Когда я был маленьким, ОМОНа на праздниках еще не было. Поэтому праздники были грустными и скучными. Конечно, там бывал простой советский милиционер с кобурой и свистком, но его никак нельзя сравнить даже с 30—40 омоновцами, весело перегораживающими праздничную улицу сейчас. Ах, как они хороши, когда стоят в ряд, в своих аккуратно подогнанных формах, с начищенными до блеска праздничными спецсредствами и сверкающим вооружением. И как же замечательно, что теперь они ходят и на Первомай, и на День народного единства, и на крестные ходы, и на годовщину восстания декабристов, и даже на праздник «Планета «Юго-Запад», проводимый Российским университетом дружбы народов, а также на футбольные матчи с маршами несогласных, которые ведь тоже праздники.
С ОМОНом весело. Поэтому люди к нему тянутся — как увидят впереди шеренгу, так сразу и бегут к ней радостно. Надо сказать, что и ОМОН не бесчувственен — видя неистребимую тягу ликующего народа к себе, всегда охотно делает встречное движение. И начинается праздничная потеха. Тут тебе и стенка на стенку, и «мясо», и прятки, и догонялка «Стой, сука. — Сам урод», и игра-валялка «кто кого затопчет», и светошумовые шутихи со слезоточивыми петардами, что значительно повышает эмоциональный уровень переживания праздника и понимание его смысла.
При всем при этом остается совершенно непонятным, кто такие омоновцы. Пока не удалось не только приручить, но даже поймать омоновца — неизвестно, на что они идут. Неясно также, где они ночуют и откуда берутся, — появляются они всегда задолго до праздника, а уходят только тогда, когда кругом уже никого нет и играть не с кем. Ничего нельзя прочесть о них у Хейердала или Виталия Бианки. Полевые наблюдения в среде естественного обитания позволяют сказать, что живут омоновцы в стае (подразделении), действуют большими группами, территорию не метят, подвижны, понимают речь, но сами не говорят, хотя на молчаливый физический контакт идут легко. Существуют отрывочные и непроверенные сведения, что в Москву они проникают из Тверской, Пензенской, Рязанской и Курской областей, а зимуют в основном в Ингушетии, по очереди, в течение года. Как размножаются — неизвестно, никто также не наблюдал омоновцев-детенышей. Благодаря особенностям устройства праздничных маскарадных костюмов омоновцев трудно даже определить, как они выглядят. Поэтому впоследствии совершенно невозможно понять, кто с тобою поиграл — пензяк или курянин.
Единственный российский праздник, который пока не посещают омоновцы, — это Новый год. Связано это с их повадками, ведь ОМОН привык действовать на открытых пространствах и большими количествами — тут есть и размах, и разбег, и удаль, а Новый год отмечается на ограниченной территории квартирного интерьера. Тем не менее есть вероятность, что эти повадки изменятся, изменился же за последние годы внешний вид омоновцев. В этом случае россияне вполне обоснованно могут надеяться, что в скором будущем на Новый год вместо Деда Мороза и Снегурочки их будут поздравлять и веселить до конца праздника два омоновца. Помимо всего прочего, это еще и удобно — пиротехника у них с собой.