Турбины вентилируют новые санкции

Скандал с поставкой Крыму немецкой техники ударил не только по компании «Сименс», но и по Германии

Санкции Евросоюза, введенные в связи с присоединением Крыма к России, оказались более серьезной проблемой, чем кому-то раньше представлялось. Причем это не те «секторальные» санкции для всей российской экономики, которые Запад увязывает с выполнением Минских соглашений. Даже в случае урегулирования в Восточной Украине они останутся в силе до международной договоренности по Крыму.

В минувшую пятницу немецкий концерн «Сименс» (Siemens) выполнил свое предупреждение и приостановил поставки энергооборудования российским компаниям. Пока временно, поскольку юридические точки в предположительном нарушении санкций ЕС перевозкой четырех газовых турбин «Сименс» в Крым еще не поставлены. Но в официальном пресс-релизе концерн признал: у него есть достоверная информация, что все четыре турбины, проданные летом прошлого года для проекта ТЭС в Тамани, модифицированы и незаконно перемещены в Крым. Это грубое нарушение бизнес-контрактов и правил ЕС.

Прежде всего, проблема у самого «Сименса». Во вторую очередь — у Германии.

В Брюсселе представитель ЕС, к которому я обратился за комментарием, сказал, что «соблюдение и правоприменение ограничительных мер ЕС остается в компетенции стран — членов союза, но Еврокомиссия находится в постоянном контакте с компетентными органами Германии в связи с этим конкретным случаем».

То есть санкции ЕС не имеют прямого действия, а являются законом каждого из (пока еще 28) государств, связанных союзными обязательствами. «Сименс» обязан был первым реагировать на нарушение закона, допущенное его российским подразделением, чтобы им не занялись те самые «компетентные органы Германии», то есть надзирающие правительственные подразделения и суды.

Для «Сименс» речь идет, прежде всего, не о нарушении санкций ЕС (юристы сейчас, наверное, без сна и отдыха подсчитывают долю «модернизации» турбин российскими умельцами для продажи на «вторичном рынке»), а о нарушении делового контракта, в котором специально оговорено предназначение турбин для Тамани, а не Севастополя.

Прецедент «Сименса» заставит подумать некоторые другие европейские (например, итальянские) компании, потенциально готовые заменить немцев на российском рынке. Вообще, европейские компании будут теперь более острожными с бизнесом в России. Да и не только европейские.

Правительство Германии тоже чувствует себя облапошенным. Если верить газете немецких деловых кругов Wirtschaftswoche, в сентябре прошлого года

сам Владимир Путин обещал Зигмару Габриэлю (социал-демократу, одному из «друзей России», в то время министру экономики, а ныне главе МИД ФРГ), что турбины ни в коем случае не попадут в Крым. Возможно, конечно, Путин был не в курсе, что они все же туда попали.

Во всяком случае пресс-секретарь Песков не подтвердил и не опроверг утверждение немецкой газеты.

Генеральный директор «Сименса» Йозеф Кезер попытался приуменьшить силу скандала: «Сименс» принял все меры, которые в его силах, чтобы не допустить этого. Случившееся представляет собой грубое нарушение контрактов о поставках, подрывает доверие и попирает правила ЕС».

«Сименс» продолжает возбуждать судебные иски, направленные на то, чтобы предотвратить любые новые поставки в Крым и вернуть в Тамань оборудование, которое уже в Крыму, говорится в заявлении компании.

Санкции — это закон ЕС, который можно критиковать, подвергать сомнению его обоснованность, саркастически высмеивать его инициаторов, а в пропаганде еще и умалять влияние на российскую экономику. Но следование закону и избежание непрозрачных манипуляций — это часть деловой репутации «Сименса». Он еще не оправился от коррупционного скандала своих американских подразделений, когда десять лет назад министерство юстиции США оштрафовало концерн на 1,6 млрд долларов…

Мировая экономика едина. Для транснациональных корпораций, какой является «Сименс», больше важна всемирная репутация, а не интересы в какой-то одной стране, пусть даже и очень важной для нее. В России продажи «Сименса» в последние годы стали падать пропорционально падению цены на нефть. Они составили в прошлом году, согласно его отчетам, 1,2 миллиарда евро, или 2% от всего оборота компании.

Решение «Сименса», строго говоря, не антироссийское. Оно относится не к России в целом, где концерн успешно работает уже более 160 лет и участвовал в создании российской и советской электроэнергетики (1853 год — отделение берлинского завода «Сименс-Шуккерт» в Петербурге, в 1898 году — АО «Сименс и Гальске», которое после национализации большевиками стало называться «Электросилой», и далее). «Сименс» приостанавливает текущие контракты только с подконтрольными российскому государству предприятиями, выполняющими продиктованные политикой распоряжения.

Пока неясно, как «Сименс» собирается (и он сейчас занят этим) разграничить российские предприятия, подконтрольные и неподконтрольные правительству, но совершенно ясно, что Крым сейчас в России — это больше политика, чем бизнес.

В российском «патриоте», от имени которого вещает государственная пропаганда, проявляется менталитет шпаны: «во как мы этих лохов развели».

Хитрость, искусство скрытных махинаций считаются доблестью. Узкопрофессиональные методы спецслужб, может быть, уместны в их очень ограниченном сегменте деятельности, но не шире. В современном мире любые секреты скорее рано, чем поздно, появляются в прессе, и тогда начинаются хитроумные попытки псевдоюридических оправданий и политического словотворчества.

Мне это напоминает слова Леонида Замятина, заведующего Отделом внешнеполитической пропаганды ЦК КПСС, в сентябре 1983 года уполномоченного прокомментировать инцидент с южнокорейским пассажирским «Боингом», сбитым над Сахалином: «…потом он ушел в сторону Японского моря». Слова стали анекдотом на московских кухнях («пошел бы ты в сторону Японского моря»).

Еще один, уже надоевший за 20 лет довод, приводимый в основном депутатами Федерального собрания: «Нам это только на пользу, мы свое еще лучше сделаем, импортозамещение». Почему до сих пор не сделали? Даже в сталинскую индустриализацию такого не было, хотя о роли мировых технологических лидеров, того же «Сименса», предпочитали не распространяться.

Правовые и моральные обязательства серьезного бизнеса важнее прибыли, потому что в долгосрочной перспективе окупаются сторицей. Бизнесмены, объединенные в Восточном комитете немецкой экономики, понесли, наверное, самые большие потери от санкций ЕС. Но, как публично заявил его глава Вольфганг Бюхеле, «ни одна немецкая компания не может позволить себе подозрения в нарушении санкционных обязательств». В том числе мелкие и средние предприятия, составляющие основу европейской экономики.

Пока решение «Сименса» вроде бы не нанесло видимого удара по его бизнесу. В пятницу на фоне общего падения германских акций (индекс DAX потерял 0,004%, самая торгуемая Lufthansa — 8,51%, энергетический E.ON — 1,16%) акции «Сименса» даже подросли в цене на 0,99%.

«Сименс» не собирается совсем уходить с российского рынка, но ужесточит условия работы на нем. Все новые проекты по газотурбинному оборудованию будут выполняться только через совместное предприятие с «Силовыми машинами» — «Сименс технологии газовых турбин» (это собственный филиал «Сименса» в России, где ему принадлежат 65% акций), и контроль головной немецкой компании за ними будет ужесточен. Он разорвет отношения с ЗАО «Интеравтоматика», где ему принадлежат 46% акций, потому что оно конкретно несет ответственность за переназначение турбин из Тамани в Крым.

Скандал с газовыми турбинами пока не затронул участие «Сименса» в российской транспортной отрасли (завод «Уральские локомотивы», скоростные поезда «Ласточка», «Сапсан»).

Как пишет немецкий деловой журнал Manager Magazin, многие эксперты говорят, что без опыта «Сименса» его турбины в России работать не будут. Его специалисты утверждают, что без них будет трудно запустить газовые турбины, оказавшиеся в Крыму. В любом случае это мероприятие обойдется очень дорого. Ни одна российская фирма, как утверждает Reuters, до сих пор не запускала турбины «Сименса» без его специалистов, и это было бы тяжелым испытанием технологического уровня страны. Но, продолжает журнал, есть эксперты, которые считают, что российские специалисты могли бы справиться с этим без коллег из «Сименса». Но тогда Россия ступает на правовое минное поле в мировой экономике. Впрочем, об этом пока рано…

Брюссель