из русских. Когда вышли на дорогу, ведущую в Эн-Насирию, неожиданно оказались в центре боя: кто в кого стреляет, не поймешь, да и не до того, поскольку по колонне начали бить и те и другие. В первой машине сидел командир с позывным «Змей». Он принял единственно правильное решение. Пробиваться по шоссе не стали, увели колонну в сторону и по солончакам обошли опасную зону.

Солдаты удачи
Кроме Змея в том конвое участвовали Дед и Борода. Судьбы у всех троих примерно одинаковые: бывшие военные, прошедшие кто Афганистан, кто другие горячие точки, в начале 90-х подались в поисках заработка за рубеж, в расчете найти там применение своим военным навыкам. Не ошиблись: агентства по сопровождению грузоперевозок в горячих точках брали русских с большой охотой. Позже, когда на Восток стали проникать российские компании, они, естественно, для охраны брали большей частью своих. В общем, на отсутствие работы жаловаться не приходится. Сейчас в Ираке русских охранников больше ста. Почти все знают язык, знакомы с местными обычаями, обладают обширной агентурной сетью среди иракцев. Зарабатывают прилично, но держат их здесь не столько деньги, сколько любовь к Востоку, природный авантюризм и вошедшая в кровь привычка жить на грани.

У Деда ближневосточный стаж самый большой — с 1973 года. Военный переводчик, затем военный советник — Йемен, Ливан, Сирия, Ирак. Встречался не раз с Саддамом Хусейном. В 1992 году вышел в отставку в звании полковника. Но дома усидеть не смог, работал в разных странах региона, пока снова не оказался в Ираке. Дед известен поразительной способностью устанавливать контакт с иракцами — неважно, шииты они, сунниты, сторонники Саддама или ярые его противники. Не успеешь оглянуться, а его уже какой-то местный с «калашниковым» хлопает по плечу и угощает горячей лепешкой.

Змей воевал в Афганистане. В 90-х ушел из Российской армии в охранные структуры, обеспечивал безопасность авиаперевозок. В 2004 году, после нескольких случаев гибели в Ираке наших граждан, спецслужбы приняли решение сформировать группы по защите российских специалистов. Змей вошел в одну из таких групп. Параллельно он стал готовить конвойные команды, способные работать в специфических условиях войны всех против всех. Предприятие его процветает: в Ираке, как ни удивительно, вести бизнес проще и безопаснее, чем в России.

Бывших российских военных, таких как Дед (слева) и Змей, в Ираке более сотни

Борода тоже прошел через Афганистан: разведрота, старший радист. В 90-х имел, как он говорит, плотные отношения с криминальными авторитетами. Потом понял, что это путь в никуда. Ну и подался на Восток. Сначала работал в ОАЭ в службе безопасности авиакомпании. Потом обеспечивал нефтяные перевозки, охранял военные и миротворческие миссии. В 2005–2007 годах отвечал за безопасность российских специалистов в Басре. Борода — авантюрист-романтик. За ним числится немало удивительных поступков. Однажды узнал про такого же, как он, искателя приключений, убитого боевиками. Как-то сумел договориться с официальными инстанциями, забрал тело и переправил его в Россию. Причем никто его об этом не просил, да и погибшего он знать не знал.

Перелетные птицы

Русские зарабатывают в Ираке не только вой­ной. Несколько сотен наших соотечественников и выходцев из стран бывшего Союза заняты в индустрии развлечений и ресторанном бизнесе.
Марина, в отличие от большинства работающих тут девушек, училась танцам профессионально. Выступала в Бельгии, затем в странах Азии. В прошлом году вернулась на родную Украину с твердым намерением осесть дома, но владелец клуба из Эрбиля предложил ей условия, от которых трудно было отказаться. Марина выступает исключительно как танцовщица, никакого стриптиза и прочей клубнички.
Многие русские, давно подвизающиеся на ниве развлечений, поднялись до старших менеджеров заведений, а то и до хозяев. Они-то и рекрутируют по всем странам СНГ персонал для своих предприятий. Все, что касается увеселений, дает в Ираке хорошую прибыль, но и сопряжено с разного рода опасностями. Власти, сославшись на местные традиции, могут в любой момент закрыть заведение, достаточно здесь и фанатично настроенных мусульман, готовых все эти западные вертепы сровнять с землей. Владелица клуба, где выступает Марина, приехала в Ирак из Таджикистана. Сначала выступала в качестве танцовщицы. Через несколько лет ей удалось скопить деньги на собственный клуб, но счастье длилось недолго: власти заведение закрыли да еще пригрозили хозяйке высылкой. Пока доказывала, что ничего предосудительного в клубе не происходит, прошло полгода. То, что бизнес удалось восстановить, она воспринимает как чудо.

Родина по мужу

Немало русских женщин, соединивших свою судьбу с иракцами, которые учились или работали в СССР, сгинули здесь в эти бурные годы. Относительно недавняя история: во время войны у Вали убили мужа, она вернулась в Россию, но через какое-то время приехала в Багдад, чтобы продать квартиру. В ней ее и нашли зарезанной. Впрочем, не надо думать, что у всех здешних русских жен судьба сложилась трагично. Многие живут вполне благополучной жизнью, кто-то сумел выехать из страны до начала войны или сразу после нее и теперь приезжают всей семьей навестить родителей мужа. Те, кто побогаче, совмещают это с отдыхом на иракских горных курортах.

Деловые и праздные

До лета 2004 года в Ираке по контрактам трудились более 500 специалистов из России. Они занимались в основном реконструкцией и восстановлением ТЭЦ по всей стране. Но после нападения боевиков на автобус, перево­зивший сотрудников «Интерэнергосервиса» (тогда два человека погибли и семеро получили ранения), почти все российские компании свернули свою деятельность в Ираке. Сейчас понемногу наш бизнес возвращается. Это еще можно понять — как-никак деловой интерес, но то, что в последнее время в Ирак зачастили российские автостопщики, в голове не укладывается. Эти отчаянные ребята более десяти дней в стране не задерживаются — ровно столько можно находиться в Ираке без визы, однако умудряются забраться в самые неожиданные места. Пару лет назад полицейские привели к мэру одного пограничного города оборванного, грязного, заросшего мужика, не умевшего объясняться ни на каком из известных в тех краях языков. После долгих разбирательств выяснилось, что этот калика перехожий год назад вышел из Питера и пешком через все границы добрался до Ирака. Куда идет, не знает, документов нет. Божий человек. Таких русских по миру бродит немало.