Жертва символизма

(Фото: Юрий Феклистов)

Для патриарха московского это Рождество оказалось особенно тяжелым, потому что проходило в худших традициях средневековой "симфонии", когда светская и церковная власти пытаются ужиться в одной берлоге. Светская руководит телами подданных, духовная - душами. Получается всегда плохо, потому что деление на тело и душу весьма условно. Например, в молитве "Отче наш" говорится о долгах. Долги - телесные или духовные? Вроде бы телесные, но почему тогда о них просят Бога? Почему патриарх помогал президенту обхаживать самого крупного российского кредитора - канцлера Шредера? Причем обхаживание приняло в высшей степени скандальный характер, когда патриарх опоздал на вечерню в храм Христа Спасителя из-за того, что возил Шредера в Троице-Сергиеву лавру.

Подействовало патриаршее ухаживание на Шредера или нет? Судя по всему, оно было совершенно бессмысленным или, говоря дипломатичнее, символическим. Впрочем, мало ли у нас символических жестов. Вот и храм Христа Спасителя был отдан патриарху символически. Если бы Святейший действительно распоряжался в нем, то, пожалуй, не дал бы на Рождество устраивать в доме Божием представление с лазерными загогулинами.

Зато Святейший получил моральную сатисфакцию: он добился отмены новогоднего шоу на Красной площади. Учитывая, что сценарий шоу готовил Никита Михалков, победу можно оценить как крупную. Правда, патриарх заявил, что шоу нельзя проводить на Красной площади, ибо она есть "погост", то есть кладбище. Тем самым признан сакральный статус захоронений в стене и у стены. Между тем сии захоронения подпадают под действие девятого правила Лаодикийского собора: "На кладбища всяких еретиков... да не будет позволено церковным ходити для молитвы или для врачевания". Если же еретики (к коим большевики причисляются) устраивают на своих погостах какие-либо шоу, сие канонами не запрещается.

Храм Христа Спасителя Святейший Патриарх назвал символом возрождения духовности, символом обновления России. Скоро одни символы в России и останутся. Дать Шредеру просфору и сказать, что это символ уплаты российских долгов. Пригласить в православный храм мусульманина и сказать, что это символ заключения мира с чеченцами. Запрещение веселиться на Красной площади - символ национального единства. И вообще - запрет есть символическое разрешение, кощунство есть символическое благочестие, а банкротство есть символическое богатство. Эх, жалко, суд будет Страшным не символически!