Виртуальные потуги виртуального начальства

Итак, г-н Медведев обозначил на первое время круг своих приоритетных интересов. То есть те проблемы, которые, с его точки зрения, видимо, не решались (или плохо решались) в предыдущее царствование, а теперь стали первоочередными и безотлагательными. Коррупция и суд. «Как много в этом звуке для сердца русского слилось…». Два основополагающих столпа, на которых зижделась вся вертикаль путинской власти. Коррупция как единственная форма существования и функционирования современной российской бюрократии. Ее важнейший (если не сказать — единственный) побудительный мотив к любому действию. «Не подмажешь — не поедешь» — не вчера придумано. И не только не поедешь, но и не построишь, не продашь, не купишь и т.д. Суд как подручный инструмент воплощения в жизнь коррупционной модели государственного управления. Да и никакой уже вовсе не суд, а архаичная, явно отжившая свой век, никому не нужная инстанция по продвижению решений. Отчасти функционирует на коммерческой основе. Это когда дело касается не государственных, а частных интересов. Когда данный институт окончательно отомрет, гражданин со своими проблемами будет напрямую обращаться к государству и в честном конкурентном противостоянии с другими гражданами или организациями решать (или — не решать) свои проблемы. (Претензии к государству отдельных граждан или организаций априори должны рассматриваться как несостоятельные, а, возможно, и преступные).

Откровенно говоря, я не вполне понимаю, что в этой отлаженной схеме не устраивает г-на Медведева. А главное — неясно, какие цели он преследует. Заставить суды выносить справедливые решения? Но тогда г-н Медведев сразу перестанет быть президентом Российской Федерации, Ходорковского выпустят на свободу, а мне вернут тысячу рублей, незаконно отнятую у меня за преступление, которого я не совершал. Он этого, что ли, добивается? Не уверен…

А коррупция… В конце девяностых в кабинете одного высокопоставленного правительственного чиновника я видел плакат, на котором под стилизованным изображением отечественного бюрократа, было начертано «Ударим коррупцией по бездорожью и разгильдяйству». Шутливый, конечно, плакат. Но не надо быть высоколобым экспертом, чтобы понимать очевидное — нынешнее наше государство не сможет функционировать, отказавшись от коррупционной схемы. Даже если предположить, что уволятся не все чиновники, то на основании каких аргументов оставшиеся начнут принимать решения? Другими словами, как чиновнику определить, какое решение правильное? У него и навыков-то таких нет и отродясь не было. Вопрос — если он ничего не дал, то почему я должен ему что-то там подписывать — поважнее шекспировского. Конечно, он сможет позвонить начальнику, тот высшему начальнику и т.д. Но в конце концов они же дойдут до последнего, до главного человека в стране. То есть — до г-на Медведева. А откуда он знает, можно ли разрешить Ивановой Тамаре Ивановне перепланировать свою квартиру, если эта стерва пожалела тысячу долларов на то, чтобы ее вопрос был решен положительно?

Словом, остается надеяться, что с коррупцией и судами г-н Медведев ничего кардинально решать не станет. А если все-таки станет, то тут уже впору вмешаться национальному лидеру. Поскольку на лицо угроза национальной безопасности. Тем более что вышеперечисленные проблемы национального лидера тоже касаются. Многие даже считают, что больше, чем кого-либо в стране.