Эстонские политики поняли, что поддержка русских — это поддержка определенного типа мышления людей, говорящих и думающих по-русски В прошедших в воскресенье парламентских выборах Эстонии победила Центристская партия (28 мандатов). В...

Эстонские политики поняли, что поддержка русских — это поддержка определенного типа мышления людей, говорящих и думающих по-русски

В

прошедших в воскресенье парламентских выборах Эстонии победила Центристская партия (28 мандатов). В парламенте получили мандаты партия «Республика» (20), Партия реформ (19), «Народный союз» (13 мест), националистическая партия «Исамаалийт» (7), Партия умеренных (6).

Русскоязычные партии потерпели сокрушительное поражение: Объединенная народная партия получила 2,1 процента голосов, а Русская партия Эстонии — 0,2 процента. Русскоязычный электорат отвернулся от этих партий, а русские же политики перешли в эстонские партии.

Итоги выборов комментирует Николай Мейнерт, главный редактор журнала «Новые рубежи»:

— Русскоязычный электорат в Эстонии колеблется от 300 до 500 тысяч человек. Многие из тех, кого называют русскими, в общем-то не только русские, но и украинцы, и чеченцы…

Мне доводилось заниматься социологическими исследованиями русскоязычного населения. Это прочная мещанская среда. Сегодня «русский эстонец» — идеальный тип потребителя. Все, что пропагандируется как стандарты мещанской жизни, находит отклик в этой среде. Все, что выходит за пределы понимания, отвергается этой консервативной массой.

Со своим стилем мышления они оказываются легко манипулируемы. И на эту среду совершенно безошибочно поставила Центристская партия — через СМИ она вела мощную предвыборную агитацию на русском языке. При этом ее лидеры не исключали и введение второго государственного языка в республике. В списке этой партии отнюдь не на последних местах были и русские политики.

А «русские партии» растеряли электорат. Когда они попадали в парламент, то не могли толком участвовать в обсуждении законопроектов, так как не знали языка, а занимались больше скандалами, внутренними разборками. Когда русские получали возможность выбирать в парламент Таллина, то самой большой фракцией оказалась разношерстная группа из маленьких партий. В результате избранники ничего не сделали для электората. Они тут же переругались между собой. Эстонцы не без основания опасались, что право выбора этой массы приведет к дисбалансу сил, к хаосу в политике. Это поняли и сами русские.