Что ждет мэра Москвы?

Борис Березовский — The New Times

Бориса Березовского в девяностые называли «делателем президентов, премьеров

и губернаторов». На фото 1998 года он вместе с президентом Б.Н. Ельциным и премьером

С.В. Кириенко на заседании Совета глав государств СНГ

Что ждет мэра Москвы? The New Times обратился за экспертной оценкой к бизнесмену и политэмигранту Борису Березовскому, который был одним из главных организаторов первой войны против Юрия Лужкова в далеком уже 1999 году. Тогда мэр схватку проиграл, но пост за собой сохранил. Есть ли шансы сейчас?
В свое время вы весьма активно боролись с мэром Москвы, точнее, с коалицией Лужков — Примаков и создан­ной ими партией «Отечество». Многие сравнивают информационную войну, которая развернулась на центральных каналах, с тем, что мы наблюдали в 99-м. Какую цель ставят нынешние российские власти? Параллель корректна: и тогда, и сейчас идет борьба за власть, апогей которой в 2012 году. Но времени-то осталось немного. А Москва — важнейший ресурс в этой борьбе: и электоральный, и финансовый, и политический. Поэтому, конечно, фигура мэра Москвы, человека, который «рулит» Москвой, может кардинально изменить расклад сил. Я, кстати, не исключаю перенесения президентских выборов на более ранний срок.

Объекты Но в 1999 году в стране были какие-никакие выборы и пропагандистская кампания все-таки ориентировалась на избирателей. А сейчас на кого? Да, в 1999-м была информационная вой­на. Сегодня же всем понятно, что поле боевых действий перенесено совершенно в другие сферы. Власть расценивает информационные ресурсы как вторичные, потому что в кармане они держат ордер на арест. И тем не менее это артподготовка. Артподготовка информационная. И адресована она ограниченному кругу лиц: Лужкову лично, его ближайшему окружению, его жене, элитам. Недавно были показаны фильмы об Иосифе Кобзоне, об Алле Пугачевой, им просто пригрозили пальчиком, сказали: «Осторожно, отойдите в сторонку. Мы столько и на вас можем «накопать»!» – зная, что они близкие Лужкову люди. Был дан сигнал в одной из передач госканала и судьям: «Вы знайте свое место! Аккуратненько! Мы понимаем, что все московские суды — все лужковские, и мы вам пока по-хорошему говорим: «Уйдите от Лужкова!»

Не проще снять трубку, позвонить Кобзону, Пугачевой, главе Мосгорсуда и так далее и сказать все те же слова непублично? Нет, не проще. Потому что, хотя все понимают, что рулит историей по-прежнему Путин, а Медведев — он по-прежнему пластилиновый, гуттаперчевый, но за эти годы, когда Медведев встал у власти, вокруг него сложились мощные группы: группы влияния, бизнес, какие-то политики. И у этих групп возникли объективные противоречия с кланом, который стоит за Путиным.

Противоречия вокруг чего? Собственности? В основном, конечно, вокруг бизнеса, это борьба за активы, огромные активы. И передел будет продолжаться бесконечно, пока не будет в России по-настоящему демократической власти. И вот сейчас поставлена на карту история с Лужковым. Хватит у Медведева силы подписать указ (о его отставке) или не хватит? Вот если не хватит, значит, Медведев не имеет никакого шанса. Значит, он очевидное «никто». А если хватит, значит, возможна реальная борьба за власть.

Все равно непонятно: Кремль мог просто позвонить Лужкову и сказать: «Юрий Михайлович, вы должны уйти. Напишите заявление». Почему потребовалась информационная кампания? Потому что Кремлю небезразлично мнение российской элиты — этим словом я называю тех людей, которые принимают решение или влияют на принятие решения. Это небольшое количество людей, моя оценка — две тысячи человек. Я имею в виду тех, кто сидит и в федеральных органах, и в региональных. Помимо этого есть суперэлита — примерно 50 человек, которые принимают самые главные решения или имеют возможность прямого выхода на людей, которые принимают самые главные решения. Это те люди, которые общаются напрямую с Путиным, с Медведевым. Среди этих двух тысяч с небольшим человек 99% не хотят Путина: за десять лет Путина у власти они сделали для себя очень важные выводы, касающиеся его личных качеств: злой, мстительный, как следствие — опасный и к тому же, как недавно оказалось, еще и неумный. И потом, вот эта терминология — «дубиной по голове». Я помню, когда я первый раз услышал — это касалось меня лично: в интервью одна французская журналистка задала Путину вопрос касательно причин моего отъезда. Он сказал, что государство уже достало дубину и, если надо, ударит этой дубиной по голове. Знаете, такая навязчивая идея про «дубиной по голове»… Так вот, элита чувствует: он опасен, понимает, что если он получит власть в 2012 году, то это на 12 лет, и элита понимает, что ее разметают, ее сотрут в порошок.

Путин — национальный лидер, у него рейтинг, телевизионные каналы, ресурсы бюджета… Поймите, Путин был ценен для бизнеса российского, для элит тем, что он был крышей на Западе, он был таким хорошим, правильным борцом с плохими, с олигархами. История с отравлением полонием Литвиненко перевернула эту страницу — Путин на Западе больше не крыша, не защита. Более того, близость к Путину стала даже создавать проблемы.

Можете привести пример, кому близость к Путину создавала проблемы? Ну, Дерипаска, например.

Путин все это хорошо знает, у него тоже не выдерживают нервы. Он видит, что его рейтинг падает, слова уже надоели, манера тоже надоела. Он просто не сдержался, и началась вот эта война: не могу исключить, что всю интригу раскрутил Путин, чтобы вот так именно противопоставить Медведева Лужкову.

Итак, первый главный адресат телепропаганды — это две тысячи человек элиты, которые тем самым должны понять, что Лужков для них не может быть ни лидером, ни поддержкой… Абсолютно верно.
Но есть и второй объект — отсюда такая масштабная пальба по телевизору — это низкооплачиваемые слои населения, у которых Лужков благодаря своим популистским мерам пользуется огромной популярностью. Отсюда и эта абсолютная чернуха, в которой правду от неправды отделить невозможно. Те, кто эту спецоперацию проводит, они опасаются, что вот эта поддержка масс дает Лужкову независимость. Они заблуждаются. Лужков не политик. Потому что для политика он лишен главного — воли. Я наблюдал, как в 99-м, когда он был жесточайшим оппонентом и Ельцина, и Путина, как он «слился» буквально через несколько месяцев и со всем своим «Отечеством» побежал в «Единство». И получилось то, что называется «Единая Россия». Для Лужкова интересы семейного бизнеса всегда были и есть выше политических интересов. Знаете, как в свое время Потанин говорил: дайте нам за ручку ухватиться, а уж дверь-то мы выломаем… Но они (Кремль) считают, что он может проявить самостоятельность, что он может посчитать себя вот той самой гирькой, от которой зависит, в какую сторону склонится чаша весов (в противостоянии кланов Путина и Медведева). „

Я считаю, что Лужков обречен.

Он попал даже не под паровоз —

под «Ладу-Калину»

” Методы
Поразительно, но в этом вы сходитесь с оценками Елены Батуриной, которые она высказала в интервью The New Times… Итак, сигнал элитам дан, народу рассказали, что их любимый мэр плохой, но дуумвиры по-прежнему молчат. Что будет, исходя из вашего опыта, дальше? Я считаю, что Лужков обречен. Он попал даже не под паровоз — под «Ладу-Калину». Ну, пахан едет в этой «Ладе-Калине», и ее вес оказался достаточным для того, чтобы Лужков не выдержал. Вопрос только в том, каков будет торг.

О чем будут торговаться? Только о собственности. И о тех активах, которые семья нажила за это время. И я считаю, что здесь тоже абсолютно безнадежно.

Отберут все? Непременно. Если не они сами, я имею в виду не власть сегодняшнюю, то — конкуренты. Столько за это время возникло недовольных, что они даже уже и до Лондона доехали. И как только ослабнет политическая позиция Лужкова, они будут рвать на части собственность, будут преследовать активы, деньги… Это закон жанра.

Как происходит этот торг? Что, какой-нибудь посредник от Кремля встретится с Юрием Михайловичем и скажет: «Отдашь это и это, а мы тебе позволим оставить, скажем, бизнес в Марокко и виллу в Австрии». Так? У меня есть такой опыт, к сожалению. Со мной торговался Роман Абрамович, который приехал ко мне во Францию, и сначала был первый разговор, мы говорили о том, что у нас есть вместе, что отдельно и как с этим быть. А через короткое время после этого разговора посадили в тюрьму моего партнера Николая Глушкова. И приехал опять тот же самый Рома, и опять разговор про то же, но уже с совершенно других позиций: сидит мой друг, который сел из-за меня… Короче, торг происходил с пистолетом к голове. Вот если Юрий Михайлович не поймет этого языка, то есть этих телевизионных агиток, не будет готов отдавать, то дальше, я думаю, — открытие уголовных дел, подталкивание к выезду за границу или к невозвращению из-за границы. Если это не поможет, арестуют кого-нибудь из «Интеко», посадят, откроют уголовное дело против Юрия Михайловича, против Батуриной. И уверяю вас, что даже если формально они и не нарушали закон, я этого просто не знаю, уж те органы, силовики и органы устрашения, которые существуют в России, они докажут тысячи историй, когда они нарушали, причем в том же самом-самом справедливом московском суде, в котором всегда выигрывали: он переметнется в одну секунду на сторону Кремля и отвернется от Москвы. У них огромный набор инструментов — просто все они бандитские.
Уверяю вас: к Юрию Михайловичу уже гонцов присылали, не сомневаюсь в этом.

Какой бизнес будут отбирать в первую очередь? Что самое ценное? Самое ценное — Юрий Михайлович Лужков, мэр города, — это главная капитализация их компании.

Выходы
Лужков — где он опаснее для власти: под боком, на каком-то почетном, но малозначимом посту или, напротив, на вольных просторах Европы? Не знаю. Но я считаю, что единственное спасение Лужкова — это уход в политику, заявить о себе как о кандидате в президенты. Тогда каждый ордер на арест или каждое судебное дело — плюс миллион голосов, грубо говоря.

Даже после всех этих телепомоев? Знаете, он сказал в интервью Марианне Максимовской: «Я не собираюсь оправдываться. Потому что в России так устроен менталитет людей, что если ты оправдываешься, ты уже виноват». Да, вот в Англии необходимо оправдываться. А в России — действительно глупо. И поэтому я считаю, что единственно правильная позиция — не оправдываться, а встать в гражданскую позицию. Лужков не политик, но политическая сила, — безусловно.
Другое дело, я считаю, что если бы Лужков пришел к власти в России, это было бы еще хуже, чем Путин.