ТО ЭТО НЕ ПОБЕДА Немцы показали страшные кадры из Чечни. То, что произошло потом, — трагедия. Никто НЕ ЗАХОТЕЛ поверить своим глазам, и все стали искать повод для самообмана. Журналисты заспорили об авторских правах, политики — о происках...

ТО ЭТО НЕ ПОБЕДА

Н

емцы показали страшные кадры из Чечни.

То, что произошло потом, — трагедия. Никто НЕ ЗАХОТЕЛ поверить своим глазам, и все стали искать повод для самообмана.

Журналисты заспорили об авторских правах, политики — о происках Запада, генералы — о камнях в их дачные огороды.

Все забыли о погибших. О том, КАК они погибли и КАК их предали земле. И еще — о том, что до сих пор не понятно, КТО погиб и при КАКИХ обстоятельствах.

За умело раздутым скандалом об авторских правах как-то забылось: все, что на самой пленке, — факт, правда, документальное свидетельство событий, какой бы текст ни был озвучен в эфире. И люди — реальные (вернее, то, что от них осталось), а не актеры, как справедливо заметила Светлана Сорокина; и колючка — не из папье-маше.

Сами кадры бесспорны. Этого никто не отрицает. Даже Ястржембский. Но «эта история сфабрикована, чтобы опорочить Россию», население которой впервые столкнулось с «откровенной фальсификацией».

Где логика? Ее нет, потому что логичные рассуждения рано или поздно приводят к истине. А она — НИКОМУ НЕ НУЖНА.

Что тогда правда?

На этот вопрос ответил когда-то — еще в 1996 году — один старик, чье имя осталось неизвестным. Как, судя по всему, и могила. Старик был чеченцем. Только что убили его жену, которая пыталась под обстрелом похоронить тела российских солдат. Тела эти, полусъеденные бродячими собаками, пролежали на площади Минутка несколько дней. Убита она была другими российскими солдатами. Живыми на тот момент. Старик сказал: «На этой войне правды нет. Правда — когда кого-то хоронишь».

И эту правду утаивать бесполезно.

Об этом репортаж нашего корреспондента Виктора ПОПКОВА, который стал свидетелем трагедии в Гехи-Чу. Фотопленка, привезенная им из Чечни, доказывает, что все показанное немцами — не отдельный факт. Это — обыденность повседневного бытия. Которого не называют войной, чтобы воевать не по правилам.

Этого не поймешь, пока не увидишь своими глазами. И лжи от правды не отличишь, пока сам не станешь свидетелем или вещественным доказательством преступлений.

Об этом — другой наш корреспондент, Эльвира ГОРЮХИНА, недавно вернувшаяся из Грузии. С той самой границы, где, как уверяют генералы, колоннами продвигаются чеченские боевики. Фотопленка безжалостна — по самой широкой части горной тропинки с трудом проходит ишак.

Приходится соглашаться с Ястржембским. Все мы — свидетели «демонстрации сфальсифицированного видеосюжета», да еще и участвуем в съемках. В качестве статистов.

А кто-то — в роли погибших. Причем грань между ними и палачами призрачна, зыбка и никого не волнует.