Вокруг России

«Вторая Германия» на Дальнем Востоке

7 МАЯ 2013 г. ВЛАДИМИР ВОЛКОВ

Владимир Путин и Синдзе Абэ договорились активизировать работу по заключению российско-японского мирного договора. В то, что сторонам на этот раз удастся найти компромиссное решение застарелому спору, верится по-прежнему с трудом. Тем не менее, именно сегодня у России есть уникальный шанс вовлечь Японию в проект развития Дальнего Востока, не прибегая к раздаче своих территорий.

В 2005 году мне довелось присутствовать на дискуссии в Московском центре Карнеги (МЦК), посвященной перспективам развития российско-японских отношений. Тема эта возникла неслучайно: на осень того же года было запланировано большое азиатское турне президента Путина, одним из главных пунктов в котором значился Токио.

Накануне визита, от которого, уж не знаю, почему, ожидали чего-то вроде прорыва, в профессиональном сообществе развернулась бурная дискуссия о возможных путях решения старого конфликта. Мнение, высказанное на этот счет одним из ведущих экспертов МЦК Дмитрием Трениным, не скрою, тогда меня несколько шокировало.

Решить проблему он предложил путем уступки Японии всех четырех островов Южно-Курильской гряды – единовременно или по формуле «два плюс два». Стратегические выгоды от подписания мирного договора, убеждал эксперт, перевесили бы для России потерю незначительной части своей территории. В обмен она получила бы стратегического партнера, необходимого для развития дальневосточного региона, нарастающий упадок которого превратился во вполне осязаемую угрозу целостности страны.

Собственных ресурсов для полноценного решения этой задачи у России явно недоставало – нефть по сто долларов за бочку была еще только впереди. Поэтому нельзя исключить, что соблазн последовать подобным рекомендациям у правительства в тот момент все же был. Так или иначе, семь лет назад «чуда» не произошло – встреча Путина с тогдашним японским премьером Дзюнъитиро Коидзуми закончилась ничем. Публичная дискуссия по этому вопросу оказалась заморожена. И вот в начале этого года возьми да и случись новая оттепель.

В известной степени тон новому обсуждению вновь задал Дмитрий Тренин. В опубликованной в январе новой работе «Тихоокеанское будущее России. Урегулирование спора вокруг Южных Курил», написанной в соавторстве с Ювалом Вебером, директор МЦР отстаивает старый тезис: России следует пойти на компромисс, передав Японии Шикотан и Хабомаи в обмен на обязательство Токио «поддерживать экономическую деятельность на островах и в России».

Эти острова составляют лишь 7% территории, на которую претендует Япония, и к тому же Москва уже согласилась их вернуть в соответствии с совместной Декларацией 1956 года, поясняют авторы. В конечном же счете, полагают они, все четыре острова Курильской гряды должны стать частью Японии – Итуруп и Кунашир, где предлагается организовать совместную экономическую зону, следует передать под юрисдикцию Токио через 50 лет.

В результате в лице Японии Россия может получить на Тихом океане мощного стратегического партнера – «вторую Германию» со всеми вытекающими экономическими и политическими плюсами. При этом Южным Курилам (сиречь, Северным территориям) будет уготована роль «второго Гонконга», тогда как Владивосток сможет превратиться в российский Шанхай.

Перспективы, что и говорить, завораживают. В Кремле, вероятно, о них тоже наслышаны. Более того, кажется, готовы смягчить свою переговорную позицию по территориальной проблеме.

О возможности некоего компромиссного решения еще год назад на встрече с иностранными журналистами говорил сам Путин.

А в начале этой недели в Москву впервые за 10 лет приехал японский премьер-министр Синзде Абэ. Одним из главных результатов этих переговоров стала договоренность ускорить работу, направленную на скорейшее подписание мирного договора.

На какие именно уступки готовы пойти в Кремле в обмен на нормализацию отношений с Японией, пока неизвестно. Выскажу личное пожелание, что до сдачи своей территории на этот раз дело все-таки не дойдет.

Во всяком случае, именно сейчас возможности России настаивать на своем видении этой проблемы сильны, как никогда. Экономическое положение страны сегодня, объективно, не идет ни в какое сравнение с тем же 2005 годом. Это означает, что у России есть собственные финансовые резервы для того, чтобы вкладывать в развитие дальневосточного региона – соответствующие планы, как известно, сейчас активно обсуждаются. Это в свою очередь будет стимулировать приход в регион частных, в том числе иностранных инвестиций – и не обязательно японских.

В свою очередь Токио сегодня больше, чем когда-либо прежде заинтересован в развитии отношений с Москвой – и прежде всего в сфере экономики. В частности, не секрет, что Япония хотела бы увеличить закупки российского сжиженного газа. Актуальность этих поставок резко возросла после Фукусимы, но договориться с Газпромом пока не удается – как всегда, вопрос упирается в цену.

Не меньше японцы заинтересованы и в расширении сбыта своих товаров и полноценном участии в потенциально сверхприбыльных проектах по развитию Сибири и Дальнего Востока. Не в последнюю очередь к этому японцев толкает кризис, сильно ударивший по японским экспортерам. А о том, что интерес к участию в подобных проектах у японского бизнеса есть, и он велик, свидетельствует количество прибывших вместе с Абэ в Москву руководителей местных компаний – более полутора сотен. Не стоит забывать и о том, что Япония не без оснований опасается конкуренции за ресурсы и рынок дальневосточного региона со стороны Китая, отношения с которым у Токио в последнее время особенно обострены.

Иными словами, в пользу России сегодня сложился уникальный набор факторов, которые дают ей возможность, играя на многочисленных интересах разных сторон, наращивать экономическое сотрудничество с восточным соседом без территориальных уступок. Не воспользоваться этим «окном возможностей», которое, очевидно, не будет открыто вечно, было бы действительно большой ошибкой, граничащей с преступлением. Не говоря уже о том, что сдача Курильских островов большинством в России была бы воспринята как очередное сокрушительное геополитическое поражение страны. Унизительное вдвойне, учитывая, что потерпеть его пришлось бы от «Германии», пусть даже и «второй».

Фотография ИТАР-ТАСС