Оригинал материала
Преддверие космоса
Репортаж из Звездного городка
Кабина спускаемого аппарата корабля «Союз»
Центр предварительного космоса. В Звездном городке, где космонавты проходят тренировки перед тем, как отправиться в дальнее путешествие, побывали корреспонденты The New Times
Даже сидя в полноразмерном макете кабины спускаемого аппарата корабля «Союз», на котором космонавты отрабатывают навыки управления и спуска на Землю, трудно испытать чувство, что стал хоть чуть-чуть ближе к космосу. Не возникает это чувство и в помещении ПКУ (пульт контроля управления), где сидящие перед стеной мониторов и датчиков инструкторы следят за тренировкой по присоединению виртуального грузового космического корабля «Прогресс» к макету МКС. И уж точно нет ощущения причастности к космосу, когда по разбитой, ухабистой дороге въезжаешь на КПП Звездного городка, своей печальной оранжево-кирпичной архитектурой напоминающего заброшенный санаторий «Березка», а не главный тренировочный звездный полигон страны, через который прошли 422 человека со всего мира.
Поселок городского типа Звездный находится в 25 километрах от Москвы. Здесь живет чуть меньше семи тысяч человек, в основном военные и космонавты. А кто не космонавты, так все равно работают на сердце городка — Центр подготовки космонавтов имени Ю.А. Гагарина.
Пейзажи Звездного никак не соответствуют представлениям о центре вселенских полетов. Покрытое разукрашенной тканью с изображением окошек реконструируемое здание, где тренировались на макете «Бурана», закрытый планетарий, оцепленный и отчищаемый к празднику памятник Юрию Гагарину и поросшие травой останки макета станции «Мир» у березовой рощи под сломанными деревьями.
Космос в Звездном городке, как и орбитальная пища, подается порционно, этапами, по чуть-чуть. В каждом тренажерном комплексе создаются максимально похожие на реальные условия и масштабы ситуации, но целой картинки не складывается — где-то есть невесомость, где-то воссоздается полная техническая идентичность с настоящими кораблями.
Ядро цилиндрического здания гидролаборатории — резервуар глубиной 12 и диаметром 23 метра. На одной из стен висит плакат с изображением символических знаков для переговоров на дне и в космосе, вокруг по полкам расфасованы запасные шланги, акваланги, провода, крепления. За одной из дверей — армия скафандров и костюмов для глубоководного погружения. Над поверхностью воды установлена монтажная платформа, а на ней — похожий на разобранную мясорубку макет российского сегмента МКС: модуль жизнеобеспечения «Звезда», который был отправлен на орбиту в 2000 году, функциональный грузовой блок «Заря» и стыковочный модуль «Пирс». Макет опускают на дно, и космонавтов, облаченных в скафандры, подхватывает кран и аккуратно помещает в воду. Тренировка длится от двух до четырех часов. В резервуаре созданы максимально приближенные к невесомости условия — тренирующиеся не идут на дно, а как бы парят над ним. Хотя, говорит Сергей Харлашкин, заместитель начальника отдела подготовки космонавтов к выходу в открытый космос, сила тяжести дает о себе знать — человека может немного прибивать к скафандру. По его словам, прошедшие подготовку и побывавшие на орбите говорят, что в космосе работать легче, чем в гидролаборатории.
 |
В другом здании — высокое помещение с центрифугой ЦФ-18 с диаметром вращения 18 метров. Специалисты тренажера рассказывают, что как-то центрифугу разогнали до максимального значения перегрузки — 30 единиц, после чего минут десять в помещение нельзя было войти: вихри воздуха сбивали с ног. Здесь космонавта подвергают перегрузкам, чтобы приучить к нагрузке, которую переживает организм при старте и возвращении на земную поверхность.
Тренажерный комплекс МКС — огромное чистое помещение, в котором на постаментах высятся соединенные модули станции. К некоторым из них ведет обычная земная лестница, покрытая красной ковровой дорожкой. Ко всем иллюминаторам модуля «Заря» снаружи приделаны большие компьютерные мониторы, на них — записи земной поверхности из космоса, создающие ощущение, что ты паришь над родной планетой. Здесь моделируют и отрабатывают функционирование и устройство всех существующих систем станции. Жизнеобеспечение, связь, стыковка, управление, заправка, проверка датчиков, использование туалета, приготовление пищи, поведение в нештатных и аварийных ситуациях, тушение пожаров.
На наших глазах проходит занятие по стыковке пилотируемого корабля «Прогресс» со станцией — нужно, находясь на станции, управлять подлетающим кораблем. На мониторе пульта управления два облаченных в спортивные куртки человека, копающихся в электронике. Это герой РФ Олег Кононенко, который во второй раз отправится в космос в декабре этого года, и космонавт-испытатель Константин Вальков, которому только предстоит первый полет в 2012 году. Тренируемые старательно поддерживают режим имитации — один из операторов пульта предложил после тренировки встретиться, на что получил ответ: «Да с радостью, в Москву-то хочется, только ведь мы на станции. Подождать придется».
И все равно отчего-то ощущения, что прикоснулся к космической индустрии, не остается. Даже купив за 6300 рублей в местной сувенирной лавке набор настоящего орбитального питания (сок из тюбика, нано-хлеб, космическая тушенка, чернослив, десерт из яблок, печенье), не отделаешься от мысли, что побывал в заброшенном и почти забытом музее.