Чиновничья атака на ЦДЖ с «Эфесом» наперевес В минувшую пятницу в Центральном Доме журналиста я встретил Александра Евгеньевича Бовина. Он сидел в холле, и медленно созревающее намерение посетить ресторан явно отпечатывалось на его...

Чиновничья атака на ЦДЖ с «Эфесом» наперевес

В

минувшую пятницу в Центральном Доме журналиста я встретил Александра Евгеньевича Бовина. Он сидел в холле, и медленно созревающее намерение посетить ресторан явно отпечатывалось на его сосредоточенном лице.

Я строго спросил Бовина, понимает ли он, что само его появление в Доме вопиюще противоречит уставу Союза журналистов, функционером которого я являюсь. Бовин тоже поздоровался: «Ты можешь, наконец, объяснить, что у вас тут происходит?» Я объяснил.

Министерство имущественных отношений Российской Федерации путем скрупулезного изучения творящегося в ЦДЖ приняло мудрое решение: изъять его из «бессрочного и безвозмездного пользования» нашим с Бовиным Союзом (закавычена формулировка из указа президента страны) и передать некоему государственному унитарному эксплуатационному предприятию «Эфес» все того же министерства.

Об этом нам направил короткое и не вполне вразумительное предписание замминистра Н. А. Гусев, подкрепив его заключением некоей комиссии, исследовавшей положение дел на месте. Из акта этой комиссии мы узнали, что, оказывается, содержим Дом в удовлетворительном состоянии, но из двух с лишним тысяч квадратных метров его площади для целей и задач, определенных уставом СЖР, нами используется ноль (!) квадратных метров, что составляет, согласно подсчетам комиссии, опять же ноль (!) процентов. Методика проведения этих подсчетов мне, равно как и моим коллегам, так и осталась неизвестной, а в какие бы то ни было объяснения чиновники министерства входить отказались...

«Они, что, совсем идиоты?» — перебил меня Бовин, из чего я заключил, что долгое пребывание на дипломатической работе вдали от Отечества нанесло невосполнимый урон его способности верно ориентироваться в реалиях окружающего нас мира.

Нет, конечно же, они совсем не идиоты. И вовсе не из-за беспросветной тупости и неспособности выполнять хоть какие-то осмысленные действия в соответствии с вроде бы определенным им кругом обязанностей они умудрились не узнать того, что, скажем, за прошлый год в ЦДЖ было проведено более семисот пресс-конференций, что Дом является признанным центром обучения журналистов и редакторов, традиционным местом десятков творческих семинаров, что он приютил Клуб детей погибших журналистов, что здесь постоянно собираются наши старики-пенсионеры, что, наконец, ЦДЖ — это Цэ-Дэ-Же, культовый Дом всех поколений людей нашей профессии, под сводами которого мы неформально общаемся, ссоримся и миримся, отмечаем юбилеи и хороним коллег вот уже 81 год, считая со дня, когда особняк на Никитском стал НАШИМ. И что все перечисленное и все неперечисленное безусловно соответствует целям и задачам нашего устава...

Боже, но зачем я пытаюсь оправдываться, суетиться, совать под нос начальнику бумажки, в которые он и смотреть-то не будет, потому что все давно решил?!

«НОЛЬ ПРОЦЕНТОВ» — это сигнал о том, что «они» плевать хотели на здравый смысл, что «они» одурели от безнаказанности и намеренно нам это демонстрируют. Ну написали бы 7% или даже 19, пришлось бы спорить, лазить с линейкой... А тут — вы же видите, что мы с вами можем сделать все, что захотим, так что даже не рыпайтесь. Какой-то Гусев походя отменяет указ главы государства (даже два указа: от 12.11.93 и от 9.07.96 гг.) и ничего при этом не боится! Какой-то «Эфес» должен за здорово живешь получить престижнейший особняк в центре столицы (именно то, что он — памятник истории и культуры, и не позволило передать его Союзу журналистов во владение, а лишь в это самое бессрочное и безвозмездное пользование), и что «Эфес» будет с ним дальше делать, только от его доброй воли и зависит.

Кстати, об этом самом «Эфесе» объединенными усилиями журналистов разных изданий за минувшие дни удалось выяснить, что создан он в 1996 году (при Кохе), возглавляет его некий господин Климченко и что вообще это — сугубо засекреченное учреждение, о полезной деятельности которого узнать труднее, чем сказочному буржуину военную тайну Советской республики.

Господин Гусев, правда, когда разгорелся скандал, стал божиться, что никаких оснований для паники нет, что ничего в Домжуре не изменится, что просто «Эфес» облегчит нам жизнь, взяв на себя лишь обязанности по эксплуатации здания (все, оказывается, для нас и делается!), вот только сторонним организациям сдавать или продавать площади Союзу журналистов больше будет нельзя... Если учесть, что в Домжуре не продано НИ ОДНОГО МЕТРА (здесь действительно круглый ноль, и даже комиссия Мин-

имущества это полностью подтвердила), то остается предполагать, что единственной задачей «Эфеса» станет выполнение уставных требований Союза журналистов, за что — отдельное спасибо. Правда, осведомленные люди утверждают, что эта славная организация особенно хорошо справляется с приватизацией доставшейся в ее руки недвижимости и именно в этом смысле Домжур ее и интересует...

И все-таки надеюсь, что здесь у них наконец-то обломится. Решение Минимущества было единодушно расценено как акт откровенного чиновничьего произвола, абсолютно незаконная попытка захватить престижный особняк в центре Москвы и в то же время как открытый вызов всему журналистскому сообществу, символом профессионального единения которого давно стал Дом. На пресс-конференцию, которую мы собрали, пришли корреспонденты нескольких десятков изданий, и жесткость их последующих выступлений в нашу поддержку не оставляет шансов на то, что операцию по захвату Домжура удастся провести быстро и тихо.

И последнее. У нас сейчас часто спрашивают, не является ли наглый и циничный «наезд» на ЦДЖ политическим заказом тех, кому не нравится позиция Союза журналистов России в связи со многими последними событиями на информационном поле и вокруг него. Лично я не думаю, что был чей-то прямой заказ. Но то, что господин Гусев неслучайно выбрал время, когда, как ему показалось, легче урвать кусок чужого имущества, совершенно очевидно тоже.