Министр и баланс

Назначение Анатолия Сердюкова министром обороны выглядит сенсацией – сугубо гражданский специалист по налоговым вопросам возглавил военное ведомство. Однако шесть лет назад, когда министром стал генерал из спецслужб Сергей Иванов, вопросов и недоумений было не меньше. Потом привыкли.

Впрочем, в отличие от Иванова Сердюков никогда не носил генеральских погон, а его военный опыт ограничивается срочной службой после окончания Ленинградского института советской торговли и получением звания офицера запаса. Позднее он долгое время занимался бизнесом (торговля мебелью) в Петербурге, пока в 2000 году не перешел на госслужбу – вначале в питерском, а затем в федеральном налоговом ведомстве, которое возглавил весной 2004 года.

С чем же связана сейчас замена министра обороны, причем именно таким человеком? Уход Иванова вполне закономерен – поставленную перед ним задачу (установление государева контроля над армией) он выполнил. Снято противостояние по линии «министр обороны – начальник Генштаба», которое было характерно для российских Вооруженных сил позднеельцинского периода. Интересы Иванова постепенно устремились в другие, более перспективные сферы – такие, как военно-техническое сотрудничество и ВПК. Кураторство над ними он сохранит и в качестве первого вице-премьера. Уходя из Минобороны, он снимает с себя ответственность за массу проблем, которые осложняют жизнь любого главы военного ведомства России: от дедовщины (судьбы солдат Сычева и Рудакова – это только две судьбы из тысяч трагедий, о которых знают лишь родители да неугомонные солдатские матери) до низкого уровня контрактников, который дискредитирует военную реформу. Если принять в расчет рассуждения о том, что Иванов может претендовать в 2008 году на один из двух высших постов в системе власти (максимум – президент, минимум – премьер), то такой груз ему явно не нужен.

Что же касается Сердюкова, то он не публичный политик (напротив, как федеральный чиновник он всячески сторонится прессы), а администратор, которому не надо думать о популярности и электоральных шансах. Видимо, этот фактор и стал одной из причин его назначения. Кроме того, он вполне лоялен и проверен в деле. Федеральное налоговое ведомство начало атаку на ЮКОС еще до прихода Сердюкова на пост главы ФНС, но завершалась эта операция уже при нем. Добавим при этом известную жесткость характера нового министра – СМИ давно отмечают, что коммерческим структурам при нем стало значительно сложнее судиться с налоговиками. Необходимо учитывать и еще одну второстепенную, но занятную имиджевую составляющую – в России назначен второй подряд гражданский министр обороны. Таким образом, если западные политики и эксперты будут возмущаться по поводу милитаризации страны, им можно предъявить контраргумент: какая милитаризация, если министром назначен не представитель военной корпорации, а финансист, имевший дело с бухгалтерскими балансами и бумажными отчетами? Вспомним, как в свое время «раскручивалась» в СМИ тема прихода в Минобороны женщины-финансиста Любови Куделиной.

Судя по всему, в период реализации операции «Преемник» президент хотел видеть на посту министра обороны именно такого человека – не принадлежащего к военной корпорации и не проявляющего никаких собственных политических амбиций, лишенного харизмы и не способного вмешаться в клановую борьбу вокруг вопроса о преемнике и будущем формате российской власти. Есть серьезные основания полагать, что действующий президент уже начал выстраивать систему сдержек и противовесов, которая должна ограничить возможности его преемника. В этом контексте характерно и «уравнение» шансов Медведева и Иванова (видимо, в конечном итоге, они будут уравновешивать друг друга в новой системе власти), и выдвижение на пост вице-премьера Сергея Нарышкина, которое вряд ли можно объяснить только желанием Михаила Фрадкова создать в правительстве альтернативу экономическому блоку. Ведь Нарышкин имеет хорошие шансы сохранить свой пост и после выборов 2008 года – и, следовательно, с ним придется считаться и будущему президенту.

Однако, судя по всему, назначение Сердюкова связано не только с ближайшими планами, но и со стратегическими расчетами. Ведь своей карьерой он в значительной степени обязан влиятельному представителю путинского окружения Виктору Зубкову, который был первым заместителем нынешнего президента, когда тот еще руководил комитетом по внешним связям питерской мэрии. Когда Зубков занимал пост главного питерского налоговика, Сердюков был его замом. А после того как Зубкова перевели в Москву руководить ведомством по финансовому мониторингу (так называемой финансовой разведкой), Сердюков стал его преемником в Питере. По некоторым данным, именно Зубков был инициатором перевода Сердюкова в Москву (некоторые СМИ даже называют Зубкова тестем нового министра обороны). Также существует информация о тесных связях Сердюкова с влиятельнейшим главным кадровиком президентской администрации Виктором Ивановым.

А раз так, то один из ключевых силовых постов в системе власти занимает человек, не связанный ни с одним из двух кандидатов в преемники, зато имеющий серьезные контакты с другими представителями питерского землячества. И это тоже должен будет учитывать любой следующий президент России. «Поломать» эту мощную систему сдержек и противовесов ему будет крайне сложно, даже если он захочет это сделать. Вспомним, что даже Путин смог окончательно избавиться от «ограничителей» ельцинской эпохи только в начале 2004 года, отправив в отставку Михаила Касьянова: и это при том, что его предшественник полностью отошел от дел. Преемник же Владимира Путина будет иметь дело с вполне дееспособным предшественником, который может взять на себя арбитражные функции в создаваемой сейчас аппаратной системе.