В оппозиции

Альтернативная повестка дня

24 ОКТЯБРЯ 2012 г. ЕЖЕДНЕВНЫЙ ЖУРНАЛ

Свежеизбранные члены Координационного совета и не вошедшие в состав кандидаты отвечают на вопросы «Ежедневного журнала» о своем отношении к результатам выборов, о первоочередных задачах КС и о возможных трудностях, с которыми он столкнется.

Лидер Объединенного гражданского фронта Гарри Каспаров
(общегражданский список, 33 849 голосов):

Выборы удалось провести, несмотря на крайне неблагоприятные внешние условия. Доказала свою жизнеспособность система «Демократия-2», которую уже в течение года вводили в действие екатеринбургские программисты во главе с Леонидом Волковым (депутат Екатеринбургской городской думы, председатель Центрального выборного комитета по выборам в Координационный совет — «ЕЖ»). Конечно, были какие-то конфликтные ситуации, но в целом выборы были честными и чистыми, потому что все решения Центрального выборного комитета были абсолютно открытыми. Это была полная противоположность чуровским выборам — совершенно ясно, как и почему принимались те или иные решения. Конечно, их можно оспаривать, кому-то они могут не нравиться, но вся процедура была абсолютно прозрачной.

То, что порядка ста тысяч российских граждан верифицировались в избирательной системе (а это означает согласие вписать свои паспортные данные, номер телефона), показывает рост протестных настроений и желание людей активнее участвовать в оформлении протестной повестки дня. Можно сказать, что итогом всей этой кампании, пусть и скоротечной, но довольно яркой, стало появление абсолютно легитимного органа оппозиции. Число людей, участвовавших в прозрачных процедурах, позволило сформировать орган, имеющий право говорить от имени протестного движения.

Очевидная трудность, с которой столкнется совет, — это то, что он состоит из очень разных людей, с разными идеологическими установками, и что в нем много, скажем так, политических новичков. У меня и некоторых моих коллег — Андрея Илларионова, Андрея Пионтковского, Бориса Немцова, в первую очередь у тех, кто работал еще в «Другой России», в Национальной ассамблее — существует опыт подобного взаимодействия, но таких сейчас в Координационном совете меньшинство, это объективно так. Очень важно, чтобы сейчас Совет смог эти опасные проблемы преодолеть и сформировать конструктивную повестку дня.

С моей точки зрения, первоочередной задачей, помимо написания регламента и организации нормального функционирования КС, является наращивание электоральной базы — не только числа людей, которые голосуют в определенный день, но и участников процесса, людей, которые хотят постоянно следить за работой КС, высказывать свои замечания, предложения. У них должна быть такая возможность. Это то, что предлагается назвать Форумом свободной России. Все эти люди зарегистрированы, и они должны быть такими же полноправными участниками процесса, как и члены Координационного совета. КС должен как можно чаще, на мой взгляд, при решении важных вопросов прибегать к электронным референдумам. Десятки тысяч людей, если у них возникает такое желание, должны иметь возможность проголосовать по какому-то ключевому вопросу. Следующим вопросом, связанным с этой темой, является выход КС за пределы Садового кольца. Конечно, у нас уже есть довольно большая региональная база — на выборах в КС было только 35% москвичей из числа голосовавших, чуть больше трети. Но очень важно, чтобы активность повышалась, чтобы в регионах, где есть много потенциальных избирателей, появлялись свои координационные советы, то есть создавалась инфраструктура на местах.

Активист «Солидарности» Илья Яшин
(общегражданский список, 32 478 голосов):

Мы готовились к тем трудностям, которые могли возникнуть в ходе выборов. Власть организовала масштабную DDoS-атаку, которая все-таки после проблем, имевших место в первый день, была отбита успешно, и дальше сайт работал довольно хорошо. Была атака в Челябинске со стороны ФСБ на наших активистов в региональном выборном комитете, изъяли компьютеры, запугали людей, комитет просто не мог работать. Были провокации, прокуратура возбудила уголовное дело из-за якобы присвоенных денег. Я рад, что мы смогли преодолеть эти трудности, и в итоге в голосовании приняли участие десятки тысяч человек — наверно, это самый большой гражданский проект за все эти годы, который показывает, что оппозиция сохранила значительные возможности по мобилизации гражданской активности. Это, наверное, главный итог.

Трудности, ожидающие совет в будущем, очевидны. Они связаны с тем, что избраны очень разные люди. Однако вечером после выборов на канале «Дождь», где собрались избранные члены Координационного совета, состоялись довольно эмоциональные дискуссии, которые доказали, что работать и находить точки соприкосновения будет не очень сложно. Эти трудности опять же можно было заранее прогнозировать: поскольку среди кандидатов были люди разных взглядов, были предусмотрены курии, которые гарантировали представительство всему политическому спектру, было понятно, что по целому ряду вопросов находить компромисс будет довольно непросто. Но к этому, в общем-то, все готовы. Собственно говоря, одна из задач КС — выстраивать диалог между представителями разных оппозиционных групп и находить точки соприкосновения, то, что нас объединяет.

Направлений работы, как мне кажется, должно быть несколько. Одна из ключевых задач — это формирование содержательной повестки дня протестного движения, того самого конструктивного проекта, в отсутствии которого нас довольно давно упрекают, хотя, на мой взгляд, не вполне справедливо, поскольку оппозиция генерирует немало конструктивных идей. Теперь будет объединенная площадка, которая будет выдвигать свои проекты от имени объединенной оппозиции. Они, конечно, будут иметь, как мне кажется, гораздо больший резонанс. Одна из главных задач — в течение года сформулировать наши предложения, касающиеся политической реформы, которые, как мы надеемся, власть в какой-то момент будет готова обсуждать. Даже если власть не готова будет это обсуждать, мы все равно должны это предложить обществу.

Второе направление — поддержка региональных политиков, и на выборах, и в рамках антикоррупционных проектов. Думаю, что мы будем оказывать организационную, политическую, даже иногда финансовую помощь тем людям, которым приходится бороться с местными жуликами в регионах, в небольших городах, которые нуждаются в нашей поддержке.

Третье направление — просвещение, которое связано с распространением разного рода антикоррупционных докладов, докладов, посвященных итогам путинского правления. Кроме того, фоновой темой будет защита политических заключенных. Думаю, мы сейчас должны мобилизовать все имеющиеся ресурсы, чтобы максимально оказывать помощь тем людям, которые находятся сегодня за решеткой за свое инакомыслие.

В КС довольно обильно представлено либеральное крыло. Это связано с тем, что протесты на Болотной площади, на проспекте Академика Сахарова в значительной степени были представлены людьми либерально-демократических взглядов, это фиксировали практически все социологические опросы, и голосование на выборах в Совет подтвердило, что основная часть, ядро протестного движения — это по-прежнему люди либерально-демократических взглядов. Социальный портрет протестной площади, как мне кажется, вполне четко отражается в итогах выборов.

Лидер Движения в защиту Химкинского леса Евгения Чирикова
(общегражданский список, 32 221 голос):

Мне кажется, сейчас самое главное — наладить систему обеспечения людей информацией. В Химках я столкнулась с тем, что на сегодняшний день пропаганда, которая льется с Первого канала, с НТВ, с местного телевидения, работает и абсолютно разъедающе действует на людей. Наша задача — сделать так, чтобы они знали правду. Обязательно нужно в тех местах, где мы собираемся участвовать в местных муниципальных выборах, поднимать местные СМИ. Мне кажется, что из-за того, что в Химках они были уничтожены, у нас и были низкие явки, люди разочарованы во всем и не верят, что хоть что-то можно изменить. Нам нужна своя система СМИ, то есть воздействия на сознание людей. Там, где хорошо воздействуют на сознание, возможно и все остальное: и защита прав людей, и защита природы, и защита прав заключенных. Если граждане нам доверяют, если мы достучались до их сердец и мозга, у нас не будет проблем с тем, чтобы призвать их , например, на пикеты в защиту заключенных или митинг в защиту леса.

Самая большая трудность в наше время — это остаться на свободе. А возможность договориться будет зависеть от внешней среды — чем сильнее она будет давить, тем легче будем договариваться. Пока что все идет так, что мы замечательно будем договариваться!

Политический обозреватель, ведущий «Эха Москвы»
Сергей Пархоменко (общегражданский список, 27 434 голоса):

Я с самого начала вместе со всеми остальными представителями «Гражданской платформы» (блок на выборах в Координационный совет, объединивший журналистов, деятелей культуры, ученых, общественных деятелей — «ЕЖ»), с которой я начал во всем этом процессе участвовать, говорил о том, что мы считаем процедуру выборов довольно неочевидной, во многом ошибочной, но, поскольку она такова, будем в этот раз принимать участие в ней в полном соответствии с ее регламентом. Ошибочность, как представляется нам, заключается прежде всего в наличии зарезервированных мест для так называемых политических курий. Это было результатом сложного и неочевидного политического компромисса. Мы с самого начала заявляли — и я полностью поддерживаю это заявление, — что это ошибочное решение стало причиной неравенства, возникшего на этих выборах, и создало ситуацию, в которой за людьми, которые не имели шансов быть избранными нормальным, демократическим, равным способом, были специальным образом закреплены места и было заранее гарантировано участие в Координационном совете, которого они не могли бы добиться путем нормального голосования. Это касается, конечно, совсем не всех тех, кто в результате оказался в составе Совета по спискам этих курией. Но тем оно страннее и обиднее, потому что те же самые люди спокойно, разумно могли бы принять участие в общем голосовании и вполне по праву, в соответствии с тем весом, который они имеют, и тем авторитетом, которым они пользуются, могли бы занять место в Координационном совете. Но они были вынуждены играть по этим выморочным правилам, и в результате, на мой взгляд, оказались только дискредитированы этим участием. В этом моя и моих единомышленников по «Гражданской платформе» основная претензия к этим выборам. Мы полагаем, что никаких курий быть не должно. Мы говорили и продолжаем говорить сейчас — те, кто прошел в Координационный совет, — что приложим все усилия к тому, чтобы следующие выборы в аналогичный орган или тот, который будет наследовать КС, происходили без этого перекоса и там не было бы никаких гарантированных «приставных стульев» ни для каких курий, а были бы нормальные равные выборы.

В остальном, я должен сказать, что произошедшее представляется мне чрезвычайно важным не просто прецедентом, а заложением фундамента для очень важного процесса и появлением необыкновенно значимого инструмента гражданской активности, верифицированного мобилизованного голосования. Мне кажется, что все мы заинтересованы в том, чтобы это было только началом большого процесса, чтобы эта мобилизация продолжалась, чтобы и дальше происходило привлечение в единую базу для голосования все большего и большего числа людей, настроенных по-разному, придерживающихся разных политических позиций и предпочтений, но объединенных одним — стремлением к переменам в России и убежденностью в том, что в России необходимы реформы, в целом направленные на восстановление народовластия, то есть демократического и, подчеркну, республиканского режима. На мой взгляд, сегодня именно республиканские принципы в России находятся под вопросом и под очень большим давлением, и, в сущности, Россия сегодня является не только совсем не демократической страной, но, пожалуй, уже даже и не вполне республиканской, если иметь в виду, какое количество выборов было в последнее время упразднено или сведено к такой проформе, каковая не позволяет считать их полноценными выборами. Я думаю, что этот инструмент сохранится, что он будет совершенствоваться, возможности его будут расширяться, защита его будет становиться все более и более надежной — мы видим, что пока он весьма уязвим для внешних диверсий.

Мне представляется, что число проголосовавших довольно велико. Для первого раза, когда речь идет о пробе сил и о создании инструмента, число весьма существенное. Люди только открывают для себя непосредственные возможности электронной демократии. И я нисколько не сомневаюсь, что завтра этот успех привлечет значительное число людей и мы увидим довольно бурный рост. Тем более что не нужно начинать с нуля — несомненно, нужно сохранить тот массив, который имеется на сегодня и продолжать его наращивать и развивать.

Другое дело, что для того, чтобы число проголосовавших достигло нынешнего числа, пришлось приложить очень интенсивные усилия. Хочу напомнить, что по завершении первого месяца подготовки к этим выборам вся затея находилась на грани полного провала. Об этом просто никто не знал, это никого не интересовало, никто не собирался в этом участвовать, это было какое-то штабное учение для очень небольшой группы энтузиастов, которые это придумали, но не смогли ни донести до широких кругов потенциальных избирателей, ни объяснить задачи, ни убедить всех в важности этой истории. Тогда, в начале сентября, в этот процесс вошла довольно энергичная группа людей, известных, авторитетных, обладающих разнообразными возможностями для того, чтобы обращаться к избирателям. Причем хочу подчеркнуть, что эти возможности они не в лотерею выиграли и не в наследство получили. Это люди, которые многие годы создавали авторитет, имя, ситуацию, когда к ним прислушиваются и их голос слышен. Среди них есть журналисты, писатели, общественные деятели. С этого момента ситуация, конечно, сдвинулась с мертвой точки, были предприняты довольно мощные усилия. Прежде всего, был устроен механизм публичных дебатов на канале «Дождь», который тоже представляет собой совершенно беспрецедентную по масштабу и затраченным усилиям акцию. Думаю, что он тоже станет примером для целой индустрии дебатов, которая с этого момента в России, надеюсь, начнет развиваться. Это, конечно, помогло резко нарастить аудиторию, привлечь к процессу внимание.

То, что результат оказался значительным, мы видим по реакции тех, кто пытался сорвать выборы. Не зря же они приложили такие усилия, и настолько разнообразные, и привлекли такие неожиданные и довольно мощные инструменты, чтобы эти выборы как-нибудь изуродовать. Это как раз доказывает, что выборы имели серьезный эффект. Все рассказы про то, что власти радостно потирали ручки и говорили: «Ура-ура, вместо настоящих выборов у них там какие-то игрушечные», — совершенно не стыкуется с той реакцией, которую мы видим, и с теми практическими усилиями по срыву этих выборов, свидетелями которых мы все стали в последние дни.

Я думаю, что основной задачей для совета станет осознание своих задач. Мне кажется, что уйдет немало времени и сил на то, чтобы убедиться, что совету не нужно пытаться быть теневым правительством или теневым парламентом. Ему нужно быть точкой сбора, точкой мобилизации для реформаторских сил в России, точкой организации их усилий. Это задача совершенно отличная от попыток имитирования управления государством или участия в управлении. Надо постепенно вживаться в эту новую роль, надо понять, как все это будет выглядеть на практике. Предстоит довольно сложный процесс выработки общего языка, системы принятия внутренних решений. Отчасти, может быть, эта работа будет облегчена тем, что какие-то одиозные люди, совсем экстремистски настроенные, находятся в очевидном меньшинстве. Никто из них не прошел по общегражданскому списку, только по спискам курий, через приставные стульчики прошло несколько человек, которые явно не настроены ни на какую совместную работу, а намерены использовать эти новые, неожиданно открывшиеся для них возможности, чтобы пропагандировать свои экстремистские, а часто человеконенавистнические взгляды и цели. Конечно, предстоит каким-то образом призвать их к порядку и, что называется, обуздать.

Но первой задачей — нужно понимать, что именно с этого все и начнется — станет работа по той повестке дня, которая постоянно навязывается нам происходящими вокруг событиями. В России начались масштабные репрессии, которые в любой момент могут перерасти в настоящий террор. Мы видим все более массовое и все более легкое применение абсолютно беззаконных методов использования силовых и правоохранительных органов для давления на оппозицию. Совершенно очевидно, что Координационному совету предстоит вырабатывать какие-то усилия и меры, чтобы этому противостоять и защищать людей, которые безвинно страдают в этих репрессиях. Здесь у нас не спросят, что и в каком порядке делать: как жизнь вокруг развивается, какие события и острые конфликтные ситуации она нам подбрасывает, тем и придется заниматься. Сегодня совершенно очевидно, что несколько человек, которые сидят в тюрьме и которые либо избраны в Координационный совет, либо были кандидатами, либо не были ни тем, ни другим, но являются активными участниками разного рода оппозиционных действий, необходимо защитить. Мы должны бороться за их жизнь, за их безопасность, за то, чтобы они вернулись на свободу.

Член «Солидарности» и Партии 5 декабря Сергей Давидис
(либеральный список, 27 216 голосов):

Результаты выборов, с одной стороны, такие и ожидались, а с другой стороны, не могу сказать, что они мне слишком нравятся. По крайней мере, из тех, за кого голосовал я, по общегражданскому списку прошли три человека из 30, а вместе с куриальными — девять из 45. При всем уважении к медиазвездам, и политическим, и культурным, понимая, что их место в совете важно и нужно, что они своим авторитетом устраняют налет маргинальности, который традиционно есть у внесистемной оппозиции, приходится признать, что тот факт, что они занимают большую часть мест, это, конечно, некоторая угроза эффективности работы совета. Неожиданно хорошую службу здесь сослужили курии. Я, вообще говоря, был их противником, с точки зрения некоего обеспечения именно идеологического представительства. Но поскольку по куриям как раз баллотировались не звезды, то некоторая часть активистов прошла в совет по куриальным спискам. В этом смысле я не переоцениваю собственную заслугу в своем прохождении, потому что оно связано только с тем, что я баллотировался по куриальному списку. Коллеги, которые обладают примерно теми же характеристиками, очень далеки от прохождения по общегражданскому списку.

С этим связана и часть возможных трудностей в работе совета. Тем не менее, если совет эти угрозы осознает и не замкнется в себе, а каким-то образом интегрирует в свою работу активистов, ситуацию можно будет изменить в лучшую сторону. Только силами своих членов совет может сделать немногое. Нужна открытость по отношению к избирателям, налаживание каналов регулярной коммуникации с ними. С другой стороны, есть риск возникновения идеологических споров, что неуместно — у нас есть объединяющие нас требования, их и надо обсуждать. Наконец, есть риск борьбы амбиций. Впрочем, даже неизбранный Оргкомитет протестных действий больше полугода функционировал, сумев не рассориться, а уж избранный совет, я думаю, имеет еще больше оснований эти трудности преодолеть.

О стратегических задачах совета я писал в эссе, которое опубликовано на сайте Центрального выборного комитета. Это координация общей агитационной кампании за смену режима, значимая системная просветительская работа, которой никто не занимается. Это конкретизация требований протеста с целью довести их до конкретных проектов конституционной реформы, законов о выборах, судебной системы. Это концентрация общих усилий протестного сообщества в точках и на проблемах наиболее острого противостояния общества и власти. И это координация участия сторонников протеста в избирательных кампаниях и кампаниях референдумов.

Я не упоминаю среди стратегических одну задачу, поскольку это ключевой элемент повседневной деятельности — борьбу за освобождение политзаключенных, которых с каждым днем прибывает, к сожалению. Это должно быть нашим знаменем, хотя ограничиваться этим ни в коем случае нельзя. Это оборона, а мы должны атаковать.

Редактор по спецпроектам журнала The New Times,
ведущий канала «Дождь» Филипп Дзядко
(общегражданский список, 27 122 голоса):

В этих выборах главное — это сами выборы и люди, которые не пожалели времени и усилий, чтобы пройти саму прозрачную процедуру регистрации. Главный итог — что выборы состоялись и около сотни тысяч человек оказались готовыми в этом участвовать. Важнее избиратели, а не те, кого они избрали. Это было ясно еще в процессе выборов. Надо только иметь в виду, что это один из эпизодов протестного движения, довольно яркий, но лишь один из многих. Я бы не преуменьшал значение этих выборов, но ни в коем случае и не преувеличивал.

Я очень благодарен организаторам выборов и тем, кто на них голосовал. Я рад, что выборы состоялись, но, тем не менее, не могу сказать, что сильно доволен результатами голосования. В число 45 избранных не вошли очень многие достойные люди, которые, собственно, последние месяцы, последний год, а то и больше являются непосредственно делателями протеста. Это Николай Левшиц, Денис Билунов, Изабель Магкоева и многие другие. В то же время я понимаю, что на данный момент иной расклад, чем тот, который сложился в результате выборов, сложиться не мог, потому что многие из этих людей только сейчас стали известны широкому кругу и общество только сейчас получило возможность о них узнать, и это еще один позитивный результат выборов. Думаю, что следующие выборы пройдут иначе, у них будет иной результат, и я буду всячески добиваться, чтобы в финальном списке совета, если он еще будет нужен, было больше гражданских активистов.

Задачи, которые стоят перед советом, к сожалению, понятны. Выборы, особенно в последние недели, проходили на фоне увеличения репрессий. Первое, чем должен заняться Координационный совет, это поддержка политзаключенных. Надо использовать активно старые формы вроде «ОккупайАбай» (в день беседы, 23 октября, прошли пикеты ФСБ в связи с пытками и арестом Леонида Развозжаева, активиста Левого фронта, помощника депутата Думы от «Справедливой России» Ильи Пономарева, обвиненного в подготовке к организации массовых беспорядков по следам скандального фильма НТВ «Анатомия протеста-2», избранного членом Координационного совета; в пикетах приняли участие некоторые члены КС и неизбранные кандидаты — «ЕЖ»). Но нужно придумывать и новые способы поддержки политзаключенных. У нас есть некоторое количество идей на этот счет. Необходимо также максимально привлекать общественное мнение к проблеме политзаключенных. По моему мнению, в ближайшие дни и недели Координационный совет должен сосредоточиться именно на этой теме. Новостная лента велит заняться именно этим.

Сложность состоит в том, чтобы был сформулирован механизм работы 45 людей, которые подчас довольно сильно расходятся в политических взглядах. Надо, чтобы та или иная группа не стала спекулировать на своих политических предпочтениях и задачах, чтобы КС как можно дольше был единым кулаком и центром координации и объединения. Нужно сразу же создать механизм, в соответствии с которым Координационный совет будет не говорить, а слушать, то есть являться не закостеневшим органом, в который надо ходить по расписанию и обсуждать и так всем очевидные вещи, а центром, куда люди со всей страны могли бы присылать свои предложения, где они могли бы рассказывать о своих нуждах, связанных с целями оппозиционного движения, центром быстрого реагирования. Чтобы все люди, которые заинтересованы в победе добра над злом, в росте ненасильственного протестного движения, могли присылать сюда свои предложения.

Бывший депутат Думы от «Справедливой России» Геннадий Гудков
(общегражданский список, 24 623 голоса):

Около 170 тысяч человек проявили готовность выбирать лидеров оппозиции, 80 с лишним тысяч приняли участие в выборах. Это очень много. Это говорит о том, что протестные настроения в России существуют и что сторонники протестных движений исчисляются десятками тысяч. Я даже думаю, что их сотни тысяч. Для первого раза выборы прошли вполне успешно, хотя, конечно, не без ошибок.

Главная задача — это отражать волю масс, которые сегодня настроены на то, чтобы в стране были реальные, а не декоративные перемены, не желают жить в обстановке лжи, фальсификаций, не желают нелегитимной власти в России, не желают, чтобы страна была пропитана обстановкой двойных стандартов и лицемерия.

Договариваться друг с другом членам совета, безусловно, будет трудно. Но я думаю, что мы этот вопрос решим.

Сопредседатель РПР-ПАРНАС Борис Немцов
(общегражданский список, 24 623 голоса):

Выборы прошли хорошо, нормально, честно. Я считаю этот опыт уникальным. Это первое в истории России электронное голосование, в котором приняли участие наиболее активные, неравнодушные люди с чувством собственного достоинства. Естественно, я буду работать в КС, буду добиваться того, чтобы резолюции Болотной площади и проспекта Сахарова стали документами, воплощенными в жизнь. Мое место — между Навальным и Удальцовым, вполне себе комфортное. Надо понимать, что место в списке — это место в очереди за решетку. Я шестнадцатый. Меня это тоже греет. Это же не доступ к бюджету, собственности и телевизионному ящику. Скорее это билет на репрессии. Должен сказать, что я единственный в КС с опытом управления на уровне губернии, единственный губернатор, единственный вице-премьер, единственный заместитель председателя Государственной думы, единственный руководитель фракции. В этой деятельности были всякие моменты, мне кажется, что мой опыт может пригодиться.

Сейчас главная задача — остановить репрессии. Я не вижу других задач. Мы должны начать наше заседание не с оргвопросов, а именно с вопросов, связанных с освобождением политзаключенных, в том числе и совсем недавно посаженных, включая Леонида Развозжаева и Константина Лебедева. Боюсь, что на эту тему нам придется работать в течение всего года, причем работать много.

Трудности, с которыми совет может столкнуться, это репрессии против его членов. Они уже идут. Из избранных за решеткой Развозжаев и Даниил Константинов. Нужно сделать все, чтобы члены совета могли действовать, работать и были на свободе. Остальное — решаемые вопросы, мелочи по сравнению со свободой и репрессиями. До сих пор в рамках, например, Оргкомитета протестных действий мы как-то договаривались друг с другом, хоть это было непросто. Сейчас многие люди, которые участвовали в организации протеста, были избраны. Появились, конечно, и новые люди. Мне кажется, ответственность, которую мы несем перед людьми, что за нас голосовали, плюс задачи, которые мы обязаны решить, должны даже самых горячих приводить в чувство. Люди должны быть сдержанными, упрямыми, настойчивыми, спокойными, если мы действительно хотим чего-то добиться. Конечно, желающих нас поссорить, внести раскол, огромное число, но их и всегда было много. Тем не менее на протяжении года все эти попытки заканчивались неудачно. Надеюсь, что и сейчас будет так же.

Если разделить Координационный совет на фракции, мне кажется, либерально-демократическая будет самой большой. Мы с Каспаровым, Яшин, вся наша либеральная курия, Владимир Кара-Мурза, Пионтковский, Пархоменко, Быков, Гельфанд, конечно, либерально-демократических взглядов. Думаю, что людей с такими взглядами в совете больше половины. Некоторые их не сильно афишируют, тем не менее, если посмотреть на «политический компас», все будет понятно — все видно по отношению к частной собственности, приватизации и так далее.

ПАРНАС принял официальное решение не участвовать в выборах в КС, и мы, члены ПАРНАСа, поэтому участвовали в них в личном качестве. Но поскольку наше представительство в совете довольно существенное — по крайней мере, это я, Яшин и Кара-Мурза, — думаю, сотрудничество неизбежно. Может быть, это не будет оформлено в виде каких-то конкретных документов, но это произойдет по факту. Сопредседатель ПАРНАСа Владимир Рыжков — один из авторов резолюции Болотной и проспекта Сахарова, а главная задача КС — претворить их в жизнь. Честно говоря, я не понимаю, как мы можем не сотрудничать.

Член «Экологической вахты по Северному Кавказу» Сурен Газарян
(общегражданский список, 18 986 голосов):

Результаты выборов выглядят справедливыми в соответствии с той методикой, по которой проводились. Понятно, что людей из регионов на эти выборы было привлечь труднее, чем москвичей — думаю, что большинство голосовавших из Москвы и Питера. Печально, что многие сняли кандидатуры, например, Илья Пономарев. В сущности, именно он меня уговаривал идти на выборы, он был последним, кто меня убедил принять в них участие. У него были довольно веские основания для того, чтобы снять свою кандидатуру, но, тем не менее, жалко.

Договориться людям друг с другом внутри совета будет сложно. А основные задачи — это хоть как-то попытаться организовать оппозицию. Сложно пока понять, как это все может работать. Для меня с самого начала это было загадкой. Можно попробовать, проверить на какой-то конкретной проблеме, как совет будет действовать. Первая проблема — это, конечно, репрессии, которые недавно начались. Хотелось бы как-то помочь тем, кого уже задержали и кого готовятся задержать. Еще одна проблема, которая мне кажется весьма актуальной, это региональные выборы. Вот у нас сейчас прошли выборы в Краснодарском крае, но оппозиционные силы нам очень слабо помогали. Если совет сможет координировать усилия, связанные с выборами, это будет хорошо. В частности, нужны наблюдатели, агитационная поддержка. Я считаю, что в Химках получился неплохой результат. В Краснодаре этого не было, а нам нужна была помощь, особенно со стороны наблюдателей.

Координатор проектов Алексея Навального «Добрая машина правды» и «РосВыборы» Георгий Албуров (общегражданский список, 18 844 голоса):

Если говорить о процедуре голосования, все получилось, Леонид Волков с коллегами поработали просто отлично, несмотря на колоссальный прессинг со стороны властей, DDoS-атаки, эмэмэмщиков, удалось провести выборы честно и с объективно большим числом избирателей.

По поводу задач Координационного совета все избранные члены более или менее сходятся: это поддержка политзаключенных, определение стратегии и тактики оппозиции, организация массовых акций, участие в избирательных кампаниях в регионах.

Трудности заключается в том, что Координационный совет избирается впервые, и мы пока не очень хорошо себе представляем, как это все будет развиваться, как он будет работать. Но, надеюсь, у нас все получится. 27 октября будет первое заседание, там, я надеюсь, будет определен регламент и будет понятно, какие комитеты будут созданы и будут ли вообще комитеты, в целом будет решено много важных вопросов. Уже после первого заседания можно будет говорить о том, как будет развиваться Совет и чем заниматься.

В совет прошли четыре члена нашей партии «Народный альянс» — Владимир Ашурков, Любовь Соболь, я и Владислав Наганов. Вся деятельность «Народного альянса» сейчас сконцентрирована на регистрации. Мы надеемся в декабре провести съезд и к весне закончить все процедуры регистрации. После этого мы сможем рассматривать формы взаимодействия с Координационным советом, пока об этом говорить рано.

Член «Солидарности» и Партии 5 декабря Роман Доброхотов
(не прошел по общегражданскому списку, набрав 9513 голосов):

Несмотря на то, что я не попал в число выбранных, думаю, что это совет, который представляет мои интересы. Туда попали четыре члена нашей партии, в том числе, например, Сергей Давидис. Кроме того, большинство людей, прошедших по общегражданскому списку, это мои единомышленники, люди либеральных взглядов. Мне кажется, это крайне важно, это доказывает, что в действительности независимо мыслящие граждане в России поддерживают именно людей либеральных взглядов, а вовсе не левых популистов и не националистов, хотя сами красные и коричневые любят рассказывать о том, какие они, на самом деле, популярные и как в действительности либеральная идея не имеет здесь никакого шанса. Сегодня уже никто не сможет это сказать, поскольку в выборах участвовали десятки тысяч людей, колоссальная группа людей, гораздо больше, чем любой возможный соцопрос, это реальный сегмент той части общественного мнения, которая недовольна происходящим в стране, которая причисляет себя к людям оппозиционных взглядов. Я уверен, что это вполне объективная картина.

Сейчас рано судить, насколько эффективной будет работа Координационного совета. Но мне радостно, что там есть и люди из «Гражданской платформы», то есть люди, которые скорее относят себя к интеллигенции и скорее будут заниматься образовательными проектами, просвещением, чем работой, которую делают гражданские активисты и настоящие боевые политики — Навальный, Удальцов, Немцов, которые не боятся выходить на митинги, в том числе несогласованные. Поэтому никакой сдачи позиций явно не намечается. Мне радостно и то, что в КС не прошли радикалы и даже радикальные националисты не прошли по националистической квоте. Например, Дмитрий Демушкин, один из самых заметных радикалов, не попал даже по квоте, потому что, видимо, в основном голосовали либералы, они не захотели видеть такого радикала в оппозиции. А среди левых больше всего голосов набрал антифашист Алексей Гаскаров — думаю, именно потому, что он антифашист. Это тоже хороший знак, именно это крыло левых, которое ассоциирует себя в первую очередь с антифашистской деятельностью, мне кажется очень достойным, я тоже голосовал за Гаскарова.

Поскольку у нашей партии есть представители в КС, наше сотрудничество с советом будет успешным. Более того, Сергей Давидис являлся одним из организаторов протестных митингов, и он явно будет играть одну из важнейших ролей в Совете, он будет тем, кто, как говорится, «таскает рояль». В конце концов, тот, кто реально будет заниматься организационной деятельностью, тот де-факто и будет принимать решения, в то время как функции Дмитрия Быкова, Михаила Шаца, да даже того же Навального — это в данном контексте прежде всего представительские функции. Эти люди могут говорить от лица оппозиции, и если Путин захочет сказать, что у оппозиции нет своего лица, на это можно будет возразить, что лицо есть. Но все равно это нисколько не помешает гражданским активистам, которые занимались организацией митингов, продолжать эту деятельность. Я как организовывал митинги, так и буду организовывать. Этому совершенно не помешает тот факт, что я не представлен в КС. Проблемы здесь для себя и своей деятельности я не вижу.

Один из организаторов Маршей несогласных
в Санкт-Петербурге Сергей Гуляев
(не прошел по общегражданскому списку, набрав 6424 голоса):

Выборы, конечно, проходили не без эксцессов. Попытались испортить картину эмэмэмщики. К DDoS-атакам, как выяснилось, подготовиться нельзя. Но, тем не менее, отбились и выборы провели. Конечно, у москвичей и жителей регионов были неравные условия. Это сказалось на общегражданском списке, там немного оказалось представителей регионов, им было проще проходить по куриям. В целом, я считаю, что кого бы ни выбрали из всех баллотировавшихся, это были в массе своей достойнейшие люди. Если мы будем сравнивать со списком депутатов Государственной думы, то можем сказать, что наш список был мощнее и интереснее. Там были личности, и это касается не только поэтов и телеведущих, но и простых блогеров, волонтеров, активистов гражданских акций, у которых за спиной и штрафы, и посадки. Поэтому любой состав я считаю достойным представлять оппозицию. У нас есть выбор, поле не окончательно затоптано, активисты еще появляются. Даже если вдруг что-то случится с лидерами сегодняшнего протеста, завтра на смену им придут другие — они уже вырастают, среди волонтеров, блогеров, правозащитников, «зеленых». В нынешнем составе один-два человека, чьи имена я не хотел бы называть, связаны давними отношениями с силовыми структурами. Но в основном люди в совете замечательные, желаю им успеха в работе. А мы поможем, чем сможем. Я давно общаюсь с Алексеем Навальным, помогаю ему, чем могу. Думаю, что и дальше буду помогать.

Материал подготовлен Григорием Дурново

Фотографии ЕЖ и РИА Новости