Оригинал материала
Москва, проспект Сахарова
От 70 до 100 тыс. человек собрал второй митинг «За честные выборы». Главное событие года — пробуждение российского общества. Репортаж с площади — от корреспондентов The New Times 
 |
Станция «Комсомольская», — объявил механический голос, и вагон, в котором ехал корреспондент The New Times, опустел. Все пассажиры вышли и из других вагонов, направившись к эскалаторам. Город шел на митинг. Уже на улице, там, где обычно кучкуются попрошайки и гастарбайтеры, люди собирались группками. Кто-то ждал друзей, кто-то разворачивал плакат «Мы не бандерлоги». Идти до проспекта Сахарова не более 5 минут, но по пути трижды подбегали девушки, раздававшие белые ленточки. Сразу за металлоискателями всем желающим выдавали шары с надписями «Мы придем еще! Нас будет больше!» и «Вы нас даже не представляете!»
Площадь Здесь начиналась другая Россия. И метра нельзя было пройти, не получив очередную листовку, газету, плакат или значок. Рядом с активистами партий КПРФ и «Яблока» стояли националисты, представители сексуальных меньшинств, просто граждане. Многие принесли с собой плакаты, так что митинг превратился в конкурс креатива. На плакатах, встреченных The New Times, было написано: «Нас 146%», «Ищу пункт выдачи Госдепом небольших денежек», «У Путина истек срок годности», «Хватит кормить удава» и «Не используйте грязный тандем повторно». Встречались и шутники с аполитичными плакатами вроде «Слава сиськам». На ряде пунктов был портрет президента Чехии Вацлава Гавела. «Прага нам ближе, чем Пхеньян», — было написано на плакатах. Толпа смолкла, когда объявили минуту молчания по ушедшему политику. С обеих сторон проспекта выстроились палатки: белые — «Солидарности», где можно было взять агитку «Белая лента — V — символ твоего неравнодушия к фальсификации выборов» (ответ на новый слоган нашистов «V — значит Vladimir»), зеленые — где можно было написать заявление в Верховный суд: «Я, избиратель, поддерживаю требование об отмене решения ЦИК о результатах выборов», и желтые, где распространяли литературу марксисты. Вокруг одного из лотков собралась толпа — аспиранты соцфака РГГУ проводили социологический опрос? «Вы принимали участие в публичных акциях протеста в течение последних 5 лет?», «Почему вы пришли сегодня на митинг?», «Как вы проголосовали 4 декабря?» На столах молодых социологов кроме опросников лежали открытки с «волшебником Чуровым» и надписью «Гражданская компания «НЕ КОЛДУЙ».
 |
«Ассоциация избирателей России», создать которую предложил еще на митинге на Болотной телеведущий Леонид Парфенов, как оказалось, уже образовалась. Корреспондент The New Times встретил молодого человека с прозрачной белой коробочкой на шее и бейджиком «Волонтер». Попыхивая крохотной трубочкой, он ласково предлагал всем проходящим записаться в наблюдатели на президентские выборы.
Из организованных групп особенно выделялись люди с флагами цветов радуги. Их было немного, человек 10. В двух шагах от них — молодежь с белыми шариками. Иван, 21-летний студент МГУ, бодро помахивая шариком, сказал The New Times, что все они, человек 20, организовались через сайты dirty.ru и leprosorium.ru. «Наши шарики означают, что, во-первых, нас надули. А во-вторых, публично оскорбили насчет контрацептивов…»
Тема контрацепции развивалась и другими участниками митинга. Улыбчивая семейная пара — загорелая Катя (юрист, 49 лет) и высокий, в яркой красной куртке Миша (режиссер, 40 лет) держали плакаты «Наш презик — Путин». «Ты это все заварил, ты и рассказывай», — Катя шутливо толкает мужа локтем. «Ну, — начинает Миша, — во-первых, митинги — это весело! А во-вторых, менять режимы надо быстро, легко и часто. Затем сюда и пришли!»
В той части проспекта, которая была удалена от сцены, на выступления реагировали вяло, хотя слышимость была прекрасная. Дотянуться до задних рядов удалось лишь Алексею Навальному — его лозунги подхватили все. В стороне от толпы, на тротуаре был замечен политтехнолог Глеб Павловский: «Если сравнивать с Болотной, то тогда, на мой взгляд, было очень много молодежи и пожилых людей. А сейчас я вижу новую прослойку — 30–40-летние». По мнению бывшего кремлевского политтехнолога, выступающие на сцене лидеры оппозиции тех, кто пришел на проспект Сахарова, никуда не поведут: «Я думаю, что лидеры, которые нужны людям, должны появиться из этой толпы».
В какой-то момент на площадь пришел кандидат в президенты миллиардер Михаил Прохоров в компании с борцом с наркотиками Евгением Ройзманом и актером Леонидом Ярмольником. На сцену Прохоров, хотя он и был включен в список выступающих, так и не вышел. Но на вопросы отвечал охотно и пообещал разогнать Госдуму и объявить досрочные выборы в случае своей победы на президентских выборах 4 марта. Публика встречала кандидата весьма по-разному: кто-то поддерживал, кто-то, как молодые социалисты, скандировал «Россия без олигархов», а когда кандидат в президенты случайно приблизился к группе анархистов, в него полетели снежки, после чего он покинул митинг.
И еще штрих. Предприниматель Алексей Шичков и еще 7–8 человек стихийно организовались и устроили на площади Сахарова маленькую полевую кухню: разливали чай, кофе, раздавали баранки. Активное участие в этом приняла Елизавета Глинка — доктор Лиза. Кроме чая на площади Сахарова раздавали макароны с кетчупом — по договоренности с организаторами митинга их привезли предприниматели, пожелавшие остаться неизвестными.
„
Гарри Каспаров: «Русская смута начинается с царя Бориса и заканчивается Лжедмитрием»
”
Бой местного значения Самой организованной группой на площади были националисты. Крепкие ребята заранее договорились, как им вести себя в разных ситуациях: они пришли с огромными полотнищами черно-желто-белых флагов на длинных древках и заняли места почти у самой сцены, что гарантировало прямое попадание в объективы всех фронтальных телекамер.
Не будь динамики репродукторов столь мощными, их выкрики заглушили бы выступления неприглянувшихся им ораторов. А не приглянулись им почти все: Григорию Чхартишвили (Борису Акунину) чернокурточники дружно орали: «Ты кто?!», «Дайте слово русским!» С появлением Артемия Троицкого начали скандировать: «Ру-со-фоб!» В настоящее иступление борцов за чистоту русской расы привело появление на трибуне Бориса Немцова и Гарри Каспарова. В небо взлетела красная ракета, несколько бригадиров достали из-под курток рации «Моторола» (странным образом не изъятые при проходе через металлоискатели) и начали отдавать какие-то команды. Группа развернулась спиной к сцене и слаженно заорала в сторону собравшихся на площади людей многократное «На х…! На х…! На х…!» В ответ из соседней группы московских интеллигентов на матерщинников отважно бросились несколько женщин. «Убирайтесь к себе в Люберцы!» — кричала им пышная неопределенных лет блондинка в белом пуховике, дама начала колотить спины ближайших к ней «нациков» изящной кожаной сумочкой. Парни нахохлились, подставляли бока, но не отвечали на удары ни словом, ни действием. Неожиданно к «атаке» присоединилась совсем пожилая бабушка, лет семидесяти пяти. Смело вклинившись в стан врага метра на полтора, бабушка стала скандировать: «За Кав-каз! За Кав-каз! Вот вам!» Один из молодых мужчин с державным знаменем в руках, длиннополом плаще и австралийской кожаной шляпе вежливо отреагировал: «Женщины! Ну зачем вы так? При чем тут Люберцы? Я вот на «Университете» живу, преподаю в вузе. А места на площади всем хватит». Отвернувшись от оторопевших женщин, как ни в чем не бывало мужик вместе со всеми продолжил скандировать: «На х…! На х…! На х…!»
„
Дмитрий Быков: «История поставила на нас и положила на них»
”
 |
Митинг Такого технического роскошества, как на проспекте Сахарова 24 декабря, ни один митинг оппозиции времен Путина не знал. 70 киловатт звука, два огромных экрана: один возле сцены, другой посредине проспекта, две дополнительные фермы с динамиками, суперсцена. В результате речи ораторов были слышны аж возле площади трех вокзалов. Ставила это роскошество та же компания ООО «СэлМа», что делает митинги «Единой России» или «Наших», рассказал куратор технической части митинга Юрий Сапрыкин, шеф-редактор объединенной компании «Афиша» — «Рамблер». Обошлось это в 2,5 млн рублей, выплаченных из 3 млн 923 тыс., собранных за три дня казначеем митинга Ольгой Романовой
* * Из 1 млн 423 тыс., которые остались в кошельке митинга, будут выплачены налоги, заплачено «Левада-Центру» за социологический анализ пришедших на проспект Сахарова граждан, а «сдача» — заморожена для следующих подобных акций. . На верхнем козырке сцены висел лозунг «Россия будет свободна», а по бокам — «Эти выборы — фарс».
Еще одно новшество — трансляция действа шла не только в интернете, но и по кабельным каналам: справа от сцены была установлена передвижная студия канала «Дождь», с платформы которой выходили в прямой эфир и ораторы, и известные участники митинга, и журналисты, работали шесть камер «Рамблер ТВ», а перед сценой выстроились камеры все известных телекомпаний мира.
Великолепное оснащение митинга имело свои плюсы и минусы: ораторов было настолько хорошо слышно (в отличие от предыдущего митинга на Болотной площади), что они получали немедленную ответную реакцию. И становилось ясно, кого площадь приняла, а кого — не вся или безоговорочно «нет».
Приняла писателя Бориса Акунина, который выступал первым и который сразу обозначил: пусть митинг и называется так же, как предыдущий — «За честные выборы», но главная тема, в том числе и на после митинга: «Что нужно сделать для того, чтобы Владимир Путин отправился не в Кремль, а на пенсию». Приняла Алексея Навального: он построил свою речь в режиме диалога: «Мы будем настаивать и мы заставим отдать то, что принадлежит нам по праву. Да или нет?» — кричал он в микрофон. И площадь отвечала ему раскатистым: «Да-а-а!!!», «Мы говорим Мохнаткину и Ходорковскому, несправедливо осужденным: один за всех…» — «И все за одного!!!» — яростно заканчивала речовку площадь. Правда, когда Навальный сказал «Я вижу здесь достаточное количество людей, чтобы взять Кремль и Белый дом прямо сейчас», стоявшие рядом средних лет люди, бизнесмены и журналисты закачали головами. Но почти без паузы он продолжил: «Но мы мирная страна, мы не сделаем этого», и все как-то облегченно вздохнули. Впрочем, пару человек потом спрашивали: «Вам не страшно было слушать Навального?» Страшно? После «прямых линий» Путина, под контролем которого и армия, и полиция, и ФСБ? Но такая реакция была тоже отражением площади, в которой были не только молодые лица, чем особенно запомнилась Болотная, но особенно много 30–40-летних. Хорошо реагировали на видеообращение тележурналиста Леонида Парфенова, который вновь сравнил Путина с Брежневым, напомнил, как смеялась страна над генсеком на исходе его 18-летнего правления: анекдоты о дуумвирах сегодня переполняют интернет. С откровенной симпатией площадь отзывались на шутки спортивного комментатора Василия Уткина, который вместе с Ольгой Романовой и Владимиром Рыжковым был одним из ведущих митинга. Хохотали во время выступления музыкального критика Артемия Троицкого: он был одет во все белое, что символизировало тот самый «контрацептив», с которым в ходе своего телешоу премьер сравнил белые ленточки. «В.В. Путин шифруется от собственного народа», — констатировал бывший главный редактор русского «Плейбоя», говоря о крайней («первобытной», как выразился) закрытости всей частной жизни Путина, что для публичного политика нонсенс. «Хотим ли мы царя-нелегала? — вопрошал Троицкий. И на радость слушавших отвечал: «Спасибо, не надо!»
 |
Писатель Дмитрий Быков, политик Илья Яшин, как ни странно, бывший премьер-министр Михаил Касьянов — и к ним, как минимум либеральная часть площади отнеслась достаточно благосклонно.
Но были и те, кого площадь не приняла абсолютно. Этот антирейтинг, по оценкам шести корреспондентов The New Times, работавших в самых разных точках проспекта Сахарова, выглядит так: телеведущая Ксения Собчак, бывший министр финансов Алексей Кудрин, националист, один из лидеров националистов Владимир Тор, лидер «Солидарности» Борис Немцов, депутат Госдумы от партии «Справедливая Россия» Илья Пономарев. Всех их освистали.
Ксения Собчак, очевидно, понимала, на что шла: ее привыкли отождествлять с «гламурной тусовкой», а гражданскую активность последних двух недель, видимо, немногие заметили. Надо отдать должное Собчак: несмотря на яростный свист, ей хватило мужества довести свое выступление до конца. Приход бывшего министра финансов Кудрина на митинг стал сенсацией в среде журналистов и политиков. Кудрин долго ждал своей очереди выступить, стоя в углу сцены (и было видно, что ему неуютно, тем более что ждать ему пришлось долго) и беседуя с людьми, рядом с которыми его еще вчера нельзя было даже вообразить: например, с Алексеем Навальным. Несмотря на то что Кудрин сразу заявил, что выборы 4 декабря были нечестными и нужны будут новые выборы, площадь не слышала его — кричала: «Верни деньги». От депутата Пономарева собравшиеся требовали того же, чего от всех других депутатов на митингах в разных городах страны, — «Верни мандат». «Ну, порви ты свой мандат публично перед всеми — это же такой шанс для тебя стать в первые ряды наших лидеров! Нет — Дума дороже! Никакого политического чутья, блин! Хлам, а не политик!» — громко сердился один из пришедших на митинг молодых людей — на вид не старше тридцати.
 |
Получил своего свиста, и вполне громко, и националист Владимир Тор — за лозунг «Россия для русских». Площадь очевидно негативно восприняла это его желание поделить протестующих на своих и чужих.
Было любопытно видеть, что идея «мы такие здесь разные, но чувство, которое нас объединяет, многократно сильнее всех вещей, которые нас разделяют», — с этого начал свое выступление Борис Акунин, была поддержана и его, казалось бы, абсолютным оппонентом, лидером «Русского общественного движения» Константином Крыловым. В других выражениях, но он, выступавший практически в конце митинга, сказал примерно то же самое: и левым, и правым, и как он выразился, «желтеньким в крапинку» — всем нужны свободные выборы и свободная страна. Что вызвало немалое удивление у многих. «Спасибо Путину, он объединил самых разных политиков, — сказал лидер Объединенного гражданского фронта Гарри Каспаров.
Помимо «Путина в отставку», красной нитью через весь митинг прошло еще несколько тем: «Свободу политзаключенным» — от Михаила Ходорковского до Сергея Удальцова (видеозапись его выступления, как всегда резкого и эмоционального, сделанного из больничной палаты и под приглядом конвоя, была также показана с огромных экранов), и требование честности и порядочности, нравственной политики — вот что сегодня как воздух необходимо. На проспекте имени Андрея Дмитриевича Сахарова, апологета нравственной политики, это требование звучало символично: оно перебросило мостик в конец 1980-х, когда под давлением низового протеста и в результате раскола элит (что все больше наблюдаем мы и сейчас) рухнул тоталитарный режим.
„
Если бы кто-то из толпы пошел несанкционированной колонной, был приказ мочить всех жестко
”
Охраняющие Все переулки справа от внутренней стороны Садового кольца были забиты полицейскими автобусами и автозаками: уже после митинга корреспонденты The New Times насчитали 29 автозаков, в которых сидели полицейские, — и это только в одной колонне, примерно столько же было и в другой, которая вышла из переулков, примыкающих к площади трех вокзалов. Вдоль Садового кольца с той стороны, что стояла сцена, все было перекрыто зелеными грузовиками внутренних войск.
Когда толпа начала расходиться, лица солдат и офицеров, стоявших в оцеплении, заметно повеселели. Даже омоновцы заулыбались и согласились взять шоколадки. Еще позже в кафе, отогреваясь глинтвейном от долгого рыканья на морозе, знакомый опер корреспондента The New Times из дивизии Дзержинского честно признался: «Слава богу, пронесло. Это на Болотной никто ни к чему не был готов и прошла команда никого не трогать. А сегодня все расчеты были проинструктированы по-боевому: если бы кто-то из толпы пошел несанкционированной колонной, был приказ мочить всех жестко. На месте митинга, конечно, не стали бы — подождали, рассеяли и потом бы начали замес».
Что — дальше? Молодой предприниматель Ринат (26 лет), прилетевший в Москву специально на митинг из Набережных Челнов, был явно расстроен: «Я им (организаторам) больше не верю. Во-первых, мне никто не объяснил, что все-таки делать в ситуации, когда власть на наши требования на Болотной «положила». Во-вторых, я не понял, что предлагается делать, пошагово, дальше. Такое ощущение, что они не хотят идти до конца. Вот кричат с трибуны «мы народ!», а я чувствую, что они сами в это не верят». И в этом своем недовольстве Ринат был отнюдь не одинок: корреспонденты слышали похожее от самых разных людей. Цели (перевыборы, «Путина в отставку») — ясны, а вот как к ним конкретно двигаться — этого политиким то ли вовсе не знают, то ли в суете борьбы за списки выступающих не успели о том подумать и сформулировать.
В интервью The New Times один из лидеров Партии народной свободы Михаил Касьянов заявил, что считает необходимым требовать переноса президентских выборов на апрель месяц, чтобы другие кандидаты могли донести свои программы до избирателей. Но как можно заставить Владимира Путина пойти на такой шаг — он не сказал. Пока же, говорит Касьянов, «власть пытается бросать «кости», то предлагая зарегистрировать оппозиционные партии, то назначая в правительство популистов вроде Рогозина, который до своей работы в штаб-квартире НАТО в Брюсселе был одним из самых заметных лидеров русских националистов.
Алексей Кудрин, который, по его словам, на следующей неделе будет встречаться с премьером Владимиром Путиным и до которого попытается донести требования митингов, считает, что власть должна начать переговоры с оппозицией. Более того, Кудрин предлагает себя в качестве медиатора — «в принципе я могу обеспечить переговоры», — сказал в интервью он. Но на прямой вопрос: «У вас есть на это мандат от Путина?» — ответил: «Пока нет». Кто может быть сторонами переговоров — тоже неясно. «Путин будет готов встречаться с Алексеем Навальным, который является одним из самых популярных политиков протеста?» — спросил The New Times. Ответ: «Этого я не знаю». «С Немцовым?» Ответ: «Я думаю, что так можно ставить вопрос».
Что касается ближайших недель, то бывший министр финансов считает, что неоходимо в ускоренном темпе принимать новый избирательный закон, создавать партию, которая могла бы представлять интересы либералов и среднего класса, открыть федеральные телеканалы для оппозиции. «После этого — выборы. Тогда через год-полтора мы будем иметь нормальный парламент», — сказал в интервью The New Times Алексей Кудрин.
«А что делать 4 марта!» — «Нужно быстро провести изменения в избирательных процедурах и установить контроль на выборных участках». «Путин этого не боится», — добавил он. «Россия переживает принципиально новый этап развития, — говорит Игорь Клямкин, вице-президент фонда «Либеральная миссия». — Общество впервые показало свою субъектность и нежелание жить так, жить по этим правилам. Но тот факт, что в этом движении нет никакого политического проекта, отражает весь кризис российского развития».
Следующий митинг пройдет в Москве 24 февраля, за неделю до президентских выборов. Впрочем, и в этом ясности пока нет.
Организацией митинга занимались самые разные группы гражданских активистов
«Знаете, какое главное достижение митинга, — написала в Facebook продюсер Вера Кричевская. — За этими митингами не было ни Березовского, ни Госдепартамента, ни проплаченной массовки, за этими митингами только путинское удушье и немного цукерберга».
В группе митинга на Facebook отметилось более 50 тыс. человек. В социальной сети «ВКонтакте» было создано несколько несвязанных групп, суммарное количество участников — 30 тыс. человек. В этот раз с помощью соцсетей люди не только узнавали время действия, но и самоорганизовывались для участия в его подготовке.
Глава фонда ИНДЕМ Георгий Сатаров организовал круглый стол — потенциально площадку для переговоров с властью.
Журналистка Маша Гессен предложила всем, у кого есть идеи акций и флешмобов для митинга, собраться в одном месте, обсудить их и найти единомышленников для реализации. Площадку для собрания предоставила совладелица театра-клуба «Мастерская» Варвара Турова. Результат этих встреч — гражданские активисты из «Мастерской» развернули на митинге многометровую белую ленту, раздали множество белых значков, лент, стикеров, на которых Чебурашка выступает за честные выборы.
Власть — Болотной
В послании Федеральному собранию Дмитрий Медведев ответил митингующим и объявил о ряде политических уступок, на которые готова пойти власть.
Реформа политической системы:
— прямые выборы губернаторов;
— упрощенный порядок регистрации политических партий (по заявке от 500 человек, представляющих не менее половины регионов России);
— отмена необходимости сбора подписей для участия в выборах в Госдуму и региональные законодательные собрания;
— сокращение количества подписей избирателей для участников выборов президента России (до 300 тыс.), а для кандидатов от непарламентских партий — до 100 тыс.Изменение порядка избрания Госдумы:
— введение в парламенте пропорционального представительства по 225 округам;
— расширение представительства политических партий в Центризбиркоме и региональных избиркомах, наделение партий правом отзыва своих представителей из избиркомов.В сфере СМИ:
— создание Общественного телевидения.