Без мыла и пыли

Дмитрий Гордон взял интервью у Натальи Поклонской и Игоря Гиркина, потому что счел их интересными собеседниками. Нет, будучи тщеславным беспринципным человеком, он решил "хайпануть", для чего и позвал в эфир иудушку-прокуроршу и массового убийцу. Дмитрий Гордон - агент СБУ, а его разговоры с депутаткой и отставным полковником проводились в рамках спецоперации для привлечения словоохотливых россиян к грядущему суду. Нет, он агент ФСБ под журналистским прикрытием, внедряющий в головы простодушных громадян вредоносные идеи "русского мира".

Версии, при помощи которых публика и сам Дмитрий Ильич пытаются объяснить новое его хобби, связанное с коллекционированием героев аншлюса, разнообразны. Причем все эти версии почти не конфликтуют между собой. Можно в погоне за сенсацией искать и находить наиболее одиозных персонажей, и это вполне соответствует профессиональным нормам. Можно, будучи патриотом своей страны, в годы войны оказывать своеобразные услуги родным спецслужбам, оставаясь при этом довольно-таки честным журналистом. Можно, в конце концов, ради карьеры и самолюбия забыв про честь и совесть, помаленьку сотрудничать и с местными силовиками, и с Лубянкой. Это нормам никак не соответствует, зато свидетельствует о беспредельной лихости храбреца-интервьюера. Все можно. Точнее, бывает по-всякому.

Бесконфликтен и образ интервьюера. Он любит или как минимум очень-очень уважает всех, кто его одаривает чудом человеческого общения. С одинаковой доверчивой нежностью выслушивая печальные шутки одесского мудреца-юмориста и конспирологический злобный бред бывшего ельцинского охранника. Такая всеядность раздражает, но нельзя не признать, что умеющий одновременно и подольститься к "клиенту", и великолепно подготовиться к каждому диалогу Гордон в силах раскрутить любого. Это многое говорит не только о нашей слабой человеческой природе, но и о несомненных талантах небрезгливого журналиста-психолога. С ним уютно беседовать, что ощутили на себе Поклонская и Гиркин в тех дискуссиях, которые обернулись скандалом.

"Вы мои враги, но я вас способен понять" - в такой манере он обхаживал и красавицу, и чудовище, что привело к неожиданным результатам. Милая девочка расчетливо хлопала глазами, пела на мове, рассказывала о своей любви к Украине, приглашала Дмитрия в Крым, осторожно критиковала российские порядки. А если и проявляла внезапную обвинительную жесткость, то лишь при ответах на вопросы о Мустафе Джемилеве и о бывшем муже. Напротив, рассудительный с виду и твердый в убеждениях полковник нередко расслаблялся и не контролировал себя. Особенно в тех случаях, когда Гордон спрашивал его про участие в конкретных преступлениях. Например, в убийствах на Донбассе украинских мучеников Юрия Дьяковского, Юрия Поправки, Владимира Рыбака. Вообще о пытках и казнях. Тогда лицо Стрелкова каменело и из-под маски бесстрашного чекистского офицера белогвардейской выучки выглядывало мурло наемного душегуба.

Тем не менее скандал продолжается, и хочется постичь, кто он, основатель интернет-издания "Гордон" - крутой профи или амбициозный политикан. Да, и чей агент. Постичь не удается, и причина даже не в том, что ответы наползают друг на дружку и поди разбери, какой из них правильный либо верны все до единого. Кроме того, шум за окнами журналистского офиса, который пикетируют возмущенные киевляне, разрисовывая асфальт и фотографии Дмитрия Ильича, мешает сосредоточиться. Ну и сам он несколько путается в показаниях, утверждая, что допрашивал Поклонскую и Гиркина по заданию СБУ, - в то время как руководство данной организации эти сведения опровергает. Короче, до правды трудно докопаться.

Остается разве что, доверившись интуиции, высказать некоторые мысли насчет того, что, собственно, происходит в русско-украинском эфире. А там, заметно стреноженная коронавирусом, полыхает эта странная война, которая началась проклятой весной 2014 года и нескоро еще кончится. Война реальная и сопутствующая ей пропагандистская война. И в ней все перемешано: кровь и глумление, горе и гордыня, профессиональный долг и профессиональный пиар. Эту инфекционную паузу Дмитрий Гордон пожелал заполнить голосами экс-прокурорши и боевика на пенсии, что стало поводом для непримиримых споров об их уместности в нынешнем информационном пространстве.

С точки зрения журналистской полемизировать тут не о чем: репортер вправе интервьюировать хоть Гитлера, хоть Путина. С точки зрения военной давать трибуну врагу - уголовное преступление. С точки зрения юридической допросить неуязвимого злодея - прямая необходимость. Но применительно к этой странной войне рушатся любые схемы, поскольку неизвестно, когда она кончится и удастся ли привлечь к суду того же Стрелкова. Это важно для истории, уверяет Дмитрий Гордон. Не исключено, хотя по сути допрошенные в режиме самоизоляции не сказали практически ничего нового, а песенку в исполнении барышни и застывшую в глазах киллера холодную ненависть к делу не подошьешь.

И еще чисто зрительские впечатления сохраняются на долгое время. Сам по себе сюжет, столкновение, интрига. Вот они сидят в ютюбе, знаменитый журналист, знаменитая поклонница царя Николая, знаменитый собиратель земли постсоветской - и любопытно же, как развивается диалог, что спросит человек в левой половине кадра у человека, расположенного справа. Как улыбнется телеведущий обаятельной даме и неприветливому мужчине, и как она рассмеется, а он ухмыльнется и вновь помрачнеет. Интересно, правда же? Или нет? Это, что называется, дело вкуса, но количество просмотров измеряется миллионами, и нельзя не признать, что кликабельный Гордон опять добился большого успеха. Однако цена его нам все-таки неведома.