Почему радикалы познали чувство разочарования

Почему радикалы познали чувство разочарования

— Кремль я готов идти штурмовать, если подберется хорошая компания, – очень серьезно разъяснял журналисту парень в маске под имперским флагом. - Но для начала нужно опять же зайти в Макдак.

В 13:20 около 500 националистов колонной ушли с митинга и пошли по старому Арбату. Большую часть колонны составляли парни 16-25 лет с замотанными лицами, несколько девушек на каблуках и с клатчами, пара женщин. Они не планировали свой уход с митинга заранее – «просто увидели наш флаг и пошли». Во главе колонны шел глава запрещенного Славянского союза Дмитрий Демушкин. «Я отказываюсь выступать в защиту Козлова, которого я не знаю, и Ходорковского. Выступать на этом митинге я и не собирался», - говорил Демушкин в перерывах между кричалками «Русские, вперед!». В толпе, двигавшей за ним, были другие объяснения происходящему. Большинство ушедших с митинга националистов было уверено, что «Демушкину не дали выступить» и «дело в том, что евреи не должны учить нас жить».

— Вот я русская, - кричала женщина средних лет. – Пусть я чувашка, но в душе – русская, русская националистка! Главное же в человеке - душа.

Парни в масках обидно ржали.

Кричалки от корректных «Слава России!» и «Один за всех и все за одного» быстро мутировали в привычные нецензурные про Кавказ и «Москву для москвичей». В середине Арбата колонну остановилbтри сотрудника полиции и попросили «флаги убрать, лозунги не кричать». Подъехал ОМОН, но, немного потолкавшись, пропустил колонну.

На эскалаторе «Смоленской» покричали «Зиг Хайль». Около 100 человек, у многих – по-прежнему белые ленты на одежде - были уверены, что надо «ехать чурок бить», но не могли определиться с направлением. Предлагалась Площадь Трех вокзалов, улица Подбельского и Люблино. Какой-то парень слезно упрашивал ехать всех в Реутов: «20 минут на электричке до нас, и там этой м… до хрена». Наконец, решили на Киевскую, на рынок. В вагоне орали матерную кричалку про Аллаха, раздавали пластиковые намордники на лица. Националист Тема из РУДН, гогоча, пояснял, что так проходит его практика по межнациональным коммуникациям.

На Киевскую добралось человек 70, Демушкина среди них уже не было. Какое-то время обсуждали его отсутствие. «Путин ему сказал: не ходи, и Дима не пошел». «Не, ну, он политик, ему нельзя в таком участвовать». «Вот Кремль разберем по кирпичику, домик ему построим». Таксисты и парковщики нетитульной внешности, стоящие у Европейского ТЦ, хмуро косились на толпу молодежи с закрытыми лицами, но разбегаться, вопреки ожиданиям националистов, не спешили. Те, впрочем, тоже не приступали «к активным действиям».

Двое полицейских – мужчина-старшина и женщина-сержант – подошла уточнить, «чего тут собираетесь делать». Парни начали соревноваться в остроумии: «минералочки купить», «прогулка по солнышку». Особо нервный наци сослался на Конституцию, сержант зло отозвалась: «Сами ее хоть прочитайте». Начался возмущенный галдеж, но более опытные товарищи проорали: «Кучнее, не задерживаемся, не ведемся», - и толпа двинула к Кутузовскому.

По дороге, наконец, решили, что «бомбить будем на Кутузовском». До Кутузовского, однако, националисты не дошли – к «Европейскому» быстро подъехало два ПАЗика с ОМОном. Полтора десятка омоновцев легко погрузили 60 человек в автобусы. Некоторые националисты успели спрятаться в «Шоколаднице», но были извлечены оттуда внимательными сотрудниками полиции.

Автобусы уехали. Избежавшие задержания националисты, посовещавшись, решили возвращаться на митинг, принципиально покинутый часом ранее, – «там наши есть». По дороге обратно, впрочем, митинг ругали.

— Стоят в загоне, как бараны, вместе с евреями и радужными пидарасами. Но эти митинги хороши чем – там наших собрать легко, а потом дернуть куда, - объяснял экономист правых убеждений Леша. - Так же фиг народ выйдет, на «Русский марш» только.

— Манежную нам сейчас не повторить. Тогда на площадь всего 15 автобусов приехало. Сейчас на 50 человек вышедших 30 автозаков приезжает, - говорил Тема. – В общем, режим держится на ОМОНе, коррупции и Чурове. И если ОМОН сломать – все у них накроется.

Анархисты. Час Х назначать не хочется

Колонна анархистов и антифашистов насчитывала больше 100 человек. В этот раз к анархистам примкнули сочувствующие из КПРФ, недовольные умеренной позицией партии. Почти все с закрытыми лицами. Атмосфера более чем настороженная. Анархисты видели, как националисты уходили с митинга, и уверены, что теперь их ждут в метро. В «водяное перемирие», установившееся с началом протестов за честные выборы, уже никто не верит. С удовольствием скандируют: «нацистским ублюдкам у нас никто не рад».

— Этот митинг – сплошное разочарование, ожидаемое, правда, - говорит Петр («Автономное действие»). - Люди приходят, спускают пар. Большая часть идет на площадь, чтобы оставить пост в блоге с луком «я и революция». Интернет-сообщество, белые воротнички. И одна резолюция повторяет другую.

— Эти выборы показали самое страшное - что нас невозможно разозлить, - говорит Инга. - Массовые фальсификации по всей стране – а со сцены те же формулировки, а под сценой тот же конкурс на лучший плакат.

Анархисты говорят, что «готовы на любые радикальные действия». Не конкретизируют – уточняют, правда, что «сторонников ненасильственного протеста среди нас немного».

Основной спор идет вокруг часа Х. Назначать этот час никому не хочется. И часть анархистов уверены, что необходимо «дождаться момента, пока власть совершит очередной необдуманный поступок, который вызовет народное возмущение» - «потому что второго шанса не будет». Некоторые вообще уверены, что надо работать на рост общественного самосознания.

— Мы будем создавать собственные ячейки автономного действия. У нас есть своя методика горизонтальной работы. Мы не пойдем на баррикады с националистами - мы враги, - говорит Николай. И неожиданно заключает: - Но если они будут штурмовать Кремль, мы присоединимся.

Милиция, которая обычно побаивается красно-черных флагов, в этот раз относилась к колонне почти снисходительно. «Приходите еще», - улыбался добродушный майор.

На обратной дороге антифа отобрали у одинокого националиста имперский флаг.

Поскандировали:

— Ваши дети будут как мы. Если мы не справимся, то справятся они.

Разноцветные. «Остаться бы на площади»

Под радужными флагами вышло человек 20. Два парня забрались на парапет в ярких масках. Объясняют, что стоят за Pussy Riot.

Имен не скрывают - Алексей Сидоров, Абубакар Хасанов.

«Мы очень поддерживаем девчонок, и не мы одни, - говорит Абубакар. – Обвинения должны быть сняты, мамы – отпущены к детям».

— Мы действительно готовы на любые радикальные действия ненасильственного характера. Они просто необходимы. Остаться на площади, попытаться развернуть палатки, прорывать кордоны. Потому что в протест должны прийти абсолютно новые люди, появиться новые лидеры буквальное из толпы. А сейчас людей становится меньше, - говорит Алексей. – Но я не разочарован. Я думаю, то, что происходит сейчас – только начало. В 17 году никто, даже большевики, не ожидал революции, в 89 году не ожидали падения берлинской стены. Нас тоже что-то ждет.

Рядом стоят девчонки. Юля – русскоговорящая студентка из Берлина, приехавшая в Москву 2 марта, специально для участия в протестах. Ее подруги – Наталья (Польша), Настя (Эстония), Эстет (Испания). Тоже хотят «остаться на площади», но не знают, на какой. «Со сцены ничего такого пока не говорят», - пожимает плечами Эстет.

Экологи. Не привыкли к танкам, но экскаватор одолеют

— Не, ну смешно спрашивать, готовы ли мы к радикальным действиям, - говорит Женя Чирикова, и экологи смеются. - Мы работающую технику останавливали. Но вопрос не в методах, вопрос в цели.

— Да, протест идет на спад. Но 4 месяца для протеста – это очень долго, целеустремленность людей поражает. Их тут недавно в обледенелый фонтан заставили лезть – а они и после фонтана приходят. Сейчас должна формироваться позитивная программа. Ок, мы против, но давайте подумаем, за что мы? Вот я за активное участие в выборах муниципалитетов и за перенесение тяжести государственного налогообложения с производства на добычу. Я даже партию готова создать, чтобы бороться за эти изменения. Сейчас вообще должны создаваться партии, много партий.

А пока экологи собираются на одиночные пикеты в защиту Евгения Витишко и Сурена Газаряна, которым предъявили обвинение за демонтаж секции забора вокруг дачи губернатора Краснодарского края Александра Ткачева. Еще Оля Минаева рассказывает, что химчане и сходненцы, протестующие против точечной застройки, собираются перекрывать Ленинградку. Дальше протестная тактика пока буксует.

Женя не считает, что протесты ничего не достигли:

— Меняется картинка в ящике. Они вынуждены были еще больше жульничать и изворачиваться, изобретать новые методы фальсификаций, заставлять людей публично Путина любить. И эти люди будут на нашей стороне.

— Может быть и хорошо, что нет революционных преобразований, - говорит Женя. – Я вообще считаю, что Путин уйдет тогда, когда больше не сможет управлять страной. Ну, то есть его приказы никто не будет выполнять внизу, потому что внизу власть будет наша.