Диспут с креационистом

Ложь порождает ложь, а заблуждение — заблуждения. Недавно один человек предложил оказать мне любезную теологическую услугу: «Если вы считаете, что что-то в Теории эволюции противоречит религии. Пожалуйста, напишите мне в чем, и я вам объясню, почему это не противоречит».

Уже сама формулировка весьма интересна. Не обсудим противоречие, не подискутируем, а я вам объясню. О’кей. Пусть объясняет.

Я обозначал свою позицию: что теория эволюции не противоречит, конечно, некоему абстрактному безличностному Богу, который запустил Большой взрыв и никак не вмешивался в возникшую потом эволюцию. Но в такого Бога мало кто верит. Ведь такому Богу нет дела до человека, который является одним из многих равноудаленных от общего одноклеточного предка и равных по статусу продуктов случайных мутаций и сурового естественного отбора. Который, кстати, мог и вовсе не появиться на свет.

Не интересно такому Богу и с кем вы занимаетесь сексом. Он не придумывал заповедей, не посылал на Землю сына и не создавал первого человека по образу и подобию. На практике люди верят в конкретных богов с конкретными личностными чертами и поступками.

Например, христианский Бог известен тем, что сперва создал мужчину, а потом женщину из его ребра. Благодаря теории эволюции и знаниям биологии сегодня мы знаем, что не так появились на свет люди. Я попросил объяснить это противоречие.

Ответ меня несколько поразил: «Первый человек был двуполый с одной стороны мужчина с другой женщина и Б-г их разделил со спины они стали двумя разными людьми а Христиане перевели слово спина как ребро».

Я отметил, что такая интерпретация делает всё еще хуже. Мы знаем, что появление двух полов случилось раньше, чем появился человек. Мы эволюционировали из приматов, у которых уже было два пола.

На это мне дают не менее поразительный ответ: «Только у тех людей которые жили раньше до Адама не было души поэтому с точки зрения Торы это считаются не люди а обезьяны. Человек это тот у кого есть душа и Адам стал первым человеком потому что Б-г дал ему душу».

То есть сначала Бог сделал из приматов двуполых существ, где половина мужчины, а половина женщины, потом дал этому несчастному существу некую Душу (наличие которой непонятно как проверить, и которая, видимо, ни для чего не нужна, раз без нее прекрасно справлялись наши ничем не отличавшиеся предки), а потом еще снова сделал из него двух существ мужского и женского пола?

Тут мне стало интересно, какие еще веселые истории расскажет мой собеседник. И я спросил его: «„В третий день Бог сотворил землю и растения: траву и деревья различных видов. В четвёртый день Бог создал два светила и поместил Солнце, Луну и звезды на тверди небесной“. А вот это верно?»

Он ответил: «Да верно. Только этот текст нельзя понимать буквально. <…> 6 дней творения, которые описаны в Торе, являются 6 духовными днями. В течение 6 духовных дней проходили миллиарды лет по земному летоисчислению».

На это я возразил: неважно, что проходили миллиарды лет между дням. Дело в том, что растения появились после Солнца. Растением нужен свет для фотосинтеза. Без света не было бы эволюции растений.

И знаете, что я получил в ответ? Духовных, блин, растений: «Всё, что было сотворено в первые 6 дней творения до греха Адама и Евы, пока они не съели запретный плод, было духовным и физической формы не имело и лишь после того как Адам и Ева ослушались Б-га и вкусили запретный плод в тот момента все духовные творения превратились в физические Духовным растениям физический свет не был нужен».

Складывается впечатление, что мой собеседник не понимает, что физический свет нужен не только для жизни растений, но для самого появления таких биологических объектов. Без физического мира нет никакой эволюции. План строения растений, животных и грибов продиктован адаптациями, которые были необходимы, чтобы выживать и размножаться. Нет света — нет фотосинтеза, так как зачем он тогда нужен? Значит, нет растений. Фотосинтез, кстати, появился еще у одноклеточных предков растений. Для этого тоже был нужен свет.

Меня иногда поражает способность не замечать очевидные противоречия и натягивать сову на глобус, чтобы оправдать свои убеждения. Некоторые люди даже не могут признать, что в одном месте их священного текста закралась какая-то ошибка. Иначе вся их картина мира рассыпается как карточный домик. Но в чем ценность такой картины мира, которая боится более-менее всего?

Наличие попыток примирить науку со странностями, описанными в Ветхом Завете, не означает, что нет противоречий между религией и наукой. Это лишь значит, что некоторые люди так любят свою религию, что будут оправдывать абсолютно любые, даже самые очевидные нестыковки, вроде тех, что я обозначил.

Та широта трактовки текстов, к которой приходится прибегать, чтобы противоречия устранить, очевиднейшим образом показывает, что нельзя опираться на религиозные книги как на источник знаний. Если абсолютно любое слово может означать абсолютно любое другое слово. И описание мира от этого становится только еще хуже.

P. S. В комментариях к этой статье в моих социальных сетях было много рассуждений о том, что мой собеседник слаб в полемике, неправильно понимает те или иные религиозные традиции и так далее. Я предлагаю прежде, чем обвинять моего собеседника, попробовать самостоятельно предложить более подходящие объяснения парадоксам, что растения в Священном Писании появляются раньше Солнца, а Ева — из Адама.

Александр Панчин, канд. биол. наук