По следам «Белого таракана». В Театральном проезде появился первый в Москве клуб-театр «Мастерская». За два дня до открытия клуба один из его авторов музыкант Алексей Паперный рассказал The New Times, на что будет похожа «Мастерская», почему ее основными посетителями станут странные люди и отчего кризис клубу не помеха
«Мастерская» находится в здании бывших Китайских бань, на втором этаже. В полумраке ведущей туда лестницы — пахнущий деревом строительный мусор, в мягком свете залов — периодически завывающая дрель, разбросанные по диванчикам гитары, в беспорядке валяющиеся стульчики. Уютно, но пока очень растрепанно. «Сейчас мне кажется, что так здесь будет всегда, — улыбается Паперный. — Это самое приятное время, когда клуб должен вот-вот открыться, и ты не понимаешь, как это произойдет».
Наживаться не умеем
Как вообще можно решиться открыть клуб в нынешних мрачных экономических условиях? Но вехи «клубной истории» Алексея Паперного всегда приходились на смутные времена. Спустя год после дефолта 1998 года открылся знаменитый клуб «Китайский летчик Джао Да», в начале лихих 90-х — «Кризис жанра». А началось все с «Белого таракана», одного из первых клубов в Москве. «Где-то в 90-м году мы с Лешей и его спектаклем «Твербуль» поехали на гастроли в Финляндию, — вспоминает мама музыканта Ирина Борисовна. — И там нас повезли в ночной клуб. Мы просто обалдели! Опьянели от царившего там ощущения свободы!»
Вернувшись в Москву, Алексей предложил: «Давайте откроем клуб в Москве». И в подвальчике рядом с Петровкой появился «Белый таракан». Он просуществовал всего полгода, но стал «концентрацией» самых разных людей, ярких идей и событий... «Помню, перед Новым годом к нам ворвался ОМОН, — рассказывает Паперная. — Начался крик, шум, всех — лицом к стене! А в клубе были и дипломаты, и артисты... Вроде бы какойто преступник забежал к нам в подвальчик и его искали. Страшно было — ужас! Но все ощущали сильное и яркое чувство единения. Тогда были и вера, и надежда, мы как-то свободно жили...»
«Там одновременно находились люди, которые сейчас вообще вряд ли могут где-то встретиться, — вспоминает Алексей. — Сидели бандиты и андеграундные художники, полубомжи и поп-звезды… В одном конце зала Миша Айзенберг, в другом — Алла Пугачева. И при этом было ужасно весело!»
Экономика «Белого таракана» была устроена просто. «Мы, например, покупали сосиски в ларьке на Цветном бульваре и продавали их в клубе, — продолжает Алексей. — Но наживались мы очень плохо, потому что ничего не умели, и просуществовал этот клуб недолго…» — «А сейчас наживаться умеете?» — «Сейчас тоже не умеем. Клуб — не самый лучший способ наживы. Лучше чем-то другим заниматься, если хочешь реально денег заработать. Клуб — это скорее образ жизни и очень приятное времяпрепровождение, требующее колоссальных усилий: ведь здесь музыка, люди, кухня и куча всего остального…»
Сейчас больше драйва
Алексей, почему все ваши проекты открываются в непростые времена?
Думаю, это случайно происходит. Хотя... В такие времена больше драйва, азарта. Вообще это абсолютная авантюра — сейчас открывать клуб. Но мне кажется, что люди, как бы тяжело им ни жилось, все равно будут приходить в «Мастерскую» как домой.
Кто вам помог открыть клуб?
Вы спрашиваете о деньгах? Дали друзья, просили их не называть. А главные помощники — второй учредитель Варя Турова, party-директор, известный в Москве диджей и промоутер Паша Головин и, конечно, публика: друзья, друзья друзей...
Существует рецепт создания успешного клуба?
Даже самым опытным людям невозможно понять, куда люди будут ходить, а куда — нет. Можно сделать двадцать хороших мест, а двадцать первое не получится. Это зависит от всего — расположения заведения, планировки, интерьера, кухни и прежде всего от атмосферы, посетителей… Есть ведь места, где нет ничего, кроме голых стен, но они любимы... Наверное, когда открывают сеть ресторанов, то как-то все это исследуют… Но я в этом ничего не понимаю.
Тем не менее сейчас вы надеетесь на успех. Почему?
Потому что мы наглые. И еще потому, что мы хотим предложить то, чего сегодня в Москве нет, — жизнь, которая, может, и не сразу, но начнет здесь бурлить.
«Вкусовщина на талант»
В «Мастерской» — три зала: ресторан, концертная площадка и зал-театр. В последнем и будут происходить основные события «бурлящей жизни»: «Зал-театр — это главное, из-за чего мы все в это ввязались», — говорит Паперный. Алексей рассказывает о мастер-классах, лекциях по искусству, маленьких фестивалях фильмов, первых читках пьес, которые планируется здесь проводить. «Будем устраивать открытые вечера, ставить спектакли, заниматься рисованием... Есть много людей, с которыми я незнаком, но с которыми мне хотелось бы общаться. И театр дает нам такую возможность — мы можем приглашать людей, делающих удивительное и прекрасное». Уже сейчас зал мог быть расписан на много месяцев вперед. «У нас огромное количество предложений. Но не хочется чем-то клуб напичкать, а потом думать — что же мы такое наделали... Вкусовщина? Скорее это «вкусовщина на талант». Думаем позвать, например, театр Петра Фоменко, Derevo...»
Былая роскошь
Впрочем, Паперный не очень любит рассуждать об «идеологии клуба»: «Просто само слово «мастерская» у меня вызывает приятные ассоциации. Вот говорят же: пойдем посидим у художника, поговорим, выпьем, послушаем… Вот и здесь, мне кажется, должна быть похожая атмосфера... Мы хотели сделать здесь такую «былую роскошь». Ведь очень приятно, когда попадаешь в место, обладающее долгой историей, где остались кресла XVI века, но где бесконечно идет жизнь...»
В приглашении на открытие клуба перечислены все и всё, что можно будет здесь увидеть: театр, концерты, споры, клоунада, круглые столы, кабаре, вкусная еда, джаз, свинг, адская хреномуть, опера, Паперный, флирт, приключения... И еще — странные люди.
«Талант — это всегда что-то необычное, — убежден Паперный. — Странный — читай «талантливый». Каждый талантлив по-своему: кто-то говорит яркие парадоксальные вещи, кто-то, не знаю... подпрыгивает. Мы просто хотим быть шире, чем мы есть».
