Война до последней бомбы

Колонка редактора The Times

Переговоры отняли намного больше времени и сил, чем ожидалось, но США и Россия наконец-то сошлись на условиях договора по сокращению ядерного вооружения, который заменит договор СНВ-I. Хотя по условиям соглашения обе стороны лишь...

Переговоры отняли намного больше времени и сил, чем ожидалось, но США и Россия наконец-то сошлись на условиях договора по сокращению ядерного вооружения, который заменит договор СНВ-I. Хотя по условиям соглашения обе стороны лишь незначительно сократят свои арсеналы, президент Обама заслуживает уважения за возобновление процесса ядерного разоружения. Его предшественник называл разоружение пережитком «холодной войны». Теперь Обама встал во главе движения за уменьшение ядерной угрозы.

Новое соглашение значительно усилит его позицию на саммите по ядерной безопасности и даст возможность настаивать на усилении контроля над ядерными материалами. Он также сможет с большей уверенностью призывать к наказанию таких ядерных нарушителей, как Иран и КНДР, на ожидающейся в мае конференции участников Договора о нераспространении ядерного оружия по рассмотрению действия договора.

Обама не должен останавливаться на достигнутом. Мы надеемся, что вскоре он снова посадит своих посредников за стол переговоров, чтобы начать работу над следующим соглашением с Россией. Такое соглашение могло бы еще больше сократить количество вооружений и впервые в истории — количество находящихся на хранении боеголовок и тактического оружия: тысяч небольших бомб, которые так легко украсть или тайно перепродать. Ожидается, что работа над таким договором займет годы.

США и Россия не могут убедительно выступать за ограничение ядерных программ других стран, если они сами не делают ничего для сокращения собственного ядерного арсенала, в общей сложности составляющего около 20 тыс единиц оружия.

Общие принципы соглашения, которое будет подписано Обамой и президентом Дмитрием Медведевым в Праге 8 апреля, обнадеживают. Оно призывает обе страны сократить количество стратегических боезарядов, находящихся на боевом дежурстве, с 2200 до 1550 в течение семи лет после вступления договора в силу. Количество ядерных носителей — ракет, бомбардировщиков и подводных лодок — должно быть сокращено с 1600 до 800.

Мы хотели бы посмотреть на конкретные условия договора, но они, вероятно, не будут известны до тех пор, пока переговорщики не закончат работу над техническими примечаниями. Задержки приведут только к новым сомнениям по поводу тех условий, о которых говорится в основном тексте договора, и отложат передачу договора в сенат на ратификацию.

Предыдущие соглашения по контролю над вооружениями — СНВ-I (1992 г.), СНВ-II (1996 г.) и «Московский договор», он же СНП (2003 г.), — были ратифицированы при поддержке обеих партий.

Получить поддержку сената по новому договору при нынешнем политическом климате в Вашингтоне, когда республиканцы отказываются идти навстречу практически во всем, будет сложнее. Ратификация требует двух третей голосов в сенате.

Администрация должна убедить сенаторов в том, что режим контроля достаточно надежен и что текст договора не ограничивает возможности для Америки в сфере противоракетной обороны. Чиновники администрации уверены в своем успехе по обоим пунктам, но президент Обама должен быть готов лично выступить в их поддержку.