Не все там будем

Российская элита задумалась о вечном

Под разговоры о демократии российские начальники бронзовеют вполне в советском стиле. Наше высшее руководство говорит о сменяемости власти, но пишет концепции до 2020 года. Владимир Путин позаботился о специальном кладбище для героев,...

Под разговоры о демократии российские начальники бронзовеют вполне в советском стиле. Наше высшее руководство говорит о сменяемости власти, но пишет концепции до 2020 года. Владимир Путин позаботился о специальном кладбище для героев, военных и правителей России. А Дмитрий Медведев разрешил создавать президентские музеи на бюджетные деньги. Они с нами навсегда?

«Новая» проследила, как большие люди превращаются в памятники.

Луна осветила кладбищенский двор…

Об этом кладбище начали говорить давно. Практически сразу после того, как в начале 90-х элитные места под Кремлевской стеной оказались недоступными для высшего генералитета. Но если Ельцин только раздумывал, то Владимир Путин, хоть и молодой, принялся за дело — в 2001 году подписал указ о Федеральном военном мемориальном кладбище, а в марте этого года началось строительство.

Сейчас на выбранном месте под Москвой около Мытищ разъезжают грузовики и самосвалы, превращая ромашковое поле в однородную массу песка. А в 2010 году, то есть к 65-летию победы в Великой Отечественной войне, здесь появится наш ответ знаменитому американскому военному некрополю — Арлингтонскому кладбищу. Это 53,5 гектара на 32 тысячи мест (с учетом колумбарных захоронений). Рассчитано не на одну дивизию! Одна могила — пять квадратных метров. В 2008 году на строительство выделен 1 млрд рублей.

Причем на этом военные не намерены останавливаться. Еще в прошлом году высказывались предложения создать целую сеть военных кладбищ по стране — филиалы кладбища «хотя бы на уровне федеральных округов». Точно к Третьей мировой готовятся…

Кто здесь будет покоиться — самый деликатный вопрос. Есть, конечно, постановление правительства, где все герои перечислены*. Но возможны и вариации. Во-первых, умерший может заранее протестовать или его родственники высказаться против. Во-вторых, кто-то может здесь упокоиться просто по решению президента или правительства. С ними могут быть захоронены и супруги. Не ясно, кто переедет сюда с Красной площади. Архитекторы заявляют, что их миссия закончилась на том, что они предусмотрели саму возможность переноса праха из Кремлевской стены. Все остальное — политический вопрос. Даже конкретные сроки, когда начнется строительство самой первой, а значит, и главной ямки, находятся в секрете. «Может, вам еще сказать, кто здесь будет похоронен?!» — с ужасом в глазах спрашивает на это один из строителей в руководстве фирмы-генподрядчика, сразу же опустив указку с чертежа мемориала. Кто займет первую могилку на почетной аллее захоронения первых лиц государства — Ельцин, а может, Ленин, — это тоже политический вопрос.

Доподлинно известно лишь, что элитных мест на главной аллее (для верховных главнокомандующих) — 30. По подсчетам архитекторов, их должно хватить лет на 200. Из такого расчета: Конституцию не меняем, значит, один президентский срок — четыре года, а президенты меняются в последовательности два срока подряд через один срок. Впечатляющая политическая смекалка! Что, в общем, успокаивает — значит, предполагается сменяемость власти.

Согласно чертежам мемориал предполагает: КПП, залы поминовения, мост через естественный овраг (соединяет «город живых» с «городом мертвых»), ритуальные залы, арка памяти, зона захоронений, Вечный огонь и пантеон.

Но с кладбищем государственной важности случился форменный скандал. Еще два года назад разругались архитекторы между собой и с заказчиком — Министерством обороны, споря, кто должен сооружать геройское кладбище и как оно должно выглядеть, чтобы русский человек его понял и принял.

Дело в том, что начинала мегапроект одна группа архитекторов («Моспроект-4», в эту команду вошли известные скульпторы Георгий Франгулян, Лазарь Гадаев), а реализовывает другая (под руководством народного художника России Сергея Горяева). По версии «Моспроекта-4», именно они подготовили весь проект и чертежи, а потом работавший с ними Горяев втихаря подготовил свой вариант, взяв за основу их планировку и подкорректировав стиль под заказчика. Именно этот вариант в итоге понравился генералам. Сергей Горяев настаивает, что плагиата не было, это конкуренты злятся, потому что потеряли работу: «Просто мной был найден тот стиль, который оказался приемлемым для заказчика».

Пока идет строительство, продолжаются и судебные битвы. В марте Арбитражный суд Москвы решил, что права на проект мемориала принадлежат «Моспроекту-4». Очередное судебное заседание состоится в этот вторник.

Генералы о прекрасном

Что такое стиль, приемлемый для Министерства обороны, — вопрос не праздный. Строить кладбище самим себе — дело действительно очень ответственное. Полковник Михаил Лиманский, курирующий строительство со стороны Минобороны, на вопрос «Новой», чем же ему лично не понравился первый вариант, прищурился: «Стилистика нерусская какая-то у них была. Этот более удовлетворителен для восприятия русского человека».

Спор ушел в область прекрасного. Первую команду архитекторов корили в непонятных русской душе минимализме и авангардизме, а затем и вовсе стали сравнивать с израильским мемориалом жертвам Холокоста «Яд Вашем». Вторую сразу же объявили в потакании вкусам солдафонов, возрождении сталинского ампира и в демонстрации стиля авторитаризма.

Сергей Горяев, которому удалось разгадать душу российского военного, разъяснил «Новой» пожелания генералов (проект еще обсуждался и с депутатами, и с активами ветеранских организаций).

По стилю это должен был быть неоклассицизм, «в традициях русской реалистической школы». Никаких наклонных стен и авангардных конструкций (как в первом варианте). Стены должны быть, как им и положено, вертикальными.

Генералы очень хотели, чтобы их кладбище навевало мысли о Кремле. Поэтому здесь будет много гранита, брусчатка по всей дороге. А после ритуальных залов группой Горяева была придумана Колумбарная стена: из красного гранита, с переменной высотой 2,4 метра и 3 метра и голубыми кремлевскими елями. Чем не кремлевские башенки?

Лежать военные хотят строго по системе. «Те архитекторы, вопреки воле заказчика, сделали частично регулярные, а частично хаотично разбросанные захоронения, а заказчик хотел видеть регулярность: вот здесь чекисты, здесь МЧС, здесь Герои России и так далее», — удивляется недальновидности первых творцов Горяев. Даже надгробия должны ранжироваться по званиям, в тематическом задании по-армейски четко написано: «Форма надгробий должна быть проработана особенно тщательно с учетом иерархии, возможности различения по званиям, наградам и родам службы».

Для большего порядка везде — символы и наименования вооруженных сил. В итоге на стелах на входе — два герба: один российский, другой — Вооруженных сил РФ.

Одинаковые по размеру…

Мемориал должен демонстрировать героев. Генералам очень не понравился первый вариант Моста героев. Он напоминал военный мост, по бокам — кубы с прожекторами, устремленными в небо. Как на фронте. «Они представляют себе, что это была слишком промышленная сермяжная конструкция. Им главное — полированный красный гранит и ордена! Но разве от манекенов в костюмах могут быть сильные чувства?» — возмущается архитектор «Моспроекта-4» Александр Тараненко. Сейчас Мост героев выглядит совсем иначе: по его бокам — 24 позолоченные фигуры воинов разных эпох. Теперь сразу видно — герои.

Не только вид, но и эпохи, в которых сражались бойцы, военные подредактировали. Участников Первой мировой и Гражданской войн, как рассказал Тараненко, решили не упоминать. Заканчивать посоветовали не Великой Отечественной, а Афганистаном, Чечней.

Правда, войны позади, настоящие герои уже лежат — кто где. Зато военная мощь страны растет, военные в фаворе, самое время им подумать и о своем месте в истории.

За стеклом

У Владимира Путина вкусы оказались изысканнее, чем у московских военных. О его личных пожеланиях по поводу военного мемориала ничего не известно. Зато можно судить о его отношении к собственному музею: Путину, видимо, по душе формат «для своих» — он даже специально позировал для экспозиции в частном музее.

Пока сигнала к строительству Центров исторического наследия президентов (по принятому в мае закону президентские музеи будут существовать на бюджетные деньги) никто не давал. А в среде столичных архитекторов уже ходят слухи о том, что путинский (а может, и медведевский) музей мог бы быть, например, на месте бывшей гостиницы «Россия». Еще в прошлом году предполагалось, что в этом месте, напротив Кремля, кроме отеля должен быть и культурный центр с частью коллекции музеев Кремля.

Настоящий клондайк исторических экспонатов — в Санкт-Петербурге, откуда и Путин, и Медведев родом. Раритеты могут встретиться в самых разных местах. В музее Анатолия Собчака среди удостоверений и любовных писем экс-мэра к жене — расписание на день, где на прием записан подчиненный Путин.

Но собрать президентскую коллекцию даже в Питере не каждому по зубам. Оказывается, и политики попроще президентов бывают крайне привередливы в вопросах собственного увековечивания: «Некоторые не хотят нам ничего отдавать, а потом, когда уходят с политической арены, понимают, что это был шанс стать в музее историческим экспонатом. И вот тогда начинается с нами переписка», — пожаловался мне директор питерского Музея политической истории России Евгений Артёмов.

Что уж говорить о президентах! На вопрос, есть ли личные вещи Путина, Артёмов трагическим голосом произносит: «Пока нет». Хотя и просили. Это очень обидно. В кабинете директора — портрет Путина, сразу видно, кто главный. Фотографии Медведева нет даже в музейном киоске.

Зато личные вещи Владимира Владимировича собраны в другом месте — в частном музее в Стрельне, около Константиновского дворца. Два года назад, во время саммита G8, здесь, в особняке «Дача Линдстрема», прошла неформальная встреча Путина с Бушем. После чего в этой «даче» появился музей. В зале, где обедали Путин и Буш, на столе — меню президентов, на стенах — портреты глав государств G8 и их жен.

А в отдельной комнате — музей Путина. Что ни экспонат, то раритет. На всеобщее обозрение выставлены темно-синий с узором галстук, в котором Владимир Владимирович выступал с посланием парламенту в 2006 году, нефритовая ручка из кремлевского рабочего кабинета, его визитница, личное кимоно. Даже ставни от деревянного дома бабушки Путина из Тверской области. Здесь и подарки экс-президенту, самый ценный из них — Конституция в бриллиантах, рубинах и золоте. У здания припаркован знаменитый «Запорожец», который родители Путина выиграли в лотерею и отдали кататься сыну.

Бесценная коллекция в надежных руках. «Дача» сдана в аренду Олегу Руднову — главе Балтийской медиагруппы и, как выразились в музее, «другу Путина». Он же и главный коллекционер путинских вещей. Что-то было передано сюда из администрации президента, что-то найдено хозяевами самостоятельно.

Но самый главный в музее экспонат — это сам Владимир Владимирович. С ним можно провести целых три минуты. Вас закрывают в маленькой комнате, вы смотрите за стекло. Там — шторы, картина, книги, лампа. Свет гаснет, звучит лирическая музыка. И тут из темноты выходит трехмерный Путин. Поверьте, это почти страшно. Он смотрит прямо в глаза. Копия национального лидера выглядит как живой лидер. И мысль о том, что двойник Владимира Владимировича полностью зависит от кнопки на компьютере, а экскурсовод может его просто «выключить», кажется кощунственной. В ответ на его выход лежащая на полу Кони поворачивает голову. Путин достает книгу («Очерки из истории Балтийского флота»), смотрит в окно и уходит.

Имя творца виртуального лидера в музее не выдают: «Это же закрытый проект!» Но известно, что идея Путину понравилась — камерно и стильно, и он специально позировал для ролика. То есть специально отрепетировал этот взгляд почти в будущее, этакий отеческий взгляд потомкам.

Билет сюда стоит всего 150 рублей. А за несколько тысяч долларов (цены варьируются в зависимости от пожеланий клиента) в этом особняке можно провести, например, корпоративную вечеринку. Только представьте: в этом доме ужинали Путин с Бушем, в одной из комнат такие интимные вещи, как президентское кимоно, а в ресторане вы отдыхаете…

Экскурсоводы, правда, признаются, что ходит сюда «немного народа». Да и большой рекламы избегают: «Закрытый же проект!»

Народ не против?

Насколько музей и мемориалы нужны народу — вопрос открытый.

Сейчас под Мытищами, около деревень Сгонники и Бородино, своя маленькая стройка у жителей домов с видом на будущее кладбище. Они строятся, несмотря на поползшие по деревне слухи, что их дома буду сносить. Мужики машут лопатами, кидают цемент и как будто не замечают, как забором у них ездят самосвалы: «А чё? Это сейчас шумят, а потом-то все тихо лежать будут!» Они тоже по-своему герои: над их домами тянутся линии электропередачи, а вы тут пугаете высокопоставленными мертвецами! Зато кладбищенские строители обещали провести канализацию и водопровод. Еще строители мечтают, что кто-то из местных жителей согласится за могилками ухаживать — много ведь рабочих мест появится. Глядишь — и плакальщики потребуются… Деревенских старожилов из равновесия выводило только предположение, что здесь будет похоронен Ленин. С выражением мистического ужаса потенциальные соседи срочно ретировались на огород.

Аналогичное неподобающее равнодушие демонстрировали и петербуржцы — как и подмосковные селяне, выгоды от своего соседства с музейными экспонатами они не видят. По адресу: Басков переулок, д.?12, Владимир Владимирович жил с родителями. Сейчас во дворе-«колодце» стоит не знаменитый «Запорожец», а чья-то иномарка. Жильцы квартиры, где когда-то жил Путин, в домофон сурово убеждают, что ни о чем говорить не хотят. Зато их соседи снизу с радостью рассказали «Новой», что против всяких возможных идей с мемориальными табличками на доме. «А разве есть за что?» — удивилась Фаина Ивановна и с интеллигентской простотой и достоинством вспомнила о коррупции во времена президентства Путина и понадеялась, что у Медведева «таких ляпов, как «замочить в сортире», не будет».

Но сказать, что к памятникам своим начальникам народ вовсе равнодушен, нельзя. В Питере едва не приняла угрожающих размеров мода на именные скверы в честь президентов. Год назад в знак протеста против уплотнительной застройки в одном районе города жители пригрозили разбить сквер имени Путина и установить там бронзовую фигуру Кони со щенятами. На святое, может, рука не поднимется… В этом году по аналогичным причинам появились желающие назвать сквер именем Медведева. С такой же инициативой выступали в Самаре.

Сразу видно: народ своих правителей ценит.

* Среди них, например: военнослужащие и сотрудники федеральных органов исполнительной власти, в которых предусмотрены военная служба, погибшие при защите интересов государства, чести и достоинства граждан; президенты СССР и РФ; председатели палат парламента; председатели правительства; Герои Советского Союза и РФ и др.