Хроники кипроприации

На остров сбросили гуманитарный груз — пять миллиардов евро наличными

Усилия Европы по спасению Кипра приняли окончательно гротескные черты. В четверг утром в аэропорту Ларнаки приземлился грузовой самолет, который привез из Франкфурта-на-Майне 5 млрд евро наличными. Их поэтапно раздадут владельцам депозитов менее 100 тысяч евро. Те, кто хранил на своих счетах больше, получат менее половины сбережений, да и то через несколько лет

Усилия Европы по спасению Кипра приняли окончательно гротескные черты. В четверг утром в аэропорту Ларнаки приземлился грузовой самолет, который привез из Франкфурта-на-Майне 5 млрд евро наличными. Их поэтапно раздадут владельцам депозитов менее 100 тысяч евро. Те, кто хранил на своих счетах больше, получат менее половины сбережений, да и то через несколько лет. Но часть «грязных» денег могла спокойно уйти с острова Афродиты — через Лондон и Москву.

Теперь уже абсолютно неясно, почему «кипроприация» денег вкладчиков стала идеей фикс европейских чиновников, а точнее, политиков. Пять наличных миллиардов — это уже не инструмент финансовой помощи, а просто гуманитарная интервенция. Понятно, что владельцы депозитов менее 100 тысяч евро (а это 70% от их общего числа) кэш вынут и в кипрские банки он уже не вернется. А это значит, что островные финансовые учреждения либо обанкротятся (для второго по величине банка страны, Laiki, эта процедура будет обязательной — таковы требования «спасателей»), либо будут жить на искусственном дыхании, что потребует новых вливаний.

В любом случае это будет означать крах финансового сектора, а значит, и всей экономики острова. И за счет каких ресурсов, спрашивается, страна без экономики сможет когда-либо вернуть кредит? А также — на каких основаниях, кроме сугубо политических, он будет оставаться в зоне евро?

Так что замечательный «план Б» — это экспроприация денег не у простых киприотов, которые их как раз получат, а у немецких и прочих зажиточных налогоплательщиков, о благе которых якобы заботились избранные ими политики.

Потери Кипра колоссальны и непоправимы, но он не мог их избежать, так как не был способен вести собственную игру. Потери Европы тоже крайне существенные, и не в финансовом даже отношении (ну что такое, на самом деле, пять или десять миллиардов евро?), а в репутационном, если не сказать — в идеологическом. Все-таки в современном глобальном мире континентальная Европа занимает не доминирующее положение, а в глазах пребывающих на финансовом олимпе англосаксов «кипроприация» — страшный грех. Представители рейтинговых агентств «большой тройки», которые, между прочим, выставляют рейтинги европейским государствам и компаниям, выступили с крайне жесткими заявлениями, смысл которых в том, что теперь нет уверенности, что континентальные политики способны эффективно противодействовать кризису. А ведь им рано или поздно придется решать проблемы не только крохотного Кипра, но и таких крупных экономик, как Италия или Испания. Местным вкладчикам тоже предложат добровольно сдавать евровалюту?

А вот Россия, по которой «кипроприация» должна была нанести страшный удар, довольно быстро нашла свою игру и имеет все шансы выйти из кризисной ситуации с наименьшими потерями. Если не с плюсами.

У нас в стране, если кто не помнит, заявлена кампания по деофшоризации, и это не совсем игра в бирюльки. Кипр для наших денег — это и хранилище (в меньшей степени), и хаб, то есть перевалочный пункт. В первом отношении он был не столь уж привлекателен, и деньги, которые там сгорят, — это капиталы коррумпированных чиновников муниципального/регионального уровня, а также бандитов средней руки и силовиков в звании до подполковника. Их не жалко, им — наука.

Кроме того, по данным европейских СМИ, часть денег была выведена с острова как накануне закрытия банков в позапрошлую пятницу, так и уже после этого момента. Потому что требования кипрского ЦБ не распространялись на иностранные филиалы, в том числе действующие в Москве и в Лондоне. Если учесть, что именно в Москве и в Лондоне преимущественно обитают собственники «грязных» русских денег, то запрет на проведение операций на Кипре как борьба с ними выглядел и вовсе смешно. Впрочем, о качестве европейской финансовой бюрократии мы уже сказали достаточно.

В качестве хаба Кипр важен не как финансовый центр (расчетные счета можно держать в любом европейском банке, для особых случаев используя, например, прибалтийские), а как юрисдикция. С низкими налогами и развитой правовой системой. В этом отношении его конкурентные преимущества сохраняются, и это как минимум дает время для передислокации — если она вообще понадобится.

Тем, кто использовал остров не для нелегальных операций, а для структурирования сделок, российское государство готово подставить финансовое плечо в виде кредитных ресурсов Внешэкономбанка. Это и есть деофшоризация, как к ней ни относись: деятельность российских по сути компаний будет финансировать российская госкопорация. А те, кто выдавал офшорам необеспеченные кредиты (типичная отмывочная схема), тот сам виноват.

Наконец, может быть найдено эффективное решение и по ранее выданному Кипру кредиту на 2,5 млрд евро. По последним данным, Россия готова дать отсрочку и скидку, но в том случае, если драконовская санация не будет распространяться на Russian Commercial Bank — филиал ВТБ на Кипре. Если сделка состоится, она будет выгодной для обеих сторон.

Впрочем, события развиваются так быстро и нелинейно, что всякие оценки носят релятивистский характер. Ждем новостей.