«Провинциал» в Ватикане

В избрании аргентинского кардинала папой римским есть сразу несколько новшеств и сюрпризов

В избрании аргентинского кардинала папой римским есть сразу несколько новшеств и сюрпризов...

«Habemus Papam» – после этой канонической латинской формулы, которую произнес с балкона над площадью Святого Петра французский кардинал Жан-Луи Торан, ликующей толпе явился новый глава католической церкви, 266-й папа римский Франциск, до тех пор известный как аргентинский кардинал, архиепископ Буэнос-Айреса Хорхе Марио Бергольо.

В 19:05 по римскому времени из печной трубы над Сикстинской капеллой повалил белый дым, сигнал успешного завершения выборов, и воздух наполнил звон колоколов в сопровождении хора автомобильных клаксонов.

Избрание Франциска завершило четыре недели неопределенности и туманных прогнозов после потрясшей католический мир отставки понтифика Бенедикта XVI, первой за семь столетий. Папский престол пустовал недолго, и выборы, вопреки ожиданиям, и несмотря на отсутствие явного фаворита, прошли довольно быстро.

Католическая церковь, которая насчитывает в мире 1,2 миллиарда верующих, находится в поиске новых формул и лиц в быстро меняющемся мире, и ей не чужды неожиданные решения. Достаточно вспомнить избрание папой первого за несколько столетий не итальянца – поляка Карела Войтылы. Это произошло на фоне растущих общественных брожений в странах Центральной Европы и в преддверии распада социалистического лагеря.

В избрании Франциска мы видим сразу несколько новшеств и сюрпризов.

Это первый неевропейский папа после сирийца Григория III в VIII веке. Что вполне логично: в Америке живут 40 процентов католиков всего мира (432 миллиона). В Латинской Америке трое из четырех жителей называют себя католиками. Бразилия, где католиков 134 миллиона, остается самой большой католической страной. За ней следуют Мексика, Колумбия, Аргентина... Правда, и в этих странах католическая церковь в последние десятилетия ощутимо уступила позиции протестантам (в той же Бразилии доля католиков сократилась с 92 процентов в 1970 году до 68 процентов сегодня), и Святому престолу есть о чем задуматься.

Франциск – первый иезуит на троне Святого Петра. В связи с этим многие наблюдатели напоминают о разработанной иезуитами «приспособительной» системе морали, которая открывает широкую возможность в зависимости от обстоятельств произвольно толковать основные религиозно-нравственные требования. Иезуиты проявили себя также своей открытостью науке, нацеленностью на образование, исследовательской работой. Возможно (хотя вовсе не факт) приверженность понтифика иезуитским моральным установкам поможет лучше адаптировать церковь к реалиям ХХI века.

Даже выбор имени Франциск – своего рода премьера. После имени папы не будет привычной римской цифры, порядкового номера, потому что он единственный, другого не было. Но главное – Франциск Ассизский, самый любимый католиками святой, в честь которого и назван новый понтифик, был приверженцем церкви бедных, обращенной к простому народу, к духовности и братству. Ватикан выбрал социально ориентированного папу.

В Аргентине епископ Буэнос-Айреса известен как терпеливый переговорщик, готовый, однако, бросить вызов самым могущественным группам интересов. Он родился в скромной семье итальянского происхождения, где было семеро детей. Отец – железнодорожный служащий, мать – домохозяйка.

Он сам ведет скромный, даже аскетический образ жизни, ездит на городском транспорте, а через океан в Рим летает экономическим классом. Отказавшись от положенной архиепископу резиденции, живет в маленькой квартире в предместье Буэнос-Айреса. Он из тех священнослужителей, которые считают, что церковь должна играть миссионерскую роль, идти в народ, активно продвигать веру.

Бергольо редко выступал на публике и в прессе, но когда выступал, не скупился на жесткие слова в отношении аргентинского политического истеблишмента и имел поэтому непростые отношения как с нынешним президентом Кристиной Фернандес, так и раньше с ее покойным мужем и предшественником Нестором Киршнером.

Священником Бергольо стал в 32 года - спустя десять лет, после того как из-за болезни потерял одно легкое и бросил учебу на химическом факультете. Но уже через четыре года возглавил местную общину иезуитов. Быстрое продвижение Бергольо по иерархической лестнице совпало с периодом военной диктатуры в Аргентине (1976-1983 годы), когда были похищены и убиты почти 30 тысяч активистов левых движений. Это обстоятельство легло темным пятном на его биографию, хотя лично его роль в тех событиях остается неясной. Одни утверждают, что он сотрудничал с режимом, другие, наоборот, говорят, что он помог многим диссидентам избежать тюрьмы.

Для кардиналов в Ватикане темные страницы истории Аргентины были менее актуальны, чем темные пятна скандалов, которые ослабляли в последние годы католическую церковь: череда разоблачений священников-педофилов, конфликты с мусульманами и евреями, утечка личных документов понтифика, на основе которых издана книга о коррупции в церкви.

Бергольо, живя за океаном, был далек от всего этого. Сильная независимая личность, человек со стороны, не из римской курии, он призван восстановить пошатнувшийся авторитет церкви, приблизить ее к народу, повысить ее социальную роль.

Сразу после избрания Бергольо в Ватикан посыпались поздравления от мировых лидеров. Наряду с комплиментами в них – пожелания и ожидания. Политики ждут от римской католической церкви поддержки своего политического курса.

Президент Барак Обама отметил, что избрание первого папы из Америки свидетельствует о жизненной силе этого региона. Он назвал Франциска «защитником бедных и самых уязвимых».

Председатель Европейского совета Херман Ван Ромпей, глава Европейской комиссии Жозе Мануэл Баррозу и председатель Европарламента Мартин Шульц пожелали церкви защищать и продвигать фундаментальные ценности в эпоху многочисленных вызовов и глубоких перемен. Христианские ценности солидарности, мира между народами, толерантности, поддержки слабых и бедных, напоминают они, особенно нужны в мире, который рискует попасть в губительное пространство меркантилизма и неравенства.

Пока трудно сказать, кого в новом понтифике больше – реформатора или консерватора, и как именно католическая церковь будет при нем строить отношения с пассионарным наступающим мусульманским миром, с православной церковью. Среди прогнозов есть прямо противоположные, что вполне понятно: они основаны на скупой информации о биографии периферийного священника. Например, кардинал Бергольо выступал против абортов и эвтаназии, осуждал гомосексуализм и однополые браки (иначе и быть не могло), но при этом признавал, что надо уважать права геев. Впрочем, этих фактов маловато для достоверного прогноза.

Можно предположить, что в отличие от ученого-богослова Бенедикта XVI новый папа будет в своем служении больше расположен к практическим делам и общению с многомиллионной паствой.