Возможно, такой вопрос будут задавать западные журналисты в 2008 году Развернувшиеся в последний год в России битвы за собственность и должности являются еще и авангардными боями за право привести к власти в России нового президента. Среди...

Возможно, такой вопрос будут задавать западные журналисты в 2008 году

Р

азвернувшиеся в последний год в России битвы за собственность и должности являются еще и авангардными боями за право привести к власти в России нового президента. Среди возможных кандидатов сведущие люди нередко называют отработавшего первый год на должности губернатора Красноярского края Александра Хлопонина. Человека, сделавшего своей опорой никелевую монополию России.

О том, что Александр Хлопонин — «президентский проект» главы «Интерроса» Владимира Потанина, говорят в окружении самого красноярского губернатора. Красноярский край — стартовая площадка для его большой политической карьеры. А раз Александр Хлопонин, возможно, наш будущий президент, то более чем уместен вопрос: «Кто вы, мистер Хлопонин?». И почему же именно на него ставит один из самых искушенных олигархов — Владимир Потанин?

Нынешний красноярский губернатор родился в семье переводчика в Коломбо, что на Цейлоне. В 1989 году окончил факультет международной экономики Московского финансового института. Окончил его вместе с рядом будущих руководителей группы «Интеррос» — Михаилом Прохоровым, Дмитрием Ушаковым, Олегом Касьяновым, Дмитрием Антоновым, Дмитрием Масловым, Владимиром Шматовичем.

Таким образом, судьба сама распорядилась его попаданием в обойму бизнесменов-однокашников. В течение своей карьеры Хлопонин никогда не стремился к публичной, тем более — политической деятельности, но под влиянием своего шефа Хлопонин сменил амплуа финансиста на карьеру управленца. В мае 1996 года он назначен гендиректором и председателем правления РАО «Норникель».

На «Норникель» Хлопонин был «брошен» Потаниным, чтобы консолидировать финансы комбината и, если понадобится, «прикрыть» вывод части средств, которые нужны были на повторные выборы Ельцина. Хлопонин, судя по всему, выполнил эту задачу, а политические дивиденды получил Потанин, став первым вице-премьером, через которого проходили крупные бюджетные средства.

П

ожавший и вершки и корешки от переизбрания Ельцина Потанин стал укреплять альянс с Б. Йорданом, чьи связи в западных финансовых кругах были весьма ценны для главы ОНЭКСИМ-банка. Поэтому Хлопонин был отодвинут от корпоративных финансов «МФК», а на следующий год Йордан практически уже стал председателем правления этого банка с сохранением постов президента и председателя правления компании «Ренессанс Капитал». Официально это назначение не состоялось только потому, что ЦБ РФ не дал разрешения в связи с недостаточным временем работы Йордана на руководящих банковских должностях. Позднее председателем совета директоров объединенного банка «МФК—Ренессанс» стал Потанин.

В этот период Хлопонин — главный координатор и представитель интересов Потанина на «Норникеле». Исполнять роль управленца ему помогали два первых заместителя гендиректора — Хагажеев (производственная сфера) и Зеленин (корпоративные финансы). После образования ГМК «Норильский никель» Хагажеев и Зеленин, утвердившись в своих руководящих нишах на комбинате, начали способствовать вытеснению Хлопонина в политическую сферу. Судя по всему, они действовали с подачи Потанина, которому, учитывая сложность финансово-экономического положения «Интерроса», был необходим собственный молодой и перспективный политик, способный решить на своем уровне все проблемы холдинга.

Но здесь был и интерес Потанина: тем самым он готовил почву для удаления из управленческих структур «Интерроса» своего ближайшего партнера и конкурента Прохорова (Потанин, видимо, так и не смог преодолеть именно такого дуалистически-диалектического отношения к своему компаньону). С июля 2001 года тот занял должность гендиректора — председателя правления ГМК «Норникель».

Хлопонин вынужденно согласился уйти в политику и стать губернатором Таймыра. Его избрание прошло легко. Хозяином в округе, по традиции, до сих пор остается руководитель комбината, а его представитель пользуется безусловным приоритетом. Попытка действующего губернатора Неделина сопротивляться носила скорее характер отступления и сохранения лица; не исключено, что она была согласована с потанинской командой.

И

збирательная кампания Хлопонина была выдержана в «лужковском» стиле. Тот же упор на экономическую тематику: «хозяйственные успехи предприятий открывают широкие возможности для социального развития региона» (на одной из встреч с избирателями Хлопонин договорился до того, что Таймыр сможет жить не хуже Канады).

Вполне возможно, что изначально благотворительность «Норникеля» не преследовала узкополитических целей. Просто контраст между жизнью работников комбината и всего остального Таймыра столь разителен, что игнорировать его было невозможно, иначе вокруг сложилась бы невыносимо враждебная атмосфера.

Отдельная тема — отношения Хлопонина с тогдашним красноярским губернатором Александром Лебедем. Хозяин Таймыра сразу же вбросил идею вывести «Норникель» из-под краевой юрисдикции и тем самым лишить бюджет Красноярского края большой части налоговых поступлений.

В ответ Лебедь внес предложение о создании на территории края единого субъекта Федерации, в который должны войти Таймырский и Эвенкийский автономные округа и собственно Красноярский край. Хлопонин и губернатор Эвенкии Борис Золотарев высказались против инициативы Лебедя. А потом Лебедь внезапно погиб и его место стало вакантным.

Также губернатор Таймыра прославился своей инициативой закрыть регион для свободного въезда. По его словам, должны быть разработаны особые условия въезда на территорию Крайнего Севера для граждан, не проживающих здесь постоянно.

Подобное местничество использовалось Хлопониным, пока служило орудием давления на Красноярск, но было отброшено в сторону сразу же, как только после гибели Лебедя появилась возможность получить контроль над всем краем, заняв пост его губернатора.

Р

ешение об участии в выборах принималось в «Интерросе» трудно, возражения Хлопонина о личной непригодности были практически проигнорированы. Внимание концентрировалось на реальном соотношении сил между претендентами, которое до сих пор складывается явно не в пользу представителя «Интерроса».

Главное отличие от Таймыра — в Красноярском крае губернаторами традиционно были политики, а не хозяйственники, тем более пришлые, не имеющие опоры в краевой экономике. Но победа на выборах давала потанинскому «Интерросу» шанс поправить свое финансовое положение и установить тотальный контроль над экономикой края. И глупо было бы этот шанс упустить.

Выборы Хлопонин выиграл, но на новом посту он столкнулся с непривычными трудностями, в том числе и финансовыми. Решал он проблемы в привычном потанинском стиле. Чего стоят обвинения в адрес практически всего крупного бизнеса, работающего на территории края (за исключением, естественно, «Норильского никеля»), в неуплате налогов. Хлопонин утверждает, что край недополучил 2,5 млрд рублей из-за увода акцизов на горючесмазочные материалы.

А

суть дела проста. До конца прошлого года в соответствии с налоговым законодательством плательщиками акциза на нефтепродукты выступали нефтеперерабатывающие заводы. Однако с 1 января в связи с изменениями в Налоговом кодексе перерабатывающие заводы не являются плательщиками акцизов. По новому закону их платят торговцы нефтепродуктами. Платят по месту регистрации юридического лица, а не по месту продажи. Нравится ли это Хлопонину или не нравится, но таково требование закона. А то, что торговцы нефтепродуктами регистрируются не в Красноярском крае, а в других регионах, кроме краевого Белого дома, никто не виноват. Когда станет предпринимательский климат в крае более благоприятным, тогда и будут торговцы регистрировать свой бизнес в крае и платить в краевой бюджет акцизы на нефтепродукты.

Помимо борьбы с местными олигархами Хлопонин неожиданно отметился и как борец за перераспределение бюджета. «В последние годы практически весь бюджет край тратил на социальную сферу. … У нас из реального сектора экономики люди уходят в бюджетный! …ситуацию надо переламывать». Из джипа, который несется по городу, плохо видно, как живут люди на «раздутые» зарплаты и пособия, охрана заслоняет могучими спинами пейзаж.

Так что, скорее всего, «ситуацию» губернатор действительно переломит.

Он вообще старается выполнять поставленные задачи. Даже местные СМИ покорились ему. Что бы ни говорил Хлопонин, что бы ни делал — в местных СМИ ни одного плохого слова про губернатора!

Журналисты думают о будущем. А что ждет самого Хлопонина? Пуповина, связывающая его с «Интерросом», по-прежнему прочна. И еще довольно долгое время он будет восприниматься многими не как губернатор, а как «посланец» Потанина в краевую власть. А там — кто знает, может, и как посланец во власть кремлевскую.