Отставка Устинова: мнения

Внезапное смещение Владимира Устинова, возглавлявшего Генпрокуратуру более шести лет, комментируют политики, политологи, публицисты: Борис Надеждин, Дмитрий Орешкин, Георгий Сатаров, Виктор Шендерович. Свою версию событий излагает и бывший генпрокурор Юрий Скуратов.

Георгий Сатаров, президент фонда ИНДЕМ:

Мне кажется, что с точки зрения президента, отставка Устинова - это некий акт восстановления баланса между различными группировками в его окружении. Если же говорить о линии карательной политики правоохранительных органов, то я не вижу никаких оснований для того, чтобы она изменилась.

Дмитрий Орешкин, руководитель группы ''Меркатор'':

Пока все версии "писаны на воде вилами". Первая: отставка Устинова - это попытка отправить его на "новое поле" с целью усиления позиций силовиков в предвыборной гонке. Вторая - противоположна: желание ослабить его позиции.

В пользу второй точки зрения говорит спешность: больно торопливой и истеричной вышла отставка. Если человека сохраняют в политическом поле - его не увольняют, а переводят с одной работы на другую. Так переводили Медведева из администрации в правительство. Здесь же речь идет об уходе в отставку. В системе административных ценностей это совершенно иной поворот.

Почему это случилось? Все сейчас говорят о связях Устинова с Сечиным. Я думаю, есть третья фигура - Лужков. В последнее время он искал поддержку в силовом блоке - и нашел ее. Не исключено, что в Кремле поняли: блок Лужков-Сечин-Устинов и примыкающие другие силовики - слишком серьезная сила, у которой есть собственность и свои интересы. Союз самой мощной территориальной организации, каковой является Москва, плюс силовой блок - это уже та сила, которая могла бы диктовать свои условия самому президенту. Не зря Лужков ощутил прилив политической бодрости - он безусловно нашел влиятельных союзников в Кремле (видимо, в лице Устинова) и стал вести самостоятельную политику. Почувствовав создание такого блока, Путин был вынужден принять решение о его расчленении.

В целом я считаю, что отставка - скорее поражение Устинова, чем его новый политический старт.

Еще одной причиной отставки могут быть последние действия прокуратуры в регионах. Возможно, Устинов слишком увлекся прессованием региональных элит, которые начали "набычиваться".

Сергей Марков, директор Института политических исследований:

Мне представляется, что отставка Устинова связана с борьбой с коррупцией. Надо понять логику Путина. Раньше он старался бороться с коррупцией систематически - через административную реформу, однако эта борьба зашла в тупик, поскольку не было четкой стратегии, политического инструмента. В этих условиях стремительно росло недовольство, выяснилось, что коррупция лидирует с точки зрения проблем населения.

В этих условиях Путин решил отложить в сторону систематическую борьбу, взяв курс на карательную стартегию борьбы с коррупцией. Однако и она, во-первых, развертывалась недостаточно, а во-вторых, оказалась связана с переделом собственности, о чем неоднократно говорил Дмитрий Медведев, один из самых близских к Путину людей. То есть возникли две проблемы - недостаточная борьба с коррупцией и ее подмена борьбой за передел собственности.

Когда этот вопрос обсуждался, Устинов попытался перехватить инициативу и недавно выступил с жесткими предложениями по борьбе с коррупцией. Однако к этому времени решение было принято, и Путин воспринял выступление Устинова как попытку давления. А мы знаем, что Путин не любит, когда на него давят, поэтому принятие окончательного решения были лишь ускорено.

Что касается кандидатуры будущего генпрокурора, то стоит отметить вот что: на важнейших постах премьера и спикера Совета Федерации находятся неожиданные люди, и это свидетельствует о том, что Путин свою скамейку запасных считает бесконечной. Поэтому кандидатур может быть множество. Это и Козак, и Колесников. Приход Козака будет свидетельствовать о перераспределении сил в пользу либералов, приход Колесникова позволит сохранить существующее распределение сил. Более определенно сказать я бы не решился.

Виктор Шендерович, публицист:

Отставка Устинова - это результат нашей византийской подковерной борьбы. Она не имеет никакого отношения к тем причинам, по которым его надо было гнать с этого поста, еще не назначая. Его отправили не потому, что он брал квартиру из рук подследственного Бородина, не потому, что Генпрокуратура тормозила расследование "Норд-Оста" и Беслана. Не за то и не за это. Не за нарушения закона, а потому что, судя по всему, Владимиру Владимировичу кто-то все-таки нашептал на ухо об усилении клана Сечина-Устинова. Нам важно понимать, по каким законам мы живем: это по-прежнему та самая схватка бульдогов под ковром. И эта отставка произошла в связи с тем, что кто-то подкрался к президентскому уху.

Борис Надеждин, член политсовета СПС:

Устинов был, что называется, "дубиной в руках начальника". Я несколько раз с ним сталкивался в ситуациях, когда он проявлял поразительное отсутствие интеллекта - читал и не понимал, что читает. Поэтому никакого сожаления в связи с отставкой я не испытываю, поскольку личность это настолько специфическая, что при нем прокуратура стала инструментом для решения политических и бизнес-конфликтов.

Теперь важно, кто будет новым генпрокурором. В недрах прокуратуры есть "пассажиры" еще круче, чем Устинов. Например, Колесников. Он не идиот, а очень целеустремленный человек с мифологическим сознанием. У него, например, есть некая теория о том, что русский народ древнее остальных, на русском написаны Упанишады и Библия. Это один вариант. Другое дело - человек с собственным политическим ресурсом. Сейчас уже прозвучала фамилия Дмитрия Козака в качестве возможного преемника Устинова. Я хорошо знаю Дмитрия Николаевича - это лучший вариант. В России прокурор должен сочетать в себе три качества: быть неподкупным, быть квалифицированным и третье - это уже специфика России - он должен пользоваться доверием президента. По этой причине Козак - лучший кандидат. Я бы восхитился Владимиром Владимировичем, если бы он назначил Козака.

Юрий Скуратов, бывший генпрокурор:

Причин отставки может быть несколько. Главная - стремление президента изменить соотношение сил в своем окружении, возможно, и стремление главы администрации Сергея Собянина исключить усиление известной связки Устинов-Сечин, которая стала достаточно влиятельной и это могло бы создать определенные трудности. Собянин не хотел быть номинальной фигурой, все-таки он руководитель администрации.

Второе - не исключаю, что имело место некое недовольство президента работой Устинова, поскольку с одной стороны он выполнял все заказы и пожелания, связанные с использованием прокуратуры для достижения политических целей исполнительной власти, с другой стороны - это так или иначе засвечивало прокуратуру, поскольку общественность видела, как эти решения принимались, как страдал закон. Неслучайно опросы показывали, что большинство россиян относилось к Устинову отрицательно.

Что касается кандидатуры нового генпрокурора, я думаю, что те, кто называет Козака, не так уж и далеки от истины. Главное чтобы человек, который придет на место Устинова, уважал и ценил прокуратуру, а также понимал ее значимость.

Павел Арсеньев, член Совета по национальной стратегии:

Мое мнение - тот, кто займет место генпрокурора, может стать преемником Путина на президентском посту. То есть наряду с премьерской площадкой, которая по определению рассматривается как трамплин к президентству, появляется еще одна - генпрокурора. В этом и политический смысл борьбы с коррупцией. Под флагом борьбы с самым изматывающим злом современной России - прямиком в кресло главы государства. Если это так, то впереди нас ждут большие посадки. И, мне кажется, на месте г-на Устинова может оказаться г-н Козак.

Грани.Ру, 02.06.2006