Русский Толкиен

100 лет со дня рождения

3 июня (по новому стилю) 1908 года в благостной московской старообрядческой семье родился Борис Александрович Рыбаков — академик, археолог, историк. Выдающийся? Не без этого… Хотя от разных интеллектуалов исходят разные о нем мнения. С...

3 июня (по новому стилю) 1908 года в благостной московской старообрядческой семье родился Борис Александрович Рыбаков — академик, археолог, историк. Выдающийся? Не без этого… Хотя от разных интеллектуалов исходят разные о нем мнения. С одной стороны — двадцать лет полевой археологии, на карачках исползал, перекопал Киев, Чернигов, Любеч, Тмутаракань и прочая. С другой — сделал себя в период «борьбы с космополитизмом», когда гневно обрушился на «норманистов» и объявил, что термин «Русь», своего, родного, славянского происхождения, а никакого не варяжского; придумал и всю жизнь, логике и фактам вопреки, доказывал существование на левом берегу Днепра славянского племени руссов. За что — две Сталинские премии (1949, 1952).

Но лауреат Ленинской премии (1976), Герой Социалистического Труда (1978) — не тем любезен он народу. А двумя классическими «кирпичами» «Язычество древних славян» (1981) и «Язычество Древней Руси» (1987). Из последней:

«В ряде славянских языков сохранилось древнее значение слов: «позор» — зрелище; «позорище» — театр <…> Кроме плясок, «плясания русалией», «скакания», содержание русалий составляли какие-то языческие обряды, к сожалению, не описанные церковными авторами, а лишь обобщенно называемые «игрищами бесовскими», «играми идольскими», «игрищами неподобными». Лишь однажды упомянуты игры куклы, что заставляет вспомнить этнографически известные похороны чучел Костромы, Кострубонька или фаллической куклы Ярила. Иногда русалии сопровождались чем-то вроде первобытных турниров, когда люди, державшиеся бесовских обычаев треклятых эллинов, начинали «в божественныя праздникы позоры некакы бесовьскыя творити с свистанием и с кличем и воплем съзывающие некы скаредныя пьяница и бьющеся дрекольем до самыя смерти» <…> Во всех этих праздниках явно выступает культ воды, растительности, плодородия и плодовитости. Пляски девушек, хороводы вокруг березки, плетение и бросание в воду венков, песни о яровой пшенице и о будущем урожае, о яр-хмеле, о девице и о молодце, имитация coitus’a, обращения к русалкам, Ладе, Леле, Туру и Яриле, жертвы воде в виде женских кукол, похороны мужских кукол (Кострома, Кострубонька, Ярила) — все это обычно происходит в июне, колеблясь между 4-м и 30-м числом этого русального месяца. Путаницу в сроках обрядов вносит, во-первых, география (чем севернее, тем позже происходит обряд), а во-вторых, церковный календарь с его подвижной Пасхой, подвижным Троицыным днем, передвигающим языческий семик и русальную неделю. Несколько устойчивей купальские обряды, связанные с определенным числом — 24 июня. Они во всем повторяют русальную обрядность, но сохраняют свои специфические черты праздника летнего солнцеворота: костры на берегах рек, костры на вершинах гор, своеобразная солнечная колесница с двумя колесами. На обряд, в котором участвует двухколесный передок, следует обратить особое внимание. Описывается он так: девушки, «взяв передние колеса от телеги... садятся на ось, а прочие, схватившись за оглобли, возят по селению, а потом по полям с песнями до утренней зари и для здоровья умываются росой».

После 87-го года для продвинутых челов обряды русских язычников, тем более русалии, стали образом жизни, делом выходного дня. Каждый раз после дня Ивана Купалы (7 июля) в подмосковных лесах (да, наверное, и не только в них) легко обнаружить кострища, завядшие венки, остатки игрищ и забав.