Оригинал материала
МЫХОРОШИЕЛЮБИТЕНАС
игра в тайную несерьезность происходящего
Праката А вот есть такой человек Сергей Малёванный, и вот что он у себя в ЖЖ (aspida) вытворяет. Вы так не умеете. Эй. Эйэй! Ну вот, опять, опять затеял там! Эйстой! Куда ты все это понес туда лежать? Сюда скорей неси назад, де было все, я...
Праката
А вот есть такой человек Сергей Малёванный, и вот что он у себя в ЖЖ (aspida) вытворяет. Вы так не умеете.
Эй. Эйэй! Ну вот, опять, опять затеял там! Эйстой! Куда ты все это понес туда лежать? Сюда скорей неси назад, де было все, я не люблю. Не знаю прямо, все так лежало хорошо, напрятал и валялось — унесет, и сразу станет ничего, а я же все люблю, када как было!
Какой вот, а. Эйстой! Ты, может, и не тятя, рас не слышишь, другой какой-то, например? Пришел, и влез, и ходит тут всево уносит, эй а ну! Сичас вот тут поймаю, как набью наверно, так рукой, и покусаю. Стой а ну — нет, тятя, точно… Ну, а я же как?! Я де буду сидеть, во что играть — вон ту унес, а эту спрятал, пусто сделал. Ух какой. Убирал, ишь. Портил! Так было хорошо, везде всево, играть и всякое для так. Ойой, совсем унес вещей.
Я знааю, ты еще када вот так все носишь, сразу потом приводишь паласос, а там такая вот шипит, я не люблю и очень весь суров. Меня закроешь снова, я бы сердился, только вдруг там встречусь, и ругаться надо, и бежать — а я бы не хотел. И веник тоже не люблю, када не ем ево, он если ходит, то дурацкий.
Низнаю прямо, это все. Какой-то ты. Все делал, все плохое и один, меня не слушал, хоть посплю.
А чо ты сел, ты всё? Паделал и уже обратно стал, как надо, тятя? Ну, я не очень посердился, так не сильно плохо тоже. Потом же принесем всево обратно, чтоб снова все де надо повалялось. Давай я вместе посижу, а то как убирал ты, я устал совсем.
Мне котику мне
Придумал вот. Так буду рукой тянуть, што показываю. Вот если так сделал, рас, и тянул вперет вон туда, значит, там ето мне надо, сразу можно дать. Давай так? Вот ты, например, из двери вернулся, а я тут сижу и рукой показал — «тятя». Ето значит, мене можно сразу тут ухо погладить или лучше взять, я бы очень посидел вместе.
Или там у тебя де текёт, там вкусного могло бы. Я проверяю сегда, а давай я просто рукой так показал — значит, мене мяско, я бы ел. Тока там ретко бываит.
Я много рукой показываю, значит, хорошо везде, я везде буду всего. Или поел, или тепло, или тятя.
Вечерний туалет с транспарантами и особым тщанием
О, вот вернулся тятя, я уже ждать сильно начал, быстренько уже вечер наспал, де ходил ты? Но пришел, хорошо, что за дверями делал? Всеремя долго там сидишь весь день. А я сидел сначала тут, устал потом и полежал. Ищо на птичек поругался, а потом ел, и там на диване лазил, и внутри, там хороший дом случился. И еще поел немношко, но вместе лучше, я оставил, я потом с тобой. Тятяаа! А подожди, я тоже пойду в ванну и расскажу тебе. Ну, и патом я на столе поспал, снилось. Ага, на кухню тоже я с тобой, а сбоку де лохмот я налоскутил, там прямо так висело, я играл, оно само отпало. А ты вот ходишь все, тогда давай, ходи с собой, а я тут. Ты тогда поделай там какое-то не знаю, буто бы поесть, а я пойду там писить.
Тятяааа!…
Я даа, я де туалеет!…
Дада! Ну, как всигда, накопал там и пойду сичас!…
Агаа! А тут такое, знаешь, ну песочек, ты, может, помнишь, там рыть надо, и всякое потом. Дада, я же умею!…
Прямо вот сичас уже буду, тятяя! Ты не теряй меня, я скоро!…
…Ох, надо много теперь наоборот рыть. Вооттут порыть. И там порыть. И тут два раза, и снаружи тоже.
Все уже, тятяау! Копаю только, сичас.
Ага, вернулся, я соскучился я просто, только я можно сичас еще пойду, кабута не зарыл, вот тут, мне кажется, еще чуть-чуть надо, я вернусь.
Очень важно все зарыть.
Мохнатый солипсизм
Тятяа.
Я вот тебе расскажу. Секретик.
Вот хорошо же, когда я? Ну, вот так вот сижу, и все идет, и происходит. Я это не просто сидел — я же придумывал, все придумывал. Видишь, сидел, задумался, значит, что-то еще придумал. Там, хорошее, не здесь, но хорошее. И тебе чтобы хорошо, тоже придумывал. А если устал, надо меня заряжать, а то весь я прямо такой тоскую. Я тогда приду к тебе и сяду там, напротив, и тебя рукой потрогаю. И лбом тоже.
трогает
Видишь, я вот тут сижу и тебя рукой держу. Значит, это тятя. Значит, я тебя хорошо придумал и буду еще держать, чтобы ты был очень настоящий, а то вдруг ты забудешь что-нибудь, и не поем ведь, и спать как же, когда никого. Потому что когда я вот тут вот лягу на тебя, значит, я буду заряжаться. Чтобы потом еще придумать.
Хорошего придумать. А это трудное. И ты мне делай, чтобы я был тоже ведь довольный — немножко, поесть немножко и погладить немножко. Я вот скалачился тут, но ты не бойся, я не бросил, я придумываю.
Трудное это. Вот полежу, тут у тебя хорошо, где руки, тятя вокруг, и все хорошо.
Хорошо, я тебя придумал. А то бы кто гладил.
Тятя, вот ты большой такой, такой вырос и неправильный совсем. Неправильный. Смотри, сколько раз показывал, ты все время идешь и не туда приходишь, я вот тут жду, а когда выходишь из комнаты, надо сразу на кухню, столько раз показывал, а ты не понимаешь все время. Вот так вот отсюда, потом направо и опять направо, я же вот спереди бегу и показываю, ты за мной иди, я приведу ведь. А на кухне, там же миска есть, и туда надо идти, ты ведь знаешь, я рассказывал, а ты как будто все время забываешь. Сразу вот пошел и по дороге отстал, и заблудился, и обратно. Ты на хвост смотри, там белое, и не заблудишься. А то тебя по дороге всякое отвлекает, ты и не посыплешь потом. А мне есть одному скучно, я все равно буду, но вместе когда, так совсем хорошо. Ты рядом просто посиди, а я поем.
Chimeric Jihad
А у магазина за углом недавно новый нищий нарисовался. Да-да, тот, который слепой, он самый. Говорят, раньше он снайпером был, пока глаза были на месте. Сначала на войне, да, а потом киллером стал. Ну, потому что больше он все равно ничего не умел, а тут вроде как любимое дело, да и деньги платят неплохие. А с глазами забавно получилось. На очередном задании ему села на хвост милиция, ну и когда совсем уже бежать стало некуда, он вырвал себе глаза и прикинулся слепым попрошайкой, представляешь? То есть не прикинулся, конечно, а буквально им и стал — со слепого-то какой спрос? Вообще, конечно, было бы смешно, если бы они догадались-таки его обыскать. Ну, потому что глаза ему некуда было спрятать, он их тупо в карман пальто своего сунул.
А в цирке сегодня клоуна одного хоронили. Говорят, талант был, из чего угодно мог шутку сделать. Даже из страшных, казалось бы, вещей. Он, в общем-то, так себе на жизнь и зарабатывал: вытаскивал из себя свои страхи и делал из них анекдоты и цирковые номера — и имел постоянный успех. А что, источник вдохновения-то практически неиссякаемый. А на днях, говорят, наоборот — сочинил анекдот и попробовал из него что-то страшное сделать. Ну, просто так, смеха ради. И заработал себе сердечный приступ. Талант был, я же говорю.
ropewalker
Отрывки из дневников
yakness:
Смысл провокации, мне кажется, не в том, чтобы она работала [срабатывала] на «плохих», а в том, чтобы она не работала [срабатывала] на «хороших».
Быть добрым проще всего. Умным – чуть посложнее.
Пожалуйста, будьте красивыми.
Наверное, если в обществе, где убивать людей не принято, повесить плакат «УБИВАТЬ ЛЮДЕЙ НЕЛЬЗЯ», то тут-то все разом и задумаются.
zcx: За кого голосовать пойдешь?
zcx: D
yakness: за Бога.
zcx: Боюсь, через 7% не пройдет и твой голос зачтут «Единой России».
zcx: DD
А ну быстро стань красивой девочкой и пойдем взорвем чью-нибудь церковь.
im_a_rainbow_2:
В телефоне одного моего знакомого, который в 26 лет продолжает оставаться ne-takim-kak-vse, я записана как ИРАтиреОтиреБОЖЕтиреКАКтиреЕЁтиреСПАСТИ.
Бибирево надо увидеть, чтобы в него поверить.
Если вы все еще тратите по 10 минут каждое утро на распутывание наушников – значит, вы все еще молоды.
Mне хочется плакать от того, что животные и птицы нас боятся.
shsha: Вот про телевизор.
Я его вчера смотрела. Рекламу «Мастеркард».
Кроватка для новорожденного – 4 тысячи рублей, халат для будущей мамы –2 тысячи рублей, первая игрушка – тысяча двести рублей. Когда ему пришла sms-ка «Поздравляю, ты стал папой», я расплакалась.
fresh_trash:
Богема – это люди, которые не умеют одеваться.
Русская «контркультура» это подобострастный альянс двадцатилетних стариков и сорокалетних младенцев.
Люди делятся на две категории: на слабых и сильных и на слабых.
Free the jazzПривет.
Меня всегда удивляло, почему добрые люди в спортивных штанах и кожаных куртках не слушают, к примеру, фри-джаз. Чрезвычайно ощущенческий, по-животному воспринимаемый звук, не требующий осознания и понимания. Властный мучительно визжащий саксофон, захлебнувшаяся в собственном ритме перкуссия – взрывы энергий, пронизывающие и кричащие. Каждый инструмент будто перебарывает свою сугубую острую боль, находя единственное спасение от нее в плаче и крике.
На самом деле я прекрасно понимаю, что заливаться слезами и грызть в алкогольном катарсисе подоконник намного приятнее под какую-нибудь песню, где непременно присутствуют слова «душа» и «Россия». Просто мне жаль наблюдать вовсе незаслуженный аромат академической плесени, который витает вокруг «нового джаза». Взять, к примеру, тусовку вокруг шумовой электроники. Отвратительные люди, между прочим. Слушать noise должны красивые и счастливые, а не замкнутые студенты технических вузов, лелеющие аудиокассеты с черно-белыми фотографиями концлагерей на обложках. Но все равно молодо, живо и доступно. А вот приезжали The Thing, легендарное шведско-норвежское фри-джаз-трио, и, несмотря на чрезвычайно приятную публику, намного уместнее мелькающих в зале «улыбок знатоков Подобной Музыки» была бы небольшая толпа панков, дерущихся перед сценой. Но нет, репутация музыки-для-интеллектуалов строга и непоколебима, прямо как учительница химии.
Банально, но жанры в музыке выделяются и обзываются различными словами вовсе не для того, чтобы было проще отрекаться от одной ее части в угоду другой, а чтобы ее удобным способом систематизировать. В результате же имеем месиво агрессивного невежества от «не люблю эту вашу занудную умную музыку» до «что не (джаз) – то не серьезно». И пока этим грешат музыкальные критики и простые смертные – это не страшно. Но иногда они берут в руки инструменты – и сырой тупик радостно машет нам лапкой.
Счастье – это как в детстве, узнавать каждый день что-то новое. Порой нужно сказать себе сократовское «я знаю, что ничего не знаю», забыть обо всем, сесть и слушать. Мир – такое чудное место.
Любите звуки. Пока.
yakness