Сума палаты

Пока блогеры и журналисты находят незадекларированные виллы у одного депутата за другим, парламентарии решили заставить членов Общественной палаты отчитываться о своих доходах

19 марта в Госдуме прошло первое чтение законопроекта «Об Общественной палате»: если документ будет принят, орган расширится на треть — до 166 человек. Ко второму чтению, которое пройдет в апреле, группа депутатов намерена подготовить пакет поправок — в частности, обязать членов ОП декларировать сведения о доходах. По мнению одного из авторов, неутомимого вице-спикера Сергея Железняка, это «повысит ответственность членов палаты» и не позволит им лоббировать собственные интересы.

Здесь, правда, есть загвоздка: у членов Общественной палаты и так не больно-то получается лоббировать свои интересы. ОП не относится к числу органов государственной власти — по сути, она вообще лишена власти и служит лишь дискуссионной площадкой, но без правовых последствий — своего рода заменой парламентской дискуссии в условиях, когда Дума является лишь машиной для голосования, обслуживающей исполнительную власть. Ее главная задача — обеспечивать гражданам хоть какое-то взаимодействие с властными структурами, помогать достучаться до небес в случае необходимости. На базе Общественной палаты регулярно проходят круглые столы и пресс-конференции, куда приглашают экспертов и журналистов обсудить новые законодательные инициативы, ситуацию с правами человека, политические и социальные реформы.

— Декларация доходов имеет смысл как антикоррупционная мера, — считает Сергей Симак, председатель центрального совета «Российской зеленой лиги», член ОП РФ. — Коррупция — это деятельность заинтересованных лиц, которые имеют возможность оказывать влияние на принятие политических или хозяйственных решений. Мы такой правовой возможности не имеем, но если какому-нибудь Железняку хочется нас проверить — не жалко.

Правда, встает законный вопрос: с какой стати? Депутаты Госдумы, кроме возможности принимать политические решения, получают зарплату из бюджета — то есть работают на деньги налогоплательщиков. А потому желание граждан контролировать работу законодателей, которые существуют на их средства, резонно. С Общественной палатой другая история: ее члены работают на добровольной основе, не получая за это зарплаты.

— Есть, конечно, страны, где вообще все граждане отчитываются о доходах, — напоминает Елена Лукьянова, адвокат и профессор из МГУ, еще один член палаты. — В такой ситуации это логично — позволяет избежать ухода от налогов. Но в нашей стране такой практики нет. Так почему депутаты переводят стрелки с чиновников на общественников?

Некоторые общественники не согласны — они считают, что их коллегам по ОП просто есть что скрывать, раз они так бурно реагируют на инициативу депутатов.

— Я считаю это нормальным и правильным — ничего плохого я здесь не вижу, — поделился с «Новой» протоиерей Всеволод Чаплин. — Я уже 27 лет получаю основную зарплату от церковных учреждений и что-то иногда — как гонорары за публикации и за лекции. Вот и все доходы: если они будут кому-то известны, ничего страшного. А тем, у кого с доходами сложнее, может, не стоит присутствовать в Общественной палате?

Есть и такие члены палаты, которые готовы выйти из нее, если законопроект будет принят, — но не из-за декларирования доходов.

— Мне это кажется унижением и дискриминацией, — объяснил журналист Николай Сванидзе. — Мы работаем бескорыстно, зарплату не получаем, автомобилей служебных не имеем. Почему мы должны что-то декларировать? Это эмоциональный срыв у Железняка и его коллег, принцип «не доставайся же ты никому, зарубежная собственность».

В новой инициативе Николай Сванидзе видит и личные мотивы — попытку отомстить одному из членов палаты Павлу Гусеву. Гусев, главный редактор «Московского комсомольца», оказался втянутым в конфликт с депутатом Госдумы Андреем Исаевым после публикации текста «Политическая проституция сменила пол».

— У ряда депутатов есть такая практика: хотят отомстить — сочиняют законопроект, — считает Сванидзе. — Из мести Познеру тоже хотели сочинить законопроект, но потом вроде уладили конфликт. На самом деле сейчас все зависит от того, как руководство страны рассматривает будущее Общественной палаты. Если они примут этот закон, следующий кадровый состав будет хуже. Туда войдут менее серьезные, но более контролируемые люди.

Экспертов эти поправки тоже ставят в тупик. По мнению Кирилла Кабанова, руководителя Национального антикоррупционного комитета, вводить членов Общественной палаты в класс чиновников — бессмысленная затея. Особенно с учетом того, что они могут декларировать сведения о каких угодно доходах — им, в отличие от депутатов, заниматься бизнесом не запрещено.

Так что кого хотят подставить под удар депутаты — непонятно. В условиях разрастающегося кома скандалов вокруг них самих эта инициатива выглядит попыткой просто перевести стрелки. И вряд ли может вызывать среди избирателей что-то кроме раздражения — не по отношению к членам Общественной палаты, а по отношению к депутатам, которые штампуют нелепые законы один за другим.