Прикрылись фиговой тайной

Дело Оюба Титиева официально признали угрозой «национальной безопасности Чечни»

На неделе Шалинский городской суд Чеченской Республики принял решение о дальнейшем проведении судебного процесса по делу правозащитника Оюба Титиева в закрытом режиме. То есть пресса и многочисленная публика, съезжающаяся на процесс со всего мира, больше не смогут присутствовать на заседаниях суда и раздражать руководство Чечни.

Формально Оюба судят по обвинению в хранении марихуаны без цели сбыта. То есть это довольно заурядный для всей России состав преступления. Сама Чечня является всероссийским лидером по ежегодному приросту уголовных дел по наркотикам: только за этот год, если верить словам Рамзана Кадырова, в республике были задержаны 1592 наркомана. Однако никогда прежде ни в России, ни в Чечне ни один суд по делам, связанным с незаконным оборотом наркотиков не закрывали от прессы и публики, ссылаясь при этом на «государственную тайну» и «интересы национальной безопасности». Более того. В самой Чечне не закрывали по таким основаниями даже дела по терроризму. А ими республика «прославилась» на весь мир.

12-е заседание по делу Оюба Титиева никаких сюрпризов не предвещало. К этому времени 59 из 65 свидетелей обвинения уже были допрошены. В том числе 50 сотрудников полиции Курчалоевского ОМВД. Все они пришли в суд только с одной целью: дать показания о том, что в Курчалоевском отделе полиции никогда не существовало подразделения ГБР (группа быстрого реагирования). Дело в том, что сотрудники именно этого подразделения 9 января в 9 утра остановили машину Оюба Титиева и, вероятнее всего, подбросили ту самую марихуану, за которую правозащитника, собственно, и судят.

Вместо того чтобы расследовать преступление, совершенное, судя по всему, полицейскими, следствие решило доказывать, что этих полицейских не существует в природе.

Логика, в общем, понятная. Но, увы, исполнение подкачало. Сторона обвинения, готовившая своих свидетелей к даче показаний в суде, совсем забыла, что у всех этих свидетелей есть аккаунты в соцсетях, в которых выложены десятки фотографий и видеороликов, доказывающих существование ГБР в Курчалоевском ОМВД. И когда очередной свидетель заявлял, что, мол, «не знаю, что такое ГБР», даже судья еле сдерживала смех. Не уверена, что это и правда так смешно, ведь теперь половине состава Курчалоевского ОМВД, как можно предположить, грозит уголовное преследование за дачу ложных показаний в суде.

И вот сейчас, когда сторона обвинения практически закончила предъявлять свои доказательства, прокурор Ахматов неожиданно заявил ходатайство о продолжении судебного следствия по делу Оюба Титиева в закрытом режиме.

В своем ходатайстве он сослался на федеральный закон «О государственной тайне» и Указ президента России № 1203 о сведениях, которые эту самую тайну составляют. А именно: на сведения, «раскрывающие принадлежность конкретных лиц к кадровому составу подразделений, непосредственно осуществляющих борьбу с терроризмом, организованной преступностью и коррупцией, специальным оперативным подразделениям».

Исходя из «буквального следования» (так написано в ходатайстве и процитировано в постановлении суда) вышеуказанным нормативным актам прокурор Ахматов посчитал, что совсекретными в деле Оюба Титиева являются сведения о том, что начальником отдела угрозыска Курчалоевского ОМВД является гражданин Дени Джабраилов. Его подчиненный Андрей Манжиков, отвечающий в отделе за раскрытие даже не террористических дел, а всего лишь краж и других имущественных преступлений, является старшим оперуполномоченным, а Михаил Коляда и Эми Магомадов являются простыми оперуполномоченными отдела угрозыска ОМВД по Курчалоевскому району. Следуя логике прокурора Ахмадова, государственной тайной являются даже сведения о том, что гражданин Муса Агуев является начальником службы тыла Курчалоевского отдела полиции — то есть, по сути, завхозом.

У адвокатов Оюба Титиева Петра Заикина и Марины Дубровиной данное ходатайство и его мотивировка вызвали шок.

С таким правовым нигилизмом, кажется, никто из них до сих пор не сталкивался.

Петр Заикин потребовал трехчасовой перерыв для подготовки возражений. Судья Зайнетдинова, которая уже было направилась в совещательную комнату для разрешения ходатайства, тяжело села обратно в кресло. Ее лицо выражало искреннее недоумение — зачем?

Время на подготовку она все-таки адвокатам дала. И даже, выходя из зала заседания, предложила адвокатам кабинет для работы, при этом совершенно серьезно спросив у адвоката Заикина:

— Вы действительно будете писать возражения? А смысл?

Когда адвокат Заикин сообщил журналистам о вопросе судьи, он был уверен в том, что судья, до этого не дававшая ни малейшего повода для обращения по делу Титиева в Страсбургский суд — настолько грамотно и законно шло судебное следствие, тоже понимает всю абсурдность ситуации. Тем не менее оба адвоката засели за компьютеры, чтобы не оставить от ходатайства прокурора Ахматова камня на камне. Они так увлеклись, что даже не успели пообедать. В суд после перерыва они явились голодные, злые и вооруженные до зубов убийственными правовыми аргументами.

— Даже по подследственности ФСБ только 2% дел рассматриваются в закрытом режиме в суде. Вы знаете эту статистику? — яростно чеканил Заикин. — Вы вообще понимаете разницу между ФСБ и… (пауза, Петр подбирает корректное слово)… угрозыском сельского отдела полиции (Курчалой — это действительно село, там даже своего суда нет. — Е. М.)? Вы понимаете, что такое специальное подразделение, цель которого — реальная борьба с терроризмом, а не то, что вы под этим в Чечне подразумеваете? В указе президента России, которым вы тут прикрываетесь, говорится о сотрудниках специализированных подразделениий, ведущих борьбу с организованной преступностью и с коррупцией.

В Чечне такие есть? Если есть, то это про них, видимо, говорят — бойцы невидимого фронта. Потому что я не знаю ни об одном чеченском высокопоставленном чиновнике, которого бы посадили за коррупцию…

— Вообще-то засекречивать данные обвинения ваших свидетелей уже поздновато, — взяла слово адвокат Марина Дубровина. — На стадии следствия все эти люди, безопасностью которых вдруг озаботилась сторона обвинения, были допрошены с указанием всех своих персональных данных (от конкретного места службы и места жительства до точного количества детей) — все эти сведения уже стали достоянием неограниченного круга гражданских лиц.

Надо сказать, что уголовное преследование Оюба Титиева длится 9 месяцев. Расследование сначала осуществляли следователи чеченского МВД, затем его передали в Следственное управление СК по Чечне. Контролировал следствие глава чеченского СУСКа Волков, обвинительное заключение утвердил первый заместитель прокурора республики Николай Хабаров, материалы дела неоднократно заслушивались и оглашались в судах Чечни (включая Верховный суд ЧР), обвинительное заключение, включая полный список свидетелей обвинения с их ФИО, должностями, адресами, телефонами и проч., полностью опубликовано в интернете. Сам прокурор Ахматов представляет обвинение по этому делу уже четыре месяца. Но до 20 сентября ни прокурору Ахматову, ни его руководству в голову не приходило, что в деле Оюба Титиева есть совершенно секретные сведения.

— Своим ходатайством, если оно будет удовлетворено судом, прокурор Ахмадов, по сути, установил наличие признаков преступления, а именно: разглашения сведений, относящихся к государственной тайне, совершенным широким кругом должностных лиц Чеченской Республики. Если прокурор Ахматов будет последовательным до конца, то после судебного заседания он пойдет прямо в УФСБ по Чечне и напишет явку с повинной. Ведь и он тоже допустил разглашение страшной государственной тайны. Между прочим, статья 283 УК РФ предусматривает от 3 до 7 лет лишения свободы…

После этой реплики адвоката Заикина судья Зайнетдинова отчетливо сказала куда-то в сторону обвинения: «Ну что, доигрались?» Затем она объявила перерыв, ушла в совещательную комнату, пробыла там 20 минут, вышла и зачитала постановление о полном удовлетворении ходатайства прокурора Ахматова.

Постановление суда, которое, кстати, не подлежит обжалованию, слово в слово совпадало с текстом ходатайства. Но самое главное, в нем не было даже упоминания о том, что адвокаты Заикин и Дубровина возражали против этого ходатайства. Суд не то что не дал никакой оценки аргументам защиты, суд вообще не упомянул, что такие аргументы были высказаны.

Мне совершенно очевидно, что постановление судьи было подготовлено заранее, то есть еще до судебного заседания. И теперь понятно, что имела в виду судья Мадина Зайнетдинова, когда спросила адвоката Заикина: «А смысл?»

P.S.

Настоящая причина уголовного преследования Оюба Титиева — конечно же политическая. До января этого года Оюб возглавлял последнюю в республике независимую от Рамзана Кадырова правозащитную организацию — чеченское отделение «Мемориала». Собственно, Оюб до сих пор является его руководителем, вот только чеченский «Мемориал» после его ареста вынужден был свою работу остановить. Из офиса в Грозном организацию выселили, и арендодатели сделали это не по собственной воле. Сотрудники чеченского «Мемориала» вынуждены были покинуть республику из-за угроз. Ингушский офис «Мемориала» был сожжен. На руководителя дагестанского офиса «Мемориала» Сиражудина Дациева совершенно два нападения. Сначала подожгли его машину, а через некоторое время жестоко избили. Все эти события произошли примерно в одно время. Это было похоже на необъявленную войну, цель которой глава Чечни Кадыров озвучил неоднократно и публично. Вот одно из последних его заявлений на эту тему:

«Люди, которые не понимают, что такое родина, народ, честь, совесть, которые продали все западным спецслужбам, — так называемые правозащитники! Дали им задание на Западе: занимайтесь Чечней!.. Если они думают, что будут ходить [здесь], это ненадолго. Официально заявляю правозащитникам: …Чечня [станет] для них запретной территорией, так же как и для террористов, экстремистов. Потому что эти <правозащитники> являются провокаторами…»

Понимая все это, защита Оюба Титиева неоднократно добивалась передачи следствия, а затем и уголовного дела из Чечни в любой другой российский регион. Но на все ходатайства адвокаты Титиева получили отказ, потому что Верховный суд РФ, вопреки собственной практике, трусливо отказался вмешиваться в дело, в котором интерес Рамзана Кадырова более чем очевиден. И вот 20 сентября защите Титиева невероятно повезло. Удовлетворив ходатайство прокурора Ахматова, судья Зайнетдинова открыла делу Оюба Титиева прямую дорогу в Москву. Более того.

Теперь Москва не только рассмотрит, но и вынуждена будет отменить любой приговор, который вынесут по этому делу в Чечне.