Горе от ума

Как ученым шьют шпионские дела

Снулая совесть. На открытии Международного форума по нанотехнологиям 6 октября президент Дмитрий Медведев призвал ученых «заниматься коммерциализацией научных идей, продвигать свои разработки». Между тем дела «ученых-шпионов» обнаруживают разительный контраст между декларациями власти и ее практикой. В особенности шитья «шпионских» дел вникал The New Times

Отправляясь с визитом в Швейцарию, Дмитрий Медведев 18 сентября 2009 года дал интервью швейцарским СМИ. В том, что касается прав человека, президент был предельно точен: «Если говорить о ситуации с правами человека, то она, конечно, совсем не стерильна, нарушений прав человека много, и они должны устраняться. Мы должны защищать их всеми возможными способами, прежде всего судебным. В этом смысле их так много потому, что нет эффективного государства, эффективного суда…

…Что же касается ситуации с правами человека и рассмотрением их в соответствующем суде, то, на мой взгляд, это еще и следствие несовершенства нашей судебной системы. Мы должны ее менять и должны приспосаб­ливать под интересы нашего государства и, самое главное, наших людей».
Совершенно прав Дмитрий Анатольевич! Ведь и мы — Общественный комитет защиты ученых и правозащитники — ему все об этом же! Да и ему ли не знать, что нашу судебную систему презрительно называют «басманной», а Европейский суд по правам человека раз за разом выносит обвинительные вердикты всей нашей властной системе. Чтобы это понять, достаточно хоть разок заглянуть на «судебный процесс» Ходорковского и Лебедева. Если этот фарс называется судом, то у нашей страны просто нет будущего. Те же, кто следил за многочисленными «шпионскими» процессами над учеными, знают это с конца 90-х годов — с момента появления Владимира Путина в Кремле. Маниакальная шпиономания началась именно тогда.

Двойные технологии

На протяжении последних десятилетий у нас много говорят о высоких технологиях, об инновационной экономике, передовых разработках и их внедрении. Слова, много слов... А вот в начале 2009 года за поставку в Швейцарию сапфировых стекол для часов и технологий производства искусственных кристаллов за решетку сел ученый и предприниматель Иван Петьков, бывший сотрудник Института физики твердого тела РАН. Чекисты обвинили его в экспорте технологий двойного назначения. В деле Ивана Петькова тесно переплелись зависть, коррупция, глупость и «басманное правосудие».
Некоторое время назад шесть лет условно получил директор Института проблем сверхплас­тичности металлов (Уфа) профессор Оскар Кайбышев. Тоже оказался непонятливым. Думал, что все серьезно. Реализовывал высокие технологии в Южную Корею, с которой у Российской Федерации подписано соглашение о сотрудничестве в области этих самых высоких технологий. Мгновенно набежали чекисты, украли институтские деньги, а Кайбышева обвинили в передаче технологий двойного назначения. А реализовывал инс­титут всего лишь технологию изготовления колесных дисков! Мыкается теперь профессор со своей судимостью. Даже за границу выехать не может. А ведь еще в советское время эти же технологии продавали в Италию — страну НАТО!
В декабре 2007 года была осуждена группа сотрудников ЦНИИМаш, головной организации по ракетно-космическим проблемам. Эта группа реализовывала открытые разработки института. В результате руководитель экспортной группы Игорь Решетин получил одиннадцать с половиной лет заключения, его коллеги Сергей Визир, Александр Рожкин и Михаил Иванов — от 5 до 11 лет. За экспорт технологий двойного назначения.

Спецслужебное шитье

Грубо сфабрикованные чекистами уголовные дела о государственной измене пролетали через суды со свистом. Если же происходил сбой и судья или присяжные не выносили обвинительные вердикты или приговоры, то такие решения отменялись, и в новых процессах сбоев уже не было.
В первом процессе в Калужском областном суде судья Александр Гусев не смог вынести обвинительный приговор Игорю Сутягину. ФСБ притащила в суд дело с 38 пунктами обвинения, но без каких-либо юридических доказательств. Это было плохое сочинение на свободную тему. Не заметить этого мог только профессионально непригодный юрист или негодяй. Прокуратура, кстати, пустышку поддержала в суде и потребовала для Сутягина 14 лет лишения свободы. От калужского процесса остался замечательный, теперь уже, можно сказать, исторический документ — Определение Калужского областного суда от 27 декабря 2001 года. Он убедительно показывает, что дела о государственной измене в «ателье» ФСБ шьются бездарно. Суд признал, что обвинения против Игоря Сутягина «не основаны на фактах и не имеют законных оснований». В переводе с русского юридического на чисто русский это означает: сфабриковано. Но и оправдательный приговор судья вынести не мог. Дело было отправлено на доследование.

За два года дополнительного расследования из обвинения исчезли 33 пункта. Осталось всего пять столь же бездоказательных, но за них прокуратура потребовала для Сутягина уже 17 лет строгого режима! Странная прокурорская арифметика: за 38 государственных измен просит 14 лет, а за пять — 17!
Впрочем, дело совсем не в арифметике. По пути из Калуги в Москву дело, имевшее гриф «секретно» (низшая ступень секретности), выросло до «особой важности» — высшей степени секретности. Надо полагать, следователям казалось, что если уж у дела гриф «особой важности», то проблем с обвинительным приговором не будет. А они остались. Пришлось менять судей и коллегии присяжных. В последнюю коллегию пришлось внедрять даже бывшего(?) сотрудника спецслужб. Вот такая коллегия, при многочисленных процессуальных нарушениях и абсолютном неравенстве сторон, и вынесла обвинительный вердикт. Судья Марина Комарова приговорила: 15 лет строгого режима.
Остался месяц до печального десятилетнего юбилея со дня лишения свободы талантливого ученого Игоря Сутягина. Он сидит и даже написал множество рассказов, которые уже вышли отдельной книжкой. Марина Комарова отказалась принять в подарок книгу Игоря Сутягина, которую ей принесли в Мосгорсуд. Не хочет тревожить свою уснувшую совесть?

Гостайна из учебника

А за тысячи километров от архангельской колонии Сутягина, под Красноярском, сидит еще один физик — Валентин Данилов. За разглашение государственной тайны Красноярский краевой суд определил ему 14 лет строгого режима (Верховный суд снизил на один год).
История аналогичная: в первом процессе Данилов был оправдан присяжными. Прокуратура приговор опротестовала, и Верховный суд оправдательный приговор отменил, а дело отправил на повторное рассмотрение. Ко второму процессу подготовились основательно: 8 из 12 присяжных оказались так или иначе связаны с правоохранительными органами. Случайность? Как бы не так. Просто высокий профессионализм организаторов процесса. А вот с профессионализмом тех, кто стряпал дело, — хуже. Потому что нельзя разгласить государственную тайну в техническом задании. Данилов предполагал создать стенд, моделирующий условия в космосе на высоте порядка 36 тыс. км, на котором можно было бы испытывать электронные схемы, приборы и элементы на стойкость к условиям космической среды. А условия эти общеизвестны: ультрафиолетовое, рентгеновское излучения, глубокий вакуум, низкие температуры, электромагнитное излучение.
Все это хотя и написано в учебниках, но было признано чекистами государственной тайной. И никакие пояснения и возражения двух десятков известных ученых — академиков РАН, членкоров, докторов наук не были приняты во внимание. К прокурорам обращался известный специалист в области ядерной физики академик Эдуард Кругляков. Никакой реакции! Ради непомерных амбиций чекистов талантливый ученый уже шесть лет находится за решеткой. Данилов, как и Сутягин, имеет в руках законное реабилитирующее решение первого судебного процесса 2003 года. Но это ему не помогает.

Пора сдавать в утиль

На многочисленные обращения к бывшему президенту Путину не было получено ни одного человеческого ответа. Нет внятных ответов и от нового президента. За них отвечают мелкие и крайне недобросовестные прокурорские чиновники (Генеральной прокуратуры, между прочим!), которые ни один аргумент в пользу ученого так и не опровергли. Похоже, что они даже не читали обращения к Медведеву, не говоря уже о сотне страниц весьма интересных для юристов приложений.
Напрашивается простейший вопрос: зачем стране такая прокуратура? Зачем стране такая спецслужба, которая врет на каждом шагу? Эта сталинская машина образца 1937 года, которая не имеет заднего хода. Как ведут себя вменяемые государственные структуры в случае ошибки, «прокола»? Извиняются и заглаживают свою вину, то есть включают задний ход. Но это не про нас. У нас продолжают тупо твердить: оснований для пересмот­ра дел нет! Как государство может доверять такой спецслужбе? Плодятся в стране многочисленные новые структуры, но провести решительную реформу прогнивших насквозь и непригодных к употреблению ФСБ, МВД, прокуратуры, судов так и не доходят руки. Поэтому и говорит президент жалкие слова. Слова — вместо решительных реформ. Нет, неспроста бывший глава ФСБ Патрушев говорил, что «мы не отказались от своего прошлого». Они точно не отказались и в это свое прошлое тянут всю страну.

Игорь Сутягин

Оскар Кайбышев

Игорь Решетин

Валентин Данилов

---

Юрий Рыжов — действительный член РАН, президент Международного инженерного университета.

Эрнст Черный — ответственный секретарь Общественного комитета защиты ученых.