Ушли самые громкие

При взгляде на перестановки в правительстве и администрации президента бросаются в глаза две вещи. Во-первых, почти никто не ушел никуда — или в бизнес. Внутри правящего класса сформировалась новая номенклатура, как удачно заметил Алексей...

При взгляде на перестановки в правительстве и администрации президента бросаются в глаза две вещи. Во-первых, почти никто не ушел никуда — или в бизнес. Внутри правящего класса сформировалась новая номенклатура, как удачно заметил Алексей Макаркин. Как раньше секретарь обкома мог быть переброшен на хозяйственную работу, мог быть повышен до ЦК, но никогда не мог быть выгнан, так и теперь. Если человек не справился с должностью, он получит другую. Потому что уволенный слишком много знает и начнет петь. Вон уволили Касьянова, вместо того чтобы назначить его мэром Москвы или главой Совета Федерации, как он хотел, — и что получилось?

Второе. В должности понижены все, кто был слишком громкий. Кричал много или вообще оказался в центре скандала.

Самый крупный лузер — Сергей Иванов. Говорят, Путин обещал ему президентство. Это была пробивка — а Иванов решил, что это было обещание. Мы все наблюдали Сергея Борисовича, рассказывающего, что с солдатом Сычевым ничего не произошло, «потому что ему не докладывали», — и прикидывали, каков-то этот экземпляр будет в качестве президента. А прикидывали-то не только мы, но и Путин. Слишком высокие представления Сергея Иванова о себе, непогрешимом, привели к слишком низкому посту — вице-премьера даже без утешительной приставки «первый».

Второй потерявший — Игорь Сечин, глава самой могущественной кремлевской группировки силовиков. Должность Сечина называлась так: «президент мне утром поручил». Понятно, что с новым президентом Сечин неизбежно должен был ее лишиться. У Путина на самом деле было три варианта. Один — садистский, оставить Сечина на прежнем месте, где Медведев ему вряд ли когда-то что-то бы поручил. Другой — сильный, назначить Сечина главой ФСБ. И третий, самый малообязательный — забрать Игоря Ивановича с собой, как это всегда происходило на всех ступенях карьерной лестницы.

В общем, должность «президент поручил мне утром» закончилась. И вместе с ней закончились карьеры всех остальных членов группировки: Патрушев из главы всемогущего ФСБ отправился на почетную пенсию главой Совбеза, родич Сечина и бывший генпрокурор Устинов ушел из Минюста, Виктор Петрович Иванов — пока вовсе неизвестно куда.

С сечинской группировкой произошло то же самое, что с Сергеем Борисовичем. Мы смотрели, как они громко арестовывают то Бульбова, то Сторчака, — и Путин тоже смотрел. И ему тоже не все нравилось.

За закатом Сечина—Патрушева—Устинова—Иванова логично отправили в отставку и бессменного борца с ними, певца «чекистского крюка» и охотника за ветеринарами и торговцами этиловым эфиром, главу Госнарконтроля Виктора Черкесова. Впрочем, рискну предположить, что дело было не только в том, что вслед за грузом избавились и от противовеса. Опять же — слишком громким был Черкесов. Своими процессами над ветеринарами он потешал всех, кроме, разумеется, самих ветеринаров. При этом пенсию г-ну Черкесову пожаловали царскую — должность главы Рособоронпоставки. Круче было только вручить ему машинку для печатания денег.

Неплохая пенсия примерно в 4 млрд долл. досталась и бывшему главе Минсвязи Леониду Рейману, перепрыгнувшему из министерского кресла сразу в список «Форбс». Рейман пострадал все за то же — был на слуху. Причем, заметим, это была решительно не его вина. У нас в России вообще добрая традиция ассоциаций. Министр связи — «Мегафон», министр финансов — «КИТ-Финанс», министр транспорта — «Северстальтранс» и так далее.

Рейману не повезло в том смысле, что 25% «Мегафона» помылили, и дальнейшие судебные разбирательства, особенно на Западе, вынесли на поверхность много чего, в том числе такие подробности о телекоммуникационных сделках времен еще питерского Путина и о физических владельцах еще питерского «Телекоминвеста», что, будь Запад и в самом деле настроен против Владимира Владимировича, всех могли бы раскатать по стенке.

Короче говоря — когда дело дошло до выкапывания в западных судах питерских еще костей, последовало строгое приказание, и весь «Мегафон», купно — со скандалами, костями и скелетами в шкафу, был выкуплен Алишером Усмановым за день до отставки министра, превратившегося в обкэшившегося бизнесмена и собрата Зурабова по почетной должности советника президента. Теперь ясно, как надо было б действовать противникам Кудрина. Вместо того, чтобы арестовывать Сторчака, надо было свистнуть половину «КИТ-Финанса».