Повод радоваться есть, но весьма скромный. Во-первых, речь идет о взаимодействии на уровне органов власти, и даже если швейцарские коллеги сочтут требования россиян обоснованными, местные банки будут иметь возможность оспорить принятое решение в суде, а это долгий процесс с неочевидным результатом. Во-вторых, речь идет только о преступлениях, связанных с уклонением от уплаты налогов и отмыванием средств. И, наконец, самое узкое место — инициатива-то должна идти с нашей стороны. То есть речь идет о некотором расширении инструментария отечественных правоохранительных органов. Это значит, что, пока у российских коррупционеров всё в порядке на родине, беспокоиться за сохранность швейцарских счетов им не стоит. Зато это может быть дополнительным инструментом давления на бизнесменов, не нашедших общего языка с правоохранителями.
Да и представления о Швейцарии как о главном месте абсорбции нелегальных российских капиталов несколько преувеличены. Действительно крупные капиталы хранятся в трастовых и хедж-фондах, имеющих обычно офшорную прописку.
Так что польза от этого соглашения пока скорее потенциальная — на случай, если в нашей стране вдруг начнется настоящая борьба с коррупцией.