Кельтское кольцо

История одной любви, прекращенная взрывом

Кирилл Бодрашов и его гражданская жена Эльвира Муратова 24 января прилетели в аэропорт «Домодедово» из Лондона, где жили последние несколько лет. Теракт разделил две судьбы, казалось, связанные накрепко. Маша Воронина, племянница Кирилла,...

Кирилл Бодрашов и его гражданская жена Эльвира Муратова 24 января прилетели в аэропорт «Домодедово» из Лондона, где жили последние несколько лет. Теракт разделил две судьбы, казалось, связанные накрепко.

Маша Воронина, племянница Кирилла, молча протягивает мне свой смартфон. На экране — фотография симпатичного мужчины, лежащего на красном кожаном диване. У него под боком калачиком свернулся довольный ребенок. Сын Саша вряд ли запомнил отца: ему сейчас немногим больше года.

«Это лучшая пара, которую я знала, — рассказывает Светлана Великанова, подруга и коллега Эльвиры. — У них дома, в Лондоне, стояли два сдвинутых красных дивана, на которых они спали, держась за руки. Эти люди два года продержались за руки, понимаете!»

Их путь друг к другу был долгим. Кирилл — сын советского дипломата — жил в Венгрии с 14 лет, учился в Будапештском экономическом университете, получил венгерское гражданство. Потом вернулся в Россию, а два года назад сменил работу и перебрался в Лондон.

Эльвира родилась в Новоалтайске, под Барнаулом, окончила Алтайский государственный университет. «Ее мечтой было жить в Москве на центральной улице, — рассказывает Светлана, — и это сбылось — она действительно какое-то время жила в самом центре Москвы, пока не переехала в Англию. Она полностью, что называется, self-made — c 17 лет живет одна, сама добивается того, чего хочет».

Оба они были хедхантерами, довольно известными в узких кругах своей профессии. Оба давно хотели и пытались создать семьи, но безуспешно.

Эльвира и Кирилл встретились в Лондоне весной 2008 года. Познакомила их Света. «Я решила, что такое знакомство будет полезно Кириллу, если он снова захочет менять работу. Эля — лучший человек в нашем мире для того, чтобы выгодно «продать» профессионала. Вот так… сходил он на обед», — улыбается Света.

…24 января Кирилл с Эльвирой прилетели в Москву на экономический семинар.

В момент взрыва ближе всего к эпицентру находился Кирилл. За ним — Эльвира. Двое друзей, прилетевших с ними, уже получали багаж. На друзьях — ни царапины. У Кирилла изрешечена вся грудная клетка, проникающие осколки в сердце.

Взрывной волной Эльвиру отбросило далеко от своих. Она бегала по задымленному залу, ища мужа, звонила родным и просила узнать, в какую больницу отвезли Кирилла. У нее самой было множество осколочных ран, два проникающих ранения в живот. Друзья с трудом убедили шокированную женщину сесть в «скорую».

Эльвиру отвезли в Домодедовскую центральную больницу. Кирилла доставили туда же — уже в состоянии клинической смерти. Дядя Эльвиры, живущий неподалеку, быстрее других родственников добрался до нее. Проходя по коридору больницы, увидел лежащего на каталке человека и узнал Кирилла. Снял с его руки кольца и принес Эльвире: посмотри, точно он?

Брак Эльвиры и Кирилла не был зарегистрирован. Но два месяца назад во время поездки в Эдинбург они обручились и обменялись кольцами с надписью на кельтском языке: «Друг моей души». Именно по этому кольцу Эльвира узнала в тот вечер, что Кирилл совсем рядом. И все поняла, увидев, как хирурги молча снимают маски, выходя из операционной.

Маша достает из сумки небольшой целлофановый пакет. В нем — вещи Кирилла: часы, несколько колец. Вынимает кольцо — широкое, темное, с буквами незнакомого алфавита. Непонятно, где начинается и где кончается эта надпись — нет точки.