
Природа создания комитета до конца не ясна, считает президент Фонда защиты гласности Алексей Симонов: «Для чего нужен этот комитет, если раньше уже был создан Комитет по информационной политике? Это — абсолютно опереточный орган, а потому кандидатура Митрофанова — вполне себе подходящая».
Как бы то ни было, депутаты от фракции «Справедливая Россия» кандидатуру Алексея Митрофанова поддерживать не намерены — по словам одного из них, «выражать доверие человеку, предавшему интересы партии, недостойно».
В опале у справедливороссов Митрофанов с мая этого года, после того как в числе нескольких «эсеров-ренегатов» поддержал назначение Дмитрия Медведева председателем правительства, несмотря на то что фракция эсеров приняла коллективное решение выступить против. И Митрофанова исключили из партии, а также приостановили его работу во фракции. А позиция «изгнанника» постепенно все более и более расходилась с мнением бывших однопартийцев: в частности, он выступал за ужесточение наказаний для митингующих, голосовал за лишение мандата Геннадия Гудкова…
Сам Гудков полагает, что решение Митрофанова обусловлено исключительно корыстными мотивами: «Он продался за индульгенцию от Кремля, вот и все». Назначение же Митрофанова председателем думского комитета — не более чем благодарность за «антипартийную деятельность», считает лидер эсеров Сергей Миронов: «Это попытка правящей партии заплатить Митрофанову тридцать сребреников за его предательство нашей партии. И попытка удалась».
Между тем источники «Новой» в силовых структурах рекомендуют обратить внимание на странное временное совпадение, полагая, что Алексея Митрофанова могли вынудить сменить политическую ориентацию: как раз в мае этого года было возбуждено связанное с ним уголовное дело.
В следственную часть по УВД ЦАО Москвы тогда поступило заявление от бывшего соучредителя ООО «Арктур-Строй» Вячеслава Жарова: предприниматель сообщил, что некие лица предложили ему урегулировать конфликт с бывшими партнерами, возникший вследствие передела общего бизнеса. Суть такова: Арбитражный суд Москвы признал правоту Жарова, однако партнеры подали жалобу в 9-й Арбитражный апелляционный суд — и на этой стадии якобы на Жарова вышли люди, предложившие «решить вопрос» за 200 тысяч долларов. Жаров после недолгих переговоров согласился передать аванс в размере 2,3 млн рублей.
Встреча была назначена на 12 мая в отеле «Ренессанс» на Олимпийском проспекте, куда прибыли судебный пристав Радиш Сутиев, депутат Алексей Митрофанов и помощник парламентария Александр Деревщиков — все трое, по словам Жарова, участвовали с ним в переговорах, и все трое якобы были задержаны оперативниками УВД. По факту мошенничества в особо крупном размере было возбуждено уголовное дело, в рамках которого Сутиев и Деревщиков были признаны подозреваемыми и впоследствии отпущены под подписку о невыезде (сейчас, по данным СМИ, в бегах). Процессуальный же статус г-на Митрофанова оказался иным — его признали лишь свидетелем преступления. Ни МВД, ни Генпрокуратура, кстати, даже не предприняли попытку не то что лишить депутата мандата, но и даже просто снять с него неприкосновенность на время следствия. Сам Алексей Митрофанов данное уголовное дело не комментирует.
Наш источник в силовых структурах полагает, что именно этот детектив мог повлиять на поведение Митрофанова в Госдуме: «В пользу подобной версии говорит хронология — непреодолимые противоречия с однопартийцами у г-на Митрофанова начались именно в мае». Кстати, наш источник не исключает и возможность некой оперативной комбинации, в результате которой Митрофанов просто очутился в «нужном месте в нужное время» и оказался подставленным.
Однако не все разделяют столь конспирологическое объяснение происходящего. Например, председатель Национального антикоррупционного комитета Кирилл Кабанов, хорошо знающий Митрофанова, сомневается, что депутат мог стать жертвой провокации: «Честно говоря, Алексей не настолько упертый, чтобы его сгибать через уголовное дело. Он — политик новой формации, который давно встроен в систему и знает, как и что надо делать в той или иной ситуации. В нашей стране есть два вида политики — публичная и реальная. Митрофанов занимается реальной политикой — то бишь политикой, где есть только понятийные договоренности и обязательства, которые неукоснительно надо соблюдать».