О нас
Коллекция
Для исследователей
Рассылка
Наш Telegram
Рассылка
О нас
Исследователям
Коллекция
Проект "Kronika"
О нас
Коллекция
Для исследователей
Рассылка
Наш Telegram
Дата
16.01.2020
Автор
Владимир Мозговой
Источник
Новая Газета
Сохранённая копия
Internet Archive
Оригинал материала

Под ковром

Проблема смены спортивной власти решилась сама собой, но где найти нового министра?

Фото: РИА Новости

Министр спорта Павел Колобков покидает пост не по собственному желанию, а со всем кабинетом. Заодно уходит и вице-премьер Виталий Мутко, которого как главного специалиста по строительству мало кто в стране успел воспринять — для большинства он остается «главспортсменом» и творцом всего того, что произошло с российским спортом в десятые.

Обе фигуры, пусть и в разной степени, — одиозные, но они покидают властные структуры не по причине неважной репутации — просто заодно со всеми.

Не для того же затевалась смена кабинета, чтобы по-тихому убрать двух спортивных начальников, бывшего и нынешнего, благодаря которым российский спорт завис над пропастью? Конечно, нет.

Хотя подобная конспирологическая версия вполне может занять место в ряду прочих — слишком много завязано в наступившем новом году на том, выживет ли отечественный спорт высших достижений на пике самого тяжелого в своей истории кризиса. А без спортивных достижений наша верховная власть как без рук.

Колобков шесть лет был заместителем Мутко. Когда шеф пошел на повышение в разгар допингового скандала, разгребать завалы с октября 2016-го пришлось преемнику. Выдающийся спортсмен и опытный управленец — сочетание достаточно редкое, в связи с перманентными скандалами и разоблачениями имя Колобкова не упоминалось, так что с ним связывались определенные надежды на прорыв блокады.

К весне прошлого года казалось, что самое страшное уже позади — РУСАДА авансом восстановлено в правах, последнее условие дорожной карты по передаче базы данных Московской антидопинговой лаборатории выполнено, дело за малым — реабилитировать российскую легкую атлетику, находящуюся под санкциями с ноября 2015-го, и спокойно готовиться к Олимпиаде в Токио. Победные реляции раздавались из всех кабинетов, и только немногие знали, что все далеко не так радужно.

И Павел Колобков тоже знал. И про дело прыгуна в высоту Данила Лысенко, которое рубило под корень все усилия по восстановлению статуса Всероссийской федерации легкой атлетики. И про то, что не все чисто в переданной базе данных, что грозило закрытием РУСАДА и новыми, куда более серьезными, чем раньше, санкциями. Но даже когда забил тревогу глава РУСАДА Юрий Ганус, обратившийся с открытым письмом к президенту страны, Павел Анатольевич в основном успокаивал общественность и заверял, что все под контролем.

Может, ничего другого ему и не оставалось делать. Может, разрешения на решительные действия он не получил. А может, сами проблемы оказались для него неподъемными. Так или иначе, осенью они покатились как снежный ком. С легкой атлетикой случилось то, о чем еще летом предупреждала прыгунья в высоту, выдающаяся спортсменка Мария Ласицкене, — руководству ВФЛА, которое, собственно, прикрывал министр, за доказанные прегрешения было указано на выход, а сама организация оказалась на грани закрытия. Дальше больше — недолгая эпопея с попыткой объяснить манипуляции с электронной базой данных закончилась самым грозным в истории вердиктом ВАДА с рекомендацией лишить статуса РУСАДА, а весь российский спорт высоких достижений подвергнуть четырехлетней дисквалификации. Это было фиаско.

Вопрос той же Ласицкене: что сделало спортивное руководство страны для того, чтобы предотвратить подобное развитие событий, по существу остался без ответа. Как без ответа остались и конкретные претензии оставшихся без зимних стартов ведущих легкоатлетов страны к временному руководству ВФЛА.

Дело дошло до того, что инициативу сделать хоть что-то для спасения своей карьеры и российской легкой атлетики в целом пришлось брать на себя комиссии спортсменов.

Первый шаг, как считают вынужденные бунтари — приостановить действие государственной аккредитации ВФЛА, провести отчетно-выборную конференцию в конце января, а не месяцем позже, полностью избавиться от запятнавших себя бездействием чиновников.

Это тоже сфера компетенции Минспорта, но выход искать, теперь уже в беспрецедентно сложной ситуации, придется не Колобкову. Как и решение глобальной проблемы минимизации потерь, связанных с вердиктом ВАДА и оспариванием его в Спортивном арбитражном суде в Лозанне. Решение подать апелляцию было, на мой взгляд, ошибочным, но процесс вот-вот начнется, будет он долгим, но решение — достаточно предсказуемым, и не в пользу России. Наихудший вариант — если не подлежащий оспариванию приговор будет вынесен накануне Олимпиады в Токио, когда калитка уже закроется и для нейтрального статуса.

Получается, что Павел Колобков принимал «наследство» в кризисном состоянии, а сменщику оставляет вовсе рушащуюся конструкцию.

Вероятность, что кандидатура Колобкова будет предложена в новый кабинет министров, существует, но слишком много доводов против. А с кандидатурой преемника не лучше: выбирать из спортивной среды опасно — не ровен час, будущий министр окажется из того зловещего «списка 145», который после разоблачения махинаций с базой данных еще не рассекречен ВАДА, но в любой момент может быть обнародован. И вообще трудно сейчас быстро найти на роль «главного спортсмена» фигуру и авторитетную, и с опытом руководящей работы, и с незапятнанной репутацией.

Кто бы ни стал новым министром спорта, ему останется только посочувствовать. Совершенно искренне.