ДО ПРЕЗИДЕНТА ПЛОХО ДОХОДИТ

ВЛАСТЬ И ЛЮДИ

В Москве много лет подряд, начиная с 1999 года, в сквере напротив памятника Пушкину вечерами по четвергам стоят люди с плакатами против войны в Чечне: «Остановись! Задумайся: кому выгодна война в Чечне?», «Сколькими еще жизнями мы заплатим...

В Москве много лет подряд, начиная с 1999 года, в сквере напротив памятника Пушкину вечерами по четвергам стоят люди с плакатами против войны в Чечне: «Остановись! Задумайся: кому выгодна война в Чечне?», «Сколькими еще жизнями мы заплатим за «территориальную целостность России»?», «Война в Чечне — преступление против человечности».

Организаторы — небольшая группа пацифистов из Комитета антивоенных действий и Антивоенного клуба. К 8 марта, годовщине ликвидации Масхадова, на этих пикетах они стали собирать подписи за то, чтобы тело Масхадова отдали наконец семье для захоронения. Собранные более 500 подписей решили передать Путину. И 6 марта активисты-пикетчики отнесли подписные листы в приемную администрации президента. Все — в соответствии с правилами и законами.

Однако дальше история эта выкинула фортель, неожиданный даже для нашей сильно осоветившейся в последнее время системы. Рассказывает Ирина Вологина, координатор акции, — это она ходила в приемную:

— Нам сказали там, что пришлют официальное уведомление о приеме подписных листов в течение десяти дней. И присвоили нашему обращению предварительный номер — № 47234. Прошли эти десять дней, но никакого уведомления мы не дождались. И я решила сама позвонить. Назвала номер, и секретарь ответила, что подписи переданы в ФСБ. Я удивилась и даже не нашлась, что сказать. Снова перезвонила, собравшись с духом, 17 марта — меня соединили с Бородиным Олегом Петровичем, консультантом приемной, который занимался нашим делом. Он сообщил мне новый номер, под которым листы ушли в ФСБ: № А 26-47-234. Я спросила Олега Петровича: «А зачем вы их отправили в ФСБ?». Он ответил: потому что «у нас нет похоронной команды». Что имел в виду Бородин — не знаю. Дальше он поинтересовался, не родственница ли я Масхадову? Ну какая я Масхадова? Я Вологина… Бородин еще спросил, не жалко ли мне тех людей, которые поставили свои подписи?

Действительно, они оставляли телефоны, адреса и прочую уточняющую информацию о себе… И теперь это все на дополнительной проверке в ФСБ. Вряд ли подписанты рассчитывали на такой поворот событий — они обращались к президенту, но не в спецслужбы.

Ирина Вологина сумела выяснить телефон сотрудников ФСБ, которые заняты изучением «стука» из президентской приемной. Там говорить не желали, но также дали понять, что подписантов жаль…

И еще в ФСБ Вологиной велели ждать… Только вот чего?

Добровольный «стук» администрации — еще одно доказательство, что вся верховная власть России — ФСБ. Надо полагать, и граждане теперь станут умнее — перестанут собирать подписные листы по острым проблемам современности. Кроме неприятностей, ждать нечего.

Вопрос «Новой»:

— Почему об этих подписных листах, где о выдаче тела Масхадова семье просят более 500 граждан РФ, не доложили президенту РФ?

Ответ Олега БОРОДИНА, консультанта приемной администрации президента РФ:

— Ежедневно президенту приходит примерно 3000 обращений и писем. Сами понимаете… В данном случае речь идет об исполнении закона. Мы собрали совещание по этому поводу в приемной и решили, что надо направить в ФСБ, потому что там занимаются этими вопросами. Сегодня (разговор происходил 22 марта. — А.П.) как раз позвонили из ФСБ и сказали, что они все отработали и теперь передают дело в Генеральную прокуратуру.