ПОРА БРОСАТЬ ГРАНТЫ?

ОБСТОЯТЕЛЬСТВА

Российские налоговые органы продолжают проверку деятельности Центра содействия международной защите, который ведет дела в Европейском суде по правам человека. Вина правозащитников заключается, по мнению властей, в том, что они не заплатили...

Российские налоговые органы продолжают проверку деятельности Центра содействия международной защите, который ведет дела в Европейском суде по правам человека. Вина правозащитников заключается, по мнению властей, в том, что они не заплатили 4,5 миллиона рублей в виде налогов с грантов, полученных от иностранных фондов.

С 2001 по 2004 год Центр содействия международной защите получил несколько грантов от иностранных некоммерческих организаций (соросовского института «Открытое общество», фондов Макартуров и Форда, американского Национального фонда поддержки демократии). В течение двенадцати лет центр аккуратно отчитывался перед проверяющими органами, а год назад по собственной инициативе прошел аудиторскую проверку за 2002 — 2004 годы.

Около года назад деятельностью центра неожиданно заинтересовалась налоговая инспекция. Две проверки не закончились ничем, кроме увольнения налогового инспектора, зато третья увенчалась успехом.

Налоговики решили, что деньги Национального фонда поддержки демократии (NED) считаются доходом и должны облагаться налогом на прибыль, так как NED не входит в утвержденный российским правительством перечень организаций, чьи гранты налогом не облагаются. Действительно, в перечне Национальный фонд поддержки демократии отсутствует, но существует специальное межправительственное соглашение, касающееся NED (это государственная организация): его гранты тоже не включаются в налогооблагаемую базу.

Еще одна претензия — нецелевое расходование средств. Однако цели и условия расходования средств были обозначены в грантовых соглашениях (культурные, просветительские, образовательные и научные программы). Сотрудники центра уверяют, что так и были истрачены деньги. К тому же центр регулярно отчитывался перед грантодателями, и они неизменно оставались довольны.

31 июля центр подал свои возражения на акт налоговой проверки. Две недели спустя директор центра Оксана ПРЕОБРАЖЕНСКАЯ встретилась с представителями налоговой службы:

— После того как налоговики получили наши возражения, они, во-первых, могли проигнорировать их и принять решение о нашей виновности. Во-вторых, могли опровергнуть наши доводы и, в третьих, назначить дополнительные мероприятия. Это допускает закон. 29 августа налоговая инспекция вынесла решение о проведении дополнительных мероприятий. Центр обязался предоставить всю отчетность, подтверждающую расходование средств за 2002 — 2004 годы, вплоть до почтовых квитанций и кассовых чеков на карандаши. По закону дополнительные мероприятия не ограничены каким-либо сроком, поэтому как быстро все это закончится, во многом зависит от нас. На то, чтобы собрать бумаги за 2002 год (налоговики не учитывают срок давности, который должен быть применен к периоду до июля 2003 года. — И.К.), у нас ушло две недели. К счастью, все квитанции сохранились. Но это похоже на издевательство. Налоговая инспекция должна следить за уплатой налогов, а не считать чужие деньги — перед грантодателями мы отчитались.

Складывается впечатление, что налоговики либо не понимают, как выйти из ситуации, либо тянут время, совершенствуя методы обращения с некоммерческими организациями. Иначе почему не вынесли решение, а потребовали почтовые квитанции трехлетней давности? История может затянуться надолго: после дополнительной проверки инспекция снова вынесет акт, который центр сможет опротестовать. Ситуацию комментирует адвокат Каринна МОСКАЛЕНКО:

— Такое внимание к налогам центра, на мой взгляд, не имеет никакого отношения к государственным средствам. Мне кажется, что нынешняя дополнительная проверка служит намеренному отвлечению наших сил и средств от правозащитной деятельности. Происходящее напоминает сбор материалов для уголовного дела. После того как эта история стала гласной, власти не осмелились действовать открыто, не приняли решение о взыскании с нас денег. Нынешняя проверка приводит к тому, что многие наши партнеры отказываются от сотрудничества, но не потому, что перестали доверять, а потому, что не хотят связываться с организацией, которую преследуют власти.