ВИЧ БОЖИЙ?

МЕДИЦИНА

Скандал в Воронеже с заражением донорской крови ВИЧ-инфекцией проявил две острейшие государственные проблемы. Первая: слепленный в России общественно-политический строй неотвратимо разъедается коррупцией со всех сторон. Верхи не могут...

Скандал в Воронеже с заражением донорской крови ВИЧ-инфекцией проявил две острейшие государственные проблемы. Первая: слепленный в России общественно-политический строй неотвратимо разъедается коррупцией со всех сторон. Верхи не могут управляться с этой гангреной и даже, наоборот, всемерно ей способствуют, а обнищавшие низы (медицина, в частности) уже приспособились к главной национальной идее — «деньги любой ценой» — и выживают, не заморачиваясь другими ценностями.

Вторая: граждане своему государству не верят и склонны впадать в панику при любом происшествии. Сегодня они обрывают телефоны воронежских роддомов и забирают близких из больниц. Власть же на сигналы снизу не реагирует и продолжает бубнить свое, даже если показания одних представителей государства в корне противоречат другим.

Итак. ВИЧ-инфекцию у заболевшего человека сразу определить нельзя. Некоторые медики утверждают, что вирус может проявить себя даже через десять лет. А это значит, что заражение молодой мамы в Железнодорожном роддоме, ставшее исходной точкой очередного воронежского скандала на весь мир, могло произойти даже в том случае, если бы механизм донорства работал строго по правилам и законам. А он в коррумпированном государстве так работать не способен по определению.

Сегодня все вспоминают, что в мае этого года на областной станции переливания крови случился большой конфуз. Контрольно-счетная палата (КСП) станцию проверила и обнаружила сплошные безобразия. Кровь, оплаченная донорам из бюджета, должна поступать в областную больницу бесплатно, в больницы муниципальные — по сниженным ценам. На самом деле станция неплохо расторговалась: 60% крови и лекарственных препаратов на ее основе продавалось частным структурам, хотя на 90% она финансировалась из бюджета, а на 10% — за счет коммерческой деятельности. Продавались препараты и в Москву, которая сегодня нервно следит за сообщениями из Воронежа. Есть о чем переживать; основными покупателями (причем по ценам втрое ниже рыночных) КСП назвала в мае три столичные фирмы, названия которых сегодня почему-то не звучат в сводках войны со СПИДом: «Фарматек», «Светорг» и «Клеан-Инвест». Часть крови и плазмы проводилась по бухгалтерии, мягко говоря, вне норм и правил, по принципу «один пишем, два на ум пошло». Альбумин иногда вообще поставляли на вес, с припиской «взаимозачет». По сводкам КСП, станция больше напоминала подпольный цех, чем медицинское учреждение.

Манипуляции с выручкой станции за препараты остались непроясненными. Зато можно добавить, что из 388 человек штатного персонала на станции работали 46%, зарплата остальных распределялась среди руководства. Траты бюджетных средств пахли сплошными откатами.

Никакими громкими приговорами та проверка не закончилась. Все как обычно: кто-то сам уволился, кого-то перевели на другую работу. Врачебную, надо полагать.

Дальше. Минздрав уже несколько лет назад издал приказ о введении на всех станциях переливания крови процедуры коронетизации. Карантин такой. Донор кровь сдал, ее хранят в специальной установке при температуре от –30 до —40 градусов. Вдруг донор ВИЧ-инфицирован, но анализы еще не определяют вирус? Через полгода донор пришел, еще раз анализы сдал. Если все в порядке, его кровь идет в работу. А доноры обычно — из малоимущих. И даже, можно сказать, из маргинальных слоев. Что делать с кровью тех, кто не пришел через полгода на повторные анализы или сдачу крови, толком не знают даже те, кто сегодня все увереннее проводит пресс-конференции по воронежскому ВИЧ-происшествию. Зато наверняка знают многие коммерсанты.

Приказу Минздрава об обязательной коронетизации уже несколько лет, и круглую сумму на оборудование выделили давно, однако в Воронеже этот барьер для ВИЧ начал действовать только с нынешней осени.

Помимо столичных фирм, покупавших по дешевке препараты на станции переливания крови, есть 208 жителей Воронежа, которые могли получить препараты зараженной крови. Донор-то был постоянным, так что кровь была использована раньше положенного срока. Даже главсанврач России Геннадий Онищенко признал: «С постоянными донорами работа налажена следующим образом: в случае больших кровопотерь донор вызывается прямо из дома и кровь переливается, что называется, «с колес».

Теперь вот ищут 114 жителей (94 уже нашли) потенциальных ВИЧ-инфицированных, чтобы взять анализы и держать под наблюдением. Быть может, кто-то из них уже и сам успел стать донором.

На пресс-конференциях медицинское начальство повторяет, что виновных в скандале как бы и нет, кроме коварного вируса ВИЧ, — очень ловко маскируется. И обеспокоено чрезмерной жадностью некоторых СМИ к сенсациям.

«Мы внимательно отслеживаем публикации, и не исключено, что к особо фантазирующим изданиям придется применять меры». «Некоторые договорились уже до сотен зараженных, чуть ли не до поголовного заболевания всего города». И привели заголовки: «Препараты из зараженной ВИЧ крови перелили сотням воронежцев», «Врачи Воронежа заразили СПИДом 208 человек, в том числе грудного младенца»… «Поистине, — сказало медначальство, — есть болезнь опаснее СПИДа, и имя ей — идиотизм».

Начальники категорически отрицают возможность поставок ВИЧ-инфицированной крови в столицу, но не дали гарантий, что зараженная кровь не была пущена в переработку. «Дела на станции были очень запущены, и порядок там навести весьма сложно», — признал один из чиновников.

7 декабря первый заместитель начальника облздравуправления Михаил Иванов заявил журналистам, что кровь, взятая у ВИЧ-инфицированного донора, была изъята и уничтожена еще в мае этого года. Однако это касается только последнего забора крови, а больная женщина сдавала кровь восемь раз. Тем не менее обследование семи горожан, которым была перелита кровь от заболевшей женщины, дало отрицательный результат. «В настоящее время идет работа по выявлению обстоятельств и времени заражения донора, что позволит локализовать время и обстоятельства возможного проникновения зараженной крови в медучреждения города».

8 декабря главный санитарный врач столицы Николай Филатов не исключил, что из Воронежа в Москву могла попасть ВИЧ-инфицированная плазма. Заместитель главного врача московской станции переливания крови Николай Афонин заявил, что зараженная кровь из Воронежа вряд ли могла попасть в Москву: городские больницы не получают оттуда донорскую кровь. А насчет ведомственных больниц — одному Богу известно. Известно лишь, что кровь, приходящую из других регионов, в Москве не проверяют.

Центр крови Федерального медико-биологического агентства, Федеральный научно-методический центр по профилактике и борьбе со СПИДом: вероятность заражения через альбумин, при производстве которого использовали ВИЧ-инфицированную кровь, равна нулю. Плазма, из которой производят альбумин, подвергается облучению, и вирусы ВИЧ его не выдерживают. Должны не выдерживать — что у некоторых специалистов вызывает сомнения.

Из крови 113 воронежских доноров, среди которых была и ВИЧ-инфицированная женщина, было изготовлено 549 флаконов альбумина. К тому моменту, когда стало известно о возможном заражении, 208 из них уже были проданы. Их теперь ищут и в московских фирмах. Зачем интересно, если альбумин совершенно безопасен?

«Ни один флакон альбумина (препарата, изготовленного на основе крови зараженного ВИЧ) в другой регион не попал, — сообщил начальник Главного управления здравоохранения Воронежской области Евгений Мезенцев. — На сегодняшний день можно говорить о том, что сотрудники станции переливания крови нарушили приказ по технологии переливания донорской крови. Кроме того, проведенная проверка областной Контрольно-счетной палаты в этом учреждении выявила грубые нарушения финансово-хозяйственной дисциплины». Руководитель станции переливания крови освобожден от занимаемой должности.

В общем, обычное дело.

Молодая мама, родившая ребенка в Железнодорожной больнице, уходила оттуда счастливой: ее сын стал первенцем в молодой семье. Через некоторое время их жизнь перевернулась.

Сегодня многие воронежцы в страхе забирают своих близких из больниц. Они не знают слов «альбумин» или «коронетизация». Им просто стало страшнее жить. Они ругают врачей, требуя отстранять их от врачебной практики, или судить, или даже сажать немедленно. Люди мирные предлагают выделять больше средств на медицину. Врачи же нищие — как же им не красть? Еще говорят о коррупции в системе медицинского образования — дескать, оттуда надо начинать, с яйца, а не с курицы.

В зеркало при этом никто на себя не смотрит.