По-английски о русской зиме

Непривычно слушать русскую речь на улице, толкаться в потоке заходящих в метро пассажиров, возвращаясь из дальних поездок, привыкая к повседневной московской суете. Так было и в январе нынешнего года, однако мы с коллегами приехали не из-за границы. Неделю мы жили на Звенигородской биостанции Московского университета, неожиданно преобразившейся в уютный западноевропейский университетский кампус.

На биостанции проходила Школа по зимней экологии (International Winter Ecological School), организованная Московским университетом для англоязычных студентов. Школа задумывалась как первый пробный шар магистерской программы по экологии для иностранцев, пока находящейся в стадии разработки. Организацией школы занимался заместитель декана биологического факультета Андрей Киташов, научную программу курировала Юлия Краус. Школу проводили силами сотрудников биофака.

Биологический факультет МГУ не в первый раз принимает иностранцев. Однако это мероприятие было особенным, и не только потому, что его организация и проведение пришлись на период, когда правительство России проводит опасную политику изоляции страны от остального мира, а в самом университете ужесточается пропускной режим, из-за чего приходится отказываться от проведения многих семинаров и открытых лекций, дающих возможность широкой публике прикоснуться к университетскому образованию.

Как правило, не составляет особого труда адаптировать хорошо разработанный курс для преподавания его на английском языке студентам из других стран. Однако в обязательной программе наших студентов нет курсов зимней экологии, нет полевых практик в зимнем лесу. Уникальность школы состояла в том, что нам предстояло разработать ее программу «с чистого листа» и сразу показать ее нашим зарубежным коллегам. Непросто создавать курс заново в короткое время, отвлекаясь от текущей научной и педагогической работы.

Для знакомства с полевой экологией, прежде всего зимней, Звенигородская биостанция является лучшим местом. Именно здесь долгие годы проводил наблюдения профессор Александр Николаевич Формозов. Он впервые поднял тему зимней экологии в России, опубликовал подробные исследования о влиянии снежного покрова на жизнь лесных обитателей, разработал программу выездных практик по зоологии для студентов МГУ.

Нам есть чем гордиться. Однако в то время как в некоторых академических институтах и в заповедниках активно продолжаются работы по изучению адаптации животных и растений к условиям зимы, в Московском университете эти исследования сейчас ведутся по очень немногим направлениям, и нет таких программ, в которые можно было бы вовлечь зарубежных студентов.

Выход из этой, казалось бы, безнадежной ситуации удалось найти простой и очевидный. Многие сотрудники биологического факультета не только занимаются научными изысканиями и участвуют в проведении занятий, включенных в обязательную или факультативную программу для студентов университета, но также проводят занятия для школьников и устраивают выездные практики для тех студентов, кто готов пожертвовать своим свободным временем — выходными днями и каникулами.

Многие занятия со школьниками и студентами, проводимые за рамками основной программы, приходятся на зимние месяцы. Нередко такие практики удается проводить на базе Звенигородской биостанции, при неизменной поддержке ее директора — Валерия Михайловича Гаврилова. Таким образом, преподаватели имели опыт экскурсий в зимнее время, и это послужило основой для формирования программы школы.

Еще одной проблемой при подготовке и проведении школы было отсутствие необходимой литературы. И дело не только в недостаточной комплектации наших библиотек зарубежными изданиями. Литература по зимней экологии зверей и птиц, а также растений, особенно научно-популярная и учебно-методическая, опубликованная на русском языке, несравненно более богата, чем выходившая в европейских странах. Ни переводов, ни аналогов для многих таких книг на английском языке не существует.

Например, нам не удалось найти определитель европейских деревьев в зимнем, безлистном состоянии. Перед школой по зимней экологии были созданы краткие методические пособия, помогающие приезжим студентам ознакомиться с биологическим разнообразием зимнего леса и водоемов Подмосковья. Несмотря на недостатки, неизбежные при такой срочной работе, пособия показали свою эффективность, в дальнейшем планируется издавать их в исправленной и расширенной редакции.

В рамках школы по зимней экологии были разработаны программы по четырем направлениям — «Ботаника», «Зоология позвоночных», «Энтомология» и «Гидробиология». Занятия проводили Антон Бэер, Павел Квартальнов, Сергей Лысенков, Пётр Петров и Вадим Марьинский. Студенты занимались в двух группах, так что в рамках школы каждый курс повторялся два раза. На знакомство с одним курсом студентам отводилось только полтора дня. Это немного, однако, поскольку занятия шли с 9 утра до 8 вечера (с перерывами на обед и полдник), времени хватало и на предварительное объяснение, и на две-три экскурсии в природу, и на работу в лабораториях, а также на семинары. В конце школы студенты представляли доклады с рассказом о своих успехах. В вечерние часы, по завершении основных занятий, было организовано чтение лекций. Сотрудник кафедры ихтиологии Фёдор Лобырев рассказал о зимней экологии рыб, Анвар Керимов поделился результатами многолетних работ, проведенных на Звенигородской биостанции, посвященных изучению базального метаболизма и его связи с социальным статусом у птиц-дуплогнездников. Юлия Краус рассказала о современных достижениях эволюционной биологии развития, а доктор наук Петра Корач, доцент Загребского университета (Хорватия), провела занятия по молекулярным методам в биологии. В школе приняли участие 13 студентов из Соединенных Штатов, Хорватии и Алтайского края (Россия). Партнерами выступили Колледж Пол-Смитс (Paul Smith’s College), расположенный близ города Брайтон штата Нью-Йорк, Загребский университет и Горно-Алтайский университет. В подготовке школы участвовала Силия Эванс, профессор Колледжа Пол-Смитс. Перед поездкой в Россию американские студенты ознакомились с жизнью зимнего леса и с методиками работы в зимний период в национальном парке Адирондак на границе с Канадой, где выпадает много снега и нередки морозы. В дни проведения школы погода также была суровой и не позволяла надолго уходить от жилья в лес. Поначалу снег едва прикрывал землю, но стояли сильные морозы, температура днем не поднималась выше -20 ˚С. Как показано в работах Формозова и других натуралистов, в такую погоду трудно выживать мышевидным грызунам и землеройкам, замерзающим в своих норах и вынужденным кормиться открыто, без защиты снежного покрова. На экскурсиях по зоологии студенты познакомились со следами мелких млекопитающих и их врагов — различных куньих и лис. Удалось увидеть зимняка — хищную птицу, прилетающую с мест гнездования в северной тайге и тундре и зимующую в степной зоне. Только при отсутствии снега зимняк мог без труда ловить полевок на подмосковных полях.

В целом, разнообразие птиц оказалось невелико — не дали семян ели, поэтому не удалось увидеть и услышать клестов, а неурожай семян березы привел к откочевке чижей и чечеток. Без ягод стояла и рябина. Важным подспорьем для орнитологических экскурсий служила кормушка, расположенная на биостанции и привлекавшая синиц нескольких видов, а также поползней и белку. Удалось рассмотреть следы работы бобра, всю осень запасавшего молодые побеги ивы на берегу Москвы-реки.

Из-за отсутствия снега промерзла почва, и поиски насекомых в лесной подстилке оказались бесполезными. Сильные морозы сковали прочным льдом не только реку и пруды, но также и все ручьи в окрестностях биостанции. В результате практически прекратился сток из Стерляжьего пруда, где обычно гидробиологи в любое время года могут найти материал для экскурсий. Теперь же пруд превратился в безжизненный заморный водоем.

Для сбора материала по беспозвоночным были организованы поездки на автобусе к родникам, расположенным выше по течению Москвы-реки, у поселка Тучково. В этих ручьях гидробиологам до сих пор удается обнаруживать еще неизвестные науке виды насекомых. Студентам повезло стать свидетелями такой работы, продолжающейся и в середине зимы.

В один из дней, когда была организована экскурсия в Тучково, природа сжалилась над преподавателями и студентами — выпал густой снег, наступила короткая оттепель. При повышении температуры поверхность снега покрыли многочисленные пауки, и некоторые птицы даже воспользовались этим временным источником корма — пауков прямо со снега склевывали крошечные желтоголовые корольки.

Удалось найти и таких характерных для зимы насекомых, как родственный скорпионницам ледничник или бескрылые мухи-хионеи, вопреки здравому смыслу и данным литературы продолжавшие бодро маршировать по поверхности снега на заходе солнца, в сумерках, при стремительно понижающейся температуре.

Короткую оттепель сменило новое похолодание. Однако лес уже был засыпан снегом, которого так долго ждали мыши и полевки. Зимняк откочевал к югу. Из глубины леса, со стороны Шараповского лесничества и карьера Сима, в поиске благоприятных мест для кормежки пришли кабаны. На снегу стали чаще встречаться следы лесной куницы, испытывающей трудности при перемещении по ветвям деревьев, покрытым кухтой. Белки начали выкапывать глубокие норы, стараясь добраться до заблаговременно спрятанных запасов — желудей, плодов лещины и манчжурского ореха.

Мы обсуждали со студентами, как белки и сойки, устраивая такие запасы, способствуют расселению растений, и находили молодые дубки, «высаженные» в лесу сойками. Совсем по-иному с деревьями и кустарниками взаимодействуют лоси. На ближайшей к усадьбе биостанции вырубке студенты рассматривали поеди лосей, скусывавших концы побегов и обдиравших кору на дубах, ивах, рябинах и других молодых деревцах, что нередко приводило к гибели подроста.

На экскурсиях по зоологии студенты собрали коллекцию веток деревьев и кустарников, как поеденных лосями, так и не удостоившихся их внимания, определили их на занятиях по ботанике, сделали небольшую работу по зимним предпочтениям лосей. Некоторые причины таких предпочтений помогли выявить тонкие анатомические срезы стеблей, на которых при окраске хорошо можно было различить количество и распределение зерен крахмала.

Из обитателей подмосковного леса американских студентов больше всего впечатлили нарядные снегири. Оказалось, что не все участники школы слышали раньше о таких птицах! Хорошо рассмотреть снегирей удалось только в последние дни школы, хотя нам постоянно встречались следы их кормежки семенами крапивы, клена и пузыреплодника. Уже по возвращении в Москву студенты встречали восторженными криками новогодние елки на площадях, украшенные шарами с изображениями снегирей.

Помимо центра Москвы студенты по окончании школы побывали в старинном Саввино-Сторожевском монастыре под Звенигородом. Многие участники школы вернулись на биостанцию в русских валенках, купленных на рынке у монастыря. На осмотр достопримечательностей студентам выделили меньше двух дней, но они не жаловались, жадно слушая всё, что им рассказывали на лекциях и на экскурсиях.

Конечно, успех школы был во многом определен усердием и увлеченностью студентов. На встрече с деканом биологического факультета МГУ академиком Михаилом Петровичем Кирпичниковым, посетившим Звенигородскую биостанцию, они сетовали только на то, что школа продолжается лишь неделю. Многие студенты выражали желание вернуться в Россию для продолжения обучения или для выполнения научных исследований.

В ближайших планах стоит проведение школы по экологии в летние месяцы, на базе Звенигородской и Беломорской биологических станций, а через год — повторение зимней школы для других студентов. Будем надеяться, что магистерская программа по экологии для иностранных студентов скоро заработает, и Московский университет каждый год будет принимать заинтересованных студентов-биологов со всего мира!