Профессор-отказник

Россия отказалась от своего гражданина в угоду Лукашенко

Профессор-отказник. Генпрокуратура России готовит документы для экстрадиции в Белоруссию кандидата философских наук, бывшего декана юридического факультета Брестского университета Николая Петровского. Для того чтобы это стало возможным, Россия отказалась от Петровского, лишив его гражданства, принадлежавшего уроженцу Ростовской области по праву рождения. В деталях дела разбирался The New Times

Письмо в редакцию The New Times Николай Петровский написал из СИЗО № 4, куда он был отправлен 7 июля решением Нагатинского суда Москвы. Срок его содержания под стражей истекал 5 сентября. За неделю до этого, 27 августа, Петровского перевели в Матросскую Тишину, в тюремную больницу — он страдает диабетом и гипертонией. Его жена Оксана Петровская пытается добиться возвращения мужу российского гражданства и освобождения его из-под стражи: в Белоруссии ее супруга обвиняют в попытке получения взятки (статья 430, часть 1 Уголовного кодекса Белоруссии). Сам преподаватель убежден, что преследуют его по политическим мотивам. «Респектабельный человек лет пятидесяти, непонятно, как он вообще мог оказаться в тюрьме», — описывает свою встречу с преподавателем в СИЗО правозащитник Анна Каретникова.

Дело профессора

В белорусский Брест Николай Петровский попал по распределению в 1988 году. После аспирантуры истфака МГУ его отправили преподавать в Брестский педагогический институт. В 1993 году он ненадолго вернулся в Россию, где успел продать дом в городке Белая Калитва Ростовской области, приобрести комнату в московской коммуналке и прописаться в ней. Найти работу в столице Петровский не смог и решил вернуться в Брест, где институт к тому моменту преобразовывался в университет. Петровский взялся за создание юридического факультета и первые несколько лет был его деканом. «Я возглавил университет в 2002 году, — вспоминал в разговоре с The New Times ректор Брестского университета Мечислав Чесновский. — К тому моменту Петровский уже был доцентом, заведующим кафедрой гражданско-правовых дисциплин, работал над докторской. Коммуникабельный, знающий, компетентный преподаватель. Если какие-то вопросы к нему и возникали, то все решались в рабочем порядке. Вплоть до того самого инцидента». «Инцидентом» ректор Чесновский называет лекцию по истории государства и права, которую доцент Петровский прочел студентам-заочникам сразу после парада 9 мая 2009 года. На лекции преподаватель позволил себе вольность и раскритиковал президента Александра Лукашенко, прибывшего на парад в сопровождении своего сына Коли, которого называют преемником белорусского лидера. Юный наследник на параде стоял рядом с отцом в такой же маршальской форме, как и Верховный главнокомандующий. «Он раскритиковал стремление Лукашенко к единоличной власти, его преклонение перед Гитлером и Сталиным. Позволил себе усомниться в психическом здоровье Лукашенко, — вспоминает Оксана Петровская. — Через несколько дней к нему пришли сотрудники КГБ с прямыми угрозами и требованиями увольнения». Кто-то из студентов сообщил в компетентные органы о лекциях, но одними угрозами и профилактическими разговорами дело не ограничилось. Спустя несколько недель, 4 июля 2009 года, преподавателю сообщили, что он обвиняется «в намерении получить взятку в размере $130». Эти $130 Петровский якобы должен был получить от студенток 2-го курса Алешиной, Дыдко и Добролет на пересдаче экзамена. Один из бывших студентов Петровского на условиях анонимности заявил The New Times, что профессор действительно практиковал прием экзаменов за вознаграждение и «студенты решили сдать его органам, потому что достал он всех окончательно». Однако факта передачи денег следствием зафиксировано не было, показания против преподавателя дала одна из сотрудниц кафедры, заявившая, что получила валюту от студенток и намеревалась передать ее Петровскому.

Россия не ждала

Несколько месяцев Петровский являлся на все допросы, продолжал работать и ожидал, что его дело вот-вот закроют. Коллеги и бывшие выпускники со связями в КГБ Белоруссии намекнули, что оно будет доведено до конца. 30 ноября 2009 года Николай Петровский вернулся в Москву, полагая, что здесь ему ничто не грозит: 61-я статья Конституции запрещает выдачу российских граждан другим государствам. ГУБОП МВД Республики Беларусь по Брестской области беглец сразу же был объявлен в международный розыск. 22 января 2010 года Петровского впервые задержали. В постановлении об освобождении лица, находящегося в межгосударственном розыске (копия этого документа есть в распоряжении The New Times), сказано: «Установлено, что Петровский Николай Александрович является гражданином Российской Федерации /.../ в связи с чем выдаче не подлежит». Однако спустя два месяца, 11 марта 2010 года, Петровский получил письмо из Управления Федеральной миграционной службы по Москве: «Сообщаю, что на основании заключения УФМС России по Москве от 10 марта 2010 года вы считаетесь не приобретшим гражданство РФ в результате признания. /.../ В связи с вышеизложенным вам необходимо обратиться в отделение УФМС для сдачи имеющихся у вас паспортов гражданина РФ». И документ, подписанный заместителем начальника УФМС Ж. Матюхом, и заключение, подписанное начальником УФМС по Москве полковником милиции Ф. Карповцом, также имеются в распоряжении редакции. В соответствии с законом «О гражданстве» от 28 ноября 1991 года гражданами РФ признавались все граждане бывшего СССР, постоянно проживающие на территории РФ на день вступления в силу этого закона, если в течение одного года после этого дня они не заявили о своем нежелании состоять в российском гражданстве. Основанием для отказа в гражданстве Петровскому, по версии УФМС, стало то, что вплоть до 1993 года преподаватель проживал в Бресте, имел белорусскую временную прописку, а в 1997 году, когда в Белоруссии происходил обязательный обмен паспортов советского образца, получил на руки белорусский паспорт. От российского гражданства он при этом не отказался. Но сотрудников Федеральной миграционной службы этот факт не смутил. Они оставили без внимания и то, что родился Петровский в Ростовской области, то есть на территории России, что в Москве у него имеется собственная квартира, в которой он прописан, что в 1997 году ему был выдан вкладыш в советский паспорт о российском гражданстве, наконец, в 2001 году, когда уже в России происходила обязательная замена паспортов советского образца, Николай Петровский получил новый паспорт, а в 2004 году, достигнув 45-летнего возраста, поменял старый документ на новый (ксерокопии этих документов также имеются в распоряжении The New Times).
«Соглашения о двойном гражданстве между Россией и Белоруссией нет, — комментирует юрист Григорий Попов. — Поэтому формально ФМС имела основания для проведения проверки. Возможно, в действиях Петровского даже можно найти какое-то нарушение, если он оказался гражданином сразу двух стран. Но в соответствии с российским законодательством, с законом «О гражданстве» и постановлением Конституционного суда от 16 мая 1996 года, человек, получивший гражданство по праву рождения, не может его лишиться, если сам не изъявил такого желания». 5 июля бывшего декана задержали сотрудники уголовного розыска на пороге его квартиры на Каширском шоссе в доме № 50. Двое суток он провел в ОВД «Москворечье-Сабурово», а 7 июля Нагатинский суд отправил его своим решением в СИЗО № 4. 2 сентября Нагатинский суд продлил срок содержания Петровского под стражей еще на 4 месяца. Одновременно тот же Нагатинский суд рассматривает его заявление об обжаловании неправомерных действий УФМС по Москве. Если суд признает, что доцент Петровский был законно лишен российского гражданства, ему предстоит экстрадиция в Белоруссию.
1 сентября доцент Петровский, так и не закончив своей докторской диссертации, должен был выйти читать лекции студентам Московской открытой социальной академии. «Насколько нам известно, он сейчас болеет и временно отсутствует, — заявили The New Times в деканате юридического факультета МОСА. — Но в ближайшие дни он должен приступить к работе». Продолжит ли доцент Петровский работать со студентами или отправится отбывать срок в Белоруссию — зависит только от одного: откажется ли Россия окончательно от своего гражданина или нет.