Крыма без огня не бывает

ВМФ России запретили праздничные стрельбы в Севастополе. Пришлось участвовать в антиукраинских митингах

Служба безопасности Украины объявила в понедельник бессрочный запрет на въезд в страну Юрия Лужкова. Поводом стала эмоциональная речь, произнесенная московским мэром на площади Нахимова в Севастополе перед праздничным концертом,...

Служба безопасности Украины объявила в понедельник бессрочный запрет на въезд в страну Юрия Лужкова. Поводом стала эмоциональная речь, произнесенная московским мэром на площади Нахимова в Севастополе перед праздничным концертом, посвященным 225-й годовщине со дня основания Черноморского флота.

«Я против раскола… Но я хочу сказать правду», — начал Лужков. Далее он изложил историко-юридические основания для пересмотра украинского статуса Севастополя. Пять тысяч человек, собравшихся на площади, отреагировали на сказанное бурными аплодисментами и криками. Как опытный политик мэр Москвы четко уловил напряжение, накопившееся в городе, и объявление его персоной нон-грата стало кульминационной точкой майских праздников, превратившихся, по существу, в единую политическую акцию. Антиукраинскую.

На самом деле еще две недели назад мало кто в Севастополе знал о том, что готовится российский военно-морской праздник. Мы с дочкой как-то застряли на внутреннем рейде в катере, который пропускал два корабля-фонтана. «Наверное, к Дню Победы», — решили удивленные пассажиры.

Но уже во вторник, 6 мая, о предстоящем параде российских ВМФ заговорили. Городские власти попытались сорвать черноморцам генеральную репетицию. «Представляешь, самый торжественный эпизод, а мимо трибун проплывает мусоросборщик. И рейд они не перекрыли. С пассажирскими катерами могло что угодно случиться», — рассказал мне депутат местного совета Константин Заруднев.

Мы встретились с ним на Графской пристани, где Константин практически в одиночку не позволял установить мемориальную доску, посвященную 90-летию поднятия на военных кораблях желто-голубых флагов. Рядом с нами стояли растерянные морские пехотинцы, поодаль совещались потные и злые офицеры из штаба ВМС Украины.

Приказ установить доску пришел из Киева. Все необходимые согласования у военных были. «Послушай, но ведь флаги действительно поднимали, правда, не по идейным соображениям и всего на несколько дней», — сказала я Косте. В ответ он предложил мне ознакомиться с содержанием другой мемориальной доски, установленной в 90-е годы.

«Соотечественникам, вынужденным покинуть Родину в 1920 году», — выбито на граните. «Это о белогвардейской эмиграции, — пояснил мне Костя. — Власти тогда отказались согласовывать любой текст, где были слова «русский» и «российский». Так что не им призывать нас к толерантности».

К вечеру поддержать Заруднева пришли человек сто. Молодые мужчины прочитали о его акции на местном интернет-форуме. Там царят антиукраинские настроения. Инициативы, возникшие в Сети, потом реализуют в жизни. Например, раздают ленточки с российским триколором. Перед Днем Победы некоторые севастопольцы прикололи их вместе с георгиевскими.

Активисты дежурили на Графской всю ночь, возбуждая друг друга рассказами о приближающемся спецназе. Ждали милицию и в сквере на улице Ленина, где строители в темноте срочно огораживали центральную клумбу забором. Здесь, невзирая на запрет госадминистрации, инициативная группа намерена возвести памятник Екатерине Второй — основательнице Севастополя. Рядом разбиты армейские палатки: строительство круглосуточно охраняют активисты Партии регионов и прогрессивные социалисты.

Понять местную администрацию можно. Установка памятника Екатерине в Одессе в прошлом году обернулась нешуточным политическим скандалом. И если богатая «жемчужина у моря» проигнорировала мнение президента, дотационный Севастополь позволить себе такой роскоши не может.

Зато здесь к юбилею города будет памятник гетману Сагайдачному. «Это великий гетман, который еще до Богдана Хмельницкого хотел заключить союз с Россией», — рассказывает журналистам зампред городской администрации Владимир Казарин. Я не выдерживаю и начинаю громко хихикать. Владимир Павлович смотрит на меня одобрительно. Профессиональный историк, он прекрасно знает о военном походе Сагайдачного на Москву. Но в Севастополе за 17 лет независимости даже журналисты не выучили ни украинской истории, ни украинского языка.

На День Победы за ветеранами шла колонна с российскими флагами. Перед трибунами люди в штатском отнимали у демонстрантов мегафон и лозунг «Ющенки приходят и уходят, а Севастополь остается российским». Но, отойдя на некоторое расстояние, те разворачивали точно такой же плакат и скандировали в припрятанный мегафон: «Россия!». Я стояла в толпе туристов из других регионов Украины — они оторопели.

Что касается парада ВМФ России, то, несмотря на протесты украинского МИДа Черноморскому флоту, сценарий праздника власти все-таки согласовали. С внутреннего рейда увели российский противолодочный крейсер «Керчь» — его место занял флагман ВМС Украины «Гетман Сагайдачный». Кроме того, пришлось исключить самый зрелищный эпизод с высадкой десанта. Дескать, потому, что, выплыв из моря, иностранные БТР будут возвращаться к себе на базу по украинскому городу (хотя они все 17 лет независимости так и делали).

Если учесть, что пролеты авиации и ракетные стрельбы Черноморскому флоту запретили еще в прошлые годы, то с точки зрения местных жителей парад получился — «полный отстой».

Но качество шоу волновало мало кого: нервный информационный фон сделал свое дело, и толпы севастопольцев рвались на Приморский бульвар с российскими и андреевскими флагами в руках — не столько смотреть, сколько участвовать.

Поэтому то обстоятельство, что большая часть смотровых площадок была перекрыта заборами (власти затеяли масштабный ремонт перед 225-летием города), не смущало ни зрителей, ни россиян — устроителей военно-морского праздника. Организаторы шоу, похоже, делали его не столько для горожан, сколько для российских телезрителей и политиков: украинских — с их НАТО, европейских — с их Косовом. Для того в Севастополь заранее завезли 200 журналистов из России, в том числе группу РТР для ведения прямой трансляции.

Толпа зрителей начала ломать огораживающие стройку заборы. Прибежавшие милиционеры тут же схватили и приковали наручниками к скамейкам двух парней с российскими триколорами на груди. Не обращая внимания на инцидент, бабушки с внуками у недоломанного забора умоляли их пропустить. «Да не могу — приказ начальства, — объяснял им жалобным голосом очень загорелый милиционер. — Уволят, вы будете мою семью кормить?» Потом зрителей все же пустили.

Неподалеку в тени платана сидел и отстраненно наблюдал за происходящим легендарный дед — 87-летний Авангард Круглов. В 90-е без него не обходился ни один пророссийский митинг. «С вами в основном бабушки ходили, а сейчас, смотрите, молодежь подросла», — говорю ему. «Это для тебя они были бабушки», — обижается за соратниц Круглов. Потом соглашается: возрастной и гендерный состав севастопольских манифестантов, действительно, изменился — очень много появилось сочувствующей молодежи. «Меня сейчас в толпе кто-то обнял. Смотрю — внук. Буду помогать ему в борьбе».

…Майские праздники в Севастополе и инцидент с Лужковым стали для интеллектуалов Киева поводом признать, что внятной политики в отношении Севастополя украинское государство за все годы независимости так и не сформулировало: «Россия может надеяться, что в 2017 году, когда настанет время выводить Черноморский флот, горожане выдут на улицы с призывом не отпускать кормильца. Севастопольцы ментально не признают существующих государственных границ», — подвел праздничные итоги политолог Олесь Доний.