РАЗЖАЛОВАТЬ В МЕЩАНЕ

СУД ДА ДЕЛО

В новый год Генпрокуратура вошла со старым грузом забот о судьбах бывших руководителей «ЮКОСа». Прошедшие несколько дней Мещанский суд занимался в основном тем, что допрашивал свидетеля защиты Марата Рахманкулова, вызванного, дабы...

В новый год Генпрокуратура вошла со старым грузом забот о судьбах бывших руководителей «ЮКОСа». Прошедшие несколько дней Мещанский суд занимался в основном тем, что допрашивал свидетеля защиты Марата Рахманкулова, вызванного, дабы рассказать о том, как проходили обыски 9 октября 2003 года в офисах адвоката Антона Дреля и депутата Госдумы Владимира Дубова в подмосковной Жуковке. Что было воспринято адвокатским сообществом и международной общественностью как грубое нарушение всех мыслимых норм.

Свидетель подтвердил, что следователи отлично знали, чьи кабинеты и сейфы они потрошат, и сообщил, что правоохранители «жестко удалили» из собственного офиса приехавшего адвоката Антона Дреля. Однако гособвинителя Дмитрия Шохина заинтересовали не нарушения УПК, а личность самого свидетеля: Рахманкулов отвечал за связи «ЮКОСа» с налоговыми органами. Однако Марат Рахманкулов не рассказал ничего порочащего себя и подсудимых, чем весьма расстроил прокурора.

В пятницу, 14 января, адвокат Генрих Падва заявил суду, что накануне, во время допроса свидетеля Рахманкулова, у защиты создалось впечатление: прокуратура что-то затевает, а согласно Европейской конвенции по правам человека, их подзащитные вправе знать, что именно. Волновались адвокаты не зря: в четверг вечером, 13 января, сотрудники СИЗО как бы между прочим рассказали Михаилу Ходорковскому о том, что против него и Платона Лебедева аж со второго декабря 2004 года ведется еще одно расследование по ст. 174 Уголовного кодекса (легализация доходов, приобретенных незаконным путем). То есть дело существует уже полтора месяца, но ни Ходорковский, ни Лебедев об этом не знают. Не говоря уж об адвокатах.

Кроме того, применению этой статьи по закону непременно должен предшествовать вступивший в силу приговор суда, который удостоверил бы преступное происхождение доходов. Но внимание к мелочам — это не стиль российской прокуратуры.

Интересная деталь: санкция статьи 174 предусматривает, помимо наказания в виде тюремного заключения от семи до десяти лет, еще и конфискацию имущества. Возможно, в этом суть: хотя Ходорковский больше не связан с «ЮКОСом», но остается весьма богатым человеком, а эта мысль чинам Генеральной прокуратуры, похоже, не дает спокойно спать.

Защита попросила суд, во-первых, во избежание недоразумений объединить все уголовные дела в одно, а во-вторых, сделать перерыв в слушаниях, чтобы подсудимые могли выработать позицию по новому неожиданному обвинению. Судьи, как всегда, промолчали.

Потом адвокат Лебедева Константин Ривкин ходатайствовал о вызове в заседание эксперта — Дениса Щекина. Специалист по налоговому законодательству Щекин должен проконсультировать суд по вопросам налогообложения в закрытых территориальных образованиях (по мнению прокуратуры, подсудимые бизнесмены ни в коем случае не должны были пользоваться внутренними офшорами, а платить налоги полностью). Прокурор потребовал два часа на размышление. Ему дали час, по истечении которого появилась представитель налоговых органов Александра Нагорная и тоже потребовала время для ознакомления с ходатайством. Защита попробовала возразить, но суд все-таки пошел навстречу чиновной истице.

Оставшееся время стороны посвятили оживленной дискуссии по поводу того, приглашать ли эксперта Дениса Щекина в суд. Государственный обвинитель Шохин и гражданская истица Нагорная долго говорили о том, что эксперта Щекина не желают видеть в Мещанском суде никогда. А любые возражения адвокатов Дмитрий Шохин неизменно квалифицировал то как «умаление достоинства судебной власти», то как «затягивание времени процесса».

В конце рабочего дня судья Ирина Колесникова выбросила на ринг белое полотенце: заседание отложили до понедельника. После того как адвокаты вышли из здания, выяснилось, что Генпрокуратура официально подтвердила-таки факт возбуждения нового уголовного дела против Ходорковского и Лебедева и что речь может идти об «отмывании» около десяти с половиной миллионов долларов. В тяжелых раздумьях о том, какие еще сюрпризы готовит прокуратура, присутствующие разошлись по домам.