ШОУ СО СТЕКЛОМ

ПОДРОБНОСТИ

В Московском зоопарке создают декоративное панно «Многообразие животного мира». Будет оно 16-метровым и стеклянным, выполненным в технике спекания. Специально для его создания в зоопарк приехал американский художник по стеклу Марк...

В Московском зоопарке создают декоративное панно «Многообразие животного мира». Будет оно 16-метровым и стеклянным, выполненным в технике спекания.

Специально для его создания в зоопарк приехал американский художник по стеклу Марк Экстранд. И сто детей из двадцати московских детских домов.

Горилла смотрел на гориллиху. Та застенчиво почесывала пятку. В стекло вольера стучали дети и громко подбадривали. Счастливое семейство игнорировало детей. К популярности, знаете ли, быстро привыкаешь. Особенно в зоопарке.

— А у них дети есть? — интересуется десятилетняя Катя.

— Нельзя им детей, — сетует экскурсовод Ира, — у самца эпилепсия.

Глаза ребенка расширяются:

— О господи! — восклицает девочка и патетически всплескивает руками.

Все равно в зоопарке взрослые узнают от детей больше, чем те от них. Оказывается, белый медведь — совсем не белый, а вовсе даже желтый. Бородавочник на самом деле обычная свинья, а орангутанги похожи на Спайдермена. Зато слоны — самые лучшие животные на свете.

— А он человека съесть может? — интересуется кто-то из детей, глядя на очередного хищника.

— Может.

— А этот?

— И этот может.

— Что ж это такое! Все кто угодно человека съесть могут! — искренне расстраивается ребенок. И просит вернуться к вольеру с пони.

Одиннадцатилетний Сережа прямым ходом направляется к павильону с аквариумами.

— Очень я рыб люблю, — серьезно объясняет он. — У меня дома аквариум. И кошка еще.

На самом деле кошка Сережи — общественная: в детском доме с ним живут несколько десятков детей. Но как все же приятно произносить: «Моя кошка».

— В жизни детей из детских домов нет ничего постоянного, — объясняет художник Марк Экстранд. — Ни родителей, ни дома, ни определенности в будущем. А теперь представьте, что и через десять-двадцать лет они смогут приходить в зоопарк и показывать своим детям панно, которое когда-то делали сами.

Учить детей работе со стеклом художник начал в 1987 году. Москва — десятый город, где американец Марк помогает создавать стеклянное панно, теперь — вместе с художником Московского зоопарка Екатериной Остапенко. В прошлом году была Рига, в следующем планируется зоопарк Каунаса.

Работа над панно занимает две недели: первую дети ходят по зоопарку и рисуют животных. Вторую — на основе нарисованного делают аппликации из стекла по особой технике спекания кусочков стекла при нагревании.

Недавно девушка из детдома, участвовавшая в первом проекте Марка в зоопарке Сиэтла пятнадцать лет назад, написала ему, что окончила художественный институт и сама стала художником по стеклу. Никогда не поверила бы в эту историю, если бы не видела, как Марк смахивает слезы из-под очков.

В зоопарк дети ворвались циклоном. Столы залиты газировкой, воспитательница села на стекло. Клетку с редким попугаем сдвинули с места — и теперь у него стресс.

Дети рисуют жирафов с пятнами в виде сердечек, косяки рыб, достаточные для небольшого рыбного хозяйства, двухголового дракона, после пристального рассмотрения оказавшегося парой страусов.

К работе со стеклом дети приступят на этой неделе. Готовое панно будет выставлено в павильоне «Мир птиц».

P.S. — А где выдры? — удрученно интересуется ребенок, переводя глаза с таблички на пустой вольер. И обречено вздыхает:

— Улетели, наверное…